Рус
Eng
Домашний пациент

Домашний пациент

27 августа 2013, 00:00
Общество
ДИАНА ЕВДОКИМОВА
На днях в «Живом журнале» появилась история мужчины, который лишился пальца на ноге из-за нового порядка госпитализации, принятого в Москве. По новым правилам, пациентов с гипертоническим кризом, вирусным гепатитом и эпилептическими припадками доставлять в больницу не полагается: эти случаи отныне не считаются экстренн

История Анны Новиковой под ником tavologa была опубликована под заголовком «Остаться в живых, или Новые правила госпитализации (и их последствия – на примере моей семьи)». Женщина рассказала о болезни мужа Дмитрия, у которого 14 августа поднялась температура до 38,6 градуса, а затем на суставе большого пальца правой ноги прорвался абсцесс. «Я вызвала «скорую». Приехавшие тетеньки сообщили, что с 12-го числа действует новый порядок госпитализации, согласно которому наш случай не является экстренным, поэтому лечиться нам надо амбулаторно, то бишь в поликлинике», – пишет Анна Новикова. Участковый терапевт отправил Дмитрия к хирургу, а тот – к медсестре на перевязку. Никакого другого лечения мужчине не назначили.

Дмитрию становилось все хуже, и 19 августа температура вновь поднялась выше 38 градусов, а стопа покраснела. Снова приехала «скорая», отказала в госпитализации, ссылаясь на тот же приказ, и перенаправила случай в неотложку. «Приезжает неотложка. Доктор смотрит на ногу и делает квадратные глаза: «Вы почему не в стационаре?!» Объясняю ситуацию. Доктор тяжело вздыхает и показывает мне копию приказа», – продолжает рассказ Анна Новикова. Тогда жена больного позвонила на горячую линию департамента здравоохранения и заведующей поликлиники. Наконец, 20 августа, после прихода терапевта из районной поликлиники, после разговоров по телефону с работниками департамента и заведующей поликлиники, мужчину согласились госпитализировать. «После полутора часов препирательств врачи со «скорой» понимают, что деваться некуда. Начинается «сочинение на заданную тему»: температура 38,6? Пишем, что 39,5. Состояние? Ну, пусть будет средней тяжести», – рассказывает в «ЖЖ» Анна Новикова. В итоге Дмитрию сделали экстренную операцию, ампутировали палец и сообщили, что «сустав на тот момент полностью разложился, начиналась флегмона стопы». Через пару дней ожидания он бы лишился стопы.

Документ, вызвавший столько проблем, вышел 7 августа. Это приказ департамента здравоохранения Москвы № 3764 «О тактике ведения больных и пострадавших на догоспитальном этапе». Согласно приказу, врачи в ряде случаев после оказания скорой медицинской помощи должны «обеспечить динамическое наблюдение» в лечебно-профилактическом учреждении, то есть – в поликлинике. Среди указанных в списке болезней – гломерулярные болезни почек, гипертонический криз, эпилепсия (без травмы головы, в том числе при судорогах), инфекции кожи и воспаления (абсцессы без локализации на лице и шее, карбункулы и фурункулы любой локализации), вирусный гепатит и так далее. Такие больные должны рассчитывать лишь на регулярные посещения терапевта или помощь «неотложки».

Фельдшер скорой помощи, попросивший не называть его имени, подтвердил «НИ», что приказ в столице действует. «Я считаю, что это массовая чистка стационаров. Поначалу при запросе места на госпитализацию «скорая» будет утяжелять степень больных, а потом, после проверок и выговоров, перестанет и это делать», – полагает фельдшер. «По этому приказу мы должны передавать активы в поликлинику. Но, допустим, сегодня суббота, и врач может прийти только в понедельник. Получается, пациенты должны мучиться. Конечно, есть круглосуточная неотложка, но это не то», – объясняет фельдшер. Его знакомым уже приходилось утяжелять степень болезни пациентов: «Мой друг говорит, что многим они просто не предлагают госпитализацию, но, если видят, что необходимость есть, ухудшают состояние на бумаге».

«По сути, это – прямое нарушение Конституции РФ и международных законодательных актов, которые ратифицированы Россией по оказанию медицинской помощи», – сказал «НИ» адвокат Лиги защитников пациентов Дмитрий Айвазян. Он отметил, что исполнение данного приказа попадает под статьи 124 и 125 УК РФ «Неоказание помощи больному» и «Оставление в опасности». «Если возникают негативные последствия или есть риск их возникновения – это уже содержит состав уголовного преступления. Однако у нас крайне сложно возбудить такие дела, тем более когда есть состав, но был только риск негативных последствий», – говорит юрист. «Больше половины из острых патологий, которые перечислены в этом приказе, врач скорой помощи не сможет распознать достоверно», – объясняет г-н Айвазян. Он считает, что больного нужно доставлять в больницу, там проводить диагностику и уже после решать, нуждается он в госпитализации или нет.

«Этот документ носит рекомендательный и пояснительный характер. Он вводился в целях оптимизации работы машин скорой помощи, а также правильного распределения потоков пациентов между стационарами и амбулаторно-клиническими учреждениями», – сообщила «НИ» руководитель пресс-службы департамента здравоохранения Москвы Элина Николаева. Она отметила, что сейчас машина приезжает в течение 14–16 минут. «Скорая помощь в любом случае оказывается пациенту. Если врач понимает, руководствуясь своими инструкциями, что угрозы для жизни пациента нет, к нему либо приезжает неотложка, либо информация передается в амбулаторно-поликлинические учреждения. Если есть угроза жизни пациенту, то его обязательно госпитализируют», – отметила г-жа Николаева, добавив, что ситуация Анны Новиковой – вероятно, врачебная ошибка, которой не должно было произойти.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter