Рус
Eng
Ольга Шелленберг: война за зарплаты бюджетников проиграна

Ольга Шелленберг: война за зарплаты бюджетников проиграна

4 апреля 2019, 12:35
Политика
Игорь Зотов
«Майские указы» лишь «оцифровали» фатальное для миллионов граждан предписание, которое в словесную форму в 2012-м облечь уже не решились: увольте одних и поднимите зарплату другим – за счет зарплаты тех, кого уволили.

Подробный и эмоциональный анализ нового проекта оппозиционера Алексея Навального сделала в своем блоге юрист Ольга Шелленберг:

Первое, о чем следует сказать: война за зарплату из бюджета проиграна. Она еще не закончена окончательно, и многие будущие ее жертвы еще получают зарплату. Однако гражданское общество эту войну проиграло.

Отметим, что инфляцию вызывает, разумеется, не большая зарплата в той или иной отрасли экономики, а избыточная в сравнении с потребностями оборота масса обслуживающих его денег. Как если бы государство решило помочь той или иной отрасли, испытывающей, к примеру, затруднения в расчетах по кредитам, и «напечатало» для нее новые деньги. Тогда остальные участники рынка (отрасли, хозяйствующие субъекты, граждане) часть сбережений потеряют: деньги станут дешевле, но их не прибавится. Из этого следует, что повышать зарплату тем, кто получает ее из бюджета, нужно, не «выпуская» новых денег. Только вот откуда эти деньги взять? Политические соображения диктуют: их нужно взять у самих бюджетников.

Начало войне за чужие зарплаты было положено совсем не «майскими указами», которые просто оформили текущую практику в бюджетной сфере, а скромным постановлением Правительства Российской Федерации от 22 мая 1998 года № 481, подписанным С.В.Кириенко. Нормы о сокращениях и «стимулировании» зарплатами уволенных согласно постановлению должны были распространиться лишь на федеральные органы исполнительной власти, однако быстро были «оценены по достоинству» руководителями различных рангов и стали приживаться на всех этажах всех ветвей власти и местного самоуправления. Переход от финансирования бюджетных учреждений по смете к финансированию с помощью субсидий ускорил внедрение сокращений и «стимулирования» во всей бюджетной сфере, тем более, что передел зарплат уволенных здесь перестал оставлять следы в виде «мертвых душ».

«Майские указы» лишь «оцифровали» фатальное для миллионов граждан предписание, которое в словесную форму в 2012-м облечь уже не решились: увольте одних и поднимите зарплату другим – за счет зарплаты тех, кого уволили. «Майские указы» — это указы о формировании социальной опоры власти.

Создание уступок и привилегий высшему сословию всю российскую историю было основным направлением внутренней политики российских правителей. Просто власть никогда, пожалуй, не действовала так цинично и так жестоко. Клановость и кумовство, исторически присущие российской госслужбе, с принятием плеяды подзаконных актов, допускающих увольнения в состоянии конфликта интересов, достигли своего апогея. Жертвами этой политики стали самые беззащитные граждане, — не принадлежащие ни к каким кланам, те, у кого за спиной никого нет.

Происходящее в бюджетной сфере России – не что иное как варварство. Врачам, например, закрываемого московского роддома, как следует из эховской переписки, предлагается переучиваться на работников торговли. Профессиональное достоинство не позволяет специалистам отказываться от своего призвания. Не желая менять профессию, – врача, ученого, учителя и т. д. – на «массовые", люди на долгие годы остаются без источников средств к существованию, без заработной платы, а теперь еще и без пенсии.

И вот к войне за зарплату, которая в условиях экономических ограничений и современной российской политики может быть войной лишь за чужую зарплату, присоединился Алексей Навальный. Представляю, как торжествуют герои расследований Алексея. Большинство из них «сколотило» состояния именно на этой войне: отнимая зарплату у тех, кто не может ее отстоять, и материально себя «стимулируя».

Вопреки антикоррупционному пафосу нового проекта «Война за зарплату» в основе повышения зарплат на госслужбе и во всей российской бюджетной сфере лежат все тот же конфликт интересов, те же злоупотребления и та же коррупция. И проект Алексея просто перечеркивает все, что им сделано.

С проблемой повышения зарплат бюджетников тесно связана проблема качества госуслуг. Пример в описании нового проекта с повышением зарплат на шесть процентов и уменьшением количества учеников в классах в условиях современной российской действительности воспроизвести не удастся: повышение зарплат и уменьшение нагрузки – разнонаправленные векторы. Шесть процентов от тридцати, например, тысяч – это, конечно, немного. Но, чтобы повысить на шесть процентов зарплату определенной части сотрудников учреждения, другую часть сотрудников нужно будет уволить. Не обязательно сокращать. Люди напишут заявления сами, испугавшись репрессий в свой адрес. Нагрузка на остальных возрастет: будут объединены классы, медицинские участки, количество часов и т. д. Работающие «за двоих» учителя будут засыпать на уроках, врачи спустя минуту приема – указывать пациенту на дверь, будет некому тушить пожары, охранять и спасать. Но качество госуслуг архитекторов сокращений и «материального стимулирования» не интересует.

Самым преуспевшим с учетом размера зарплат бюджетников регионом в рейтингах Алексея Навального, без сомнения, станет Москва. Однако с учетом социальных последствий, являющихся результатом московских «оптимизаций», впору говорить о социальной катастрофе, настигшей тысячи москвичей, выразившейся для них в безработице или необходимости зарабатывать неквалифицированным трудом.

То есть, получается, Алексей хочет отстаивать интересы тех, кто работает в бюджетной сфере, а не тех, кто возможность работать там уже потерял; тех, кто зарплату из бюджета получает, а не тех, у кого ее уже нет; тех, кому ее повышают, а не тех, кто для этого разорен. Иначе говоря, не врачей закрываемого московского роддома в Зюзино, направляемых работать в торговлю, и не врачей закрывшегося роддома Реутова, в отчаянии просивших своих пациентов помочь роддом отстоять, не муниципальных служащих оптимизируемого сейчас Подмосковья, наконец, не юриста егорьевской больницы, героини репортажа «боевого профсоюза», потерявшей в ходе оптимизации осенью 2018-го работу, зарплату и ребенка, — а тех, чьей работе и зарплате совершенно ничего не грозит. Выходит, Алексей собирается защищать героев своих расследований, обогатившихся в войне за зарплату.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter