Posted 19 июня, 12:17

Published 19 июня, 12:17

Modified 19 июня, 12:19

Updated 19 июня, 12:19

Все для фронта: как военные заказы разгоняют в стране инфляцию

19 июня 2024, 12:17
Глава Минпромторга Алиханов пригрозил предприятиям ОПК всеми небесными карами, если будут задержки в выполнении гособоронзаказа. С точки зрения государства, такая позиция министра понятна — власть не жалеет денег на вооружения, хотя платит их не авансом. Заводы берут кредиты, инфляция растет.
Сюжет
Деньги

Елена Петрова, Татьяна Свиридова

Инфляция в России наверняка превысит плановые значения в 4,5%. Об этом уверенно говорят финансисты, экономисты, бизнес. Сегодня аналитики Райффайзенбанка дали свою оценку роста цен в российской экономике. По их словам, возврат даже к повышенной недавно ЦБ РФ цели — 5,5% — возможен не раньше 2025 года.

Инфляционные ожидания в стране в июне также выросли. Медианное значение только на 0,1% не дотягивает до 12%. Это несравнимо с ураганным всплеском в мае, пишут аналитики MMI. Кроме того, их ослабит начавшееся укрепление рубля, однако и сама инфляция не останавливается, и экономика в ее обуздание верит слабо.

У Центробанка есть только один ответ на рост цен — повышение ключевой ставки. Об этом в банке говорят, практически не скрываясь. Ставка будет расти, другого пути нет. Но факт остается фактом — в России сейчас существует сразу несколько видов инфляции, и одним повышением ключевой ставки это побороть нельзя. Деньги дорожают, а спрос на кредиты зашкаливает. В чем же дело?

Если родина скажет «надо»

По косвенным оценкам и открытым данным, в 2023 году Россия потратила на оборону 5,8 триллионов рублей, из них рынок закупок составил приблизительно 2,32 триллиона рублей.

В текущем году общие расходы практически удвоятся до 10,8 триллионов, что логическим образом ведет к предположению, что и объем гособоронзаказа возрастет на столько же. Точные цифры неизвестны, поскольку они составляют гостайну. Государство платит предприятиям и жестко требует результата. Сегодня из Минпромторга прилетела ни чем не прикрытая угроза — государство будет разбираться с темы, кто вовремя не выполняет оборонные задания. Глава Минпромторга Антон Алиханов предупредил: вплоть до смены собственника (впрочем, почти все крупные оборонные заводы и так находятся в собственности у государства).

«И тут уже вопрос стоит четко — умри, но выполни. Вопрос эффективности и рентабельности здесь мало кого волнует. Но с другой стороны, огромный спрос на деньги, на кредиты обеспечен серьезной перестройкой экономики», — пишет профессор НИУ ВШЭ Евгений Коган в своем телеграм-канале.

Ни Минобороны, ни «Ростех» не платят все деньги сразу и авансом. Предприятия вынуждены брать кредиты под 20%. Это ведет к удорожанию продукции и фактическому изъятию денег из потребительского сектора, объясняет академик РАН Абел Аганбегян:

— Дело в том, что вы тратите расходы на оборону, производите снаряды, вооружение. За счёт чего вы тратите? У вас есть определённая сумма денег, но вы меньше вкладываете в те отрасли, которые не связаны с обороной. На питание, на одежду, на товары длительного пользования. То есть, предложение у вас не растёт. А деньги растут. Потому что тем, кто производит снаряды, надо платить. Армии нужно платить, семье нужно платить, если солдат погиб на СВО.

Все эти деньги неизбежно возвращаются в оборот страны, где уже и так несколько месяцев подряд наблюдается сокращение импорта, а воспеваемое отечественными производителями импортозамещение не может восполнить товары, которые страна до 2022 года без проблем получала за счет внешних закупок на те же нефтедоллары, которые она получает сейчас, но не всегда может превратить в товар.

Дефицит рабочей силы, помноженный на рост зарплат

К структурной инфляции прибавляется инфляция издержек, отмечают экономисты. Третий год подряд страна живет с дефицитом рабочей силы. Политики могут ставить в себе в заслугу, что в стране нет безработных. Однако на уровне ниже 3% безработица становится препятствием к развитию бизнеса.

Так называемый «навес» рабочей силы, возникший еще во время ковида, не только никуда не уходит, но и увеличивается. Из-за этого растут зарплаты. Как предприятия финансируют издержки, если деньги из-за границы пришли не вовремя, или Минобороны задержало платеж? Руководители идут в банк — за кредитом. Издержки растут еще больше. Абел Аганбегян объясняет ситуацию, с которой бизнес сталкивается ежедневно, на пальцах:

— Вам задержали зарплату. Вы продали Китаю какие-то товары, а они вам сразу деньги не переводят по тем или иным причинам. В конце-концов, переведут. Но они задержали платёж. Что вам делать? Не платить людям? Тогда часть из них уйдёт на соседнее предприятие. А вам и так рабочих не хватает, вы и так меньше производите из-за нехватки рабочей силы. В России сейчас огромная нехватка рабочей силы, безработица на самом низком уровне. По оценкам не хватает около 5 млн работников. Поэтому вы берёте кредит на недлительный срок. Естественно, под большой процент.

Спрос растет с ростом зарплат, предложение съеживается

В 2024 году российский импорт в первом квартале сократился на 9,9%. Помесячно ситуация выглядит еще более опасной. В марте падение составило 20% по стоимости ввезенных товаром, сообщает ФТС, причем в январе–феврале количество ввозимых товаров в Россию уменьшалось, но не так быстро.

Как говорят эксперты, виноваты введенные США в конце декабря 2023 года вторичные санкции. Они действуют как для получения разрешения на закупку, так и в денежных расчетах. Мало того, что теперь импортерам надо доказывать, что ввозимые товары не входят ни в какие запрещенные списки, а получатели — не подсанкционные предприятия. Даже китайские банки, вслед за турецкими, резко ограничили платежи в Россию и из России.

Из-за этого цена на импортную продукцию растет. И неважно, приходят ли в страну подорожавшие машины или памперсы, или станки, на которых их собираются импортозамещать. Рост цен неизбежен. Евгений Коган говорит о тупике:

«Проблемы с импортом приводят к съеживанию товарной массы. А значит, разгоняют рост цен. Опять же… не вполне монетарный фактор. К тому же, чем выше ставка, тем сложнее импортерам закупаться товарами. Т. е. спрос есть. А вот с предложением — беда. Вы, естественно, скажете — так в чем проблема. Давайте все импортозаместим, и будет нам всем счастье. Но, во-первых, это нереально. А, во-вторых, российский производитель при высоких ставках также начинает страдать и не может ничего импортозаместить, т. к. не может нормально профинансировать свой бизнес».

Инвестиции в экономику остановились, констатирует и Абел Аганбегян:

— Под большой процент вы не можете взять кредит на 3-5-8 лет. Так же сокращаются и ипотечные кредиты, так как они рассчитаны на длительный срок. Инвестиционные кредиты сокращаются, не растут. Они составляют 1% от всех активов банка, это ниже всех в мире. В мире обычно 5%-10% инвестиционных кредитов от активов, а у нас 1%-1,5%.

Поэтому импортозамещение — благая цель, но экономически она слабо достижима. Для этого в стране нет дешевых денег. Импортозамещение — всегда удорожание, говорит Абел Аганбегян. Почему страны импортируют продукцию? Потому что она дешевле и лучше качеством. Импортозамещение требует не только текущих затрат, но и инвестиции, создание новых мощностей, чтобы производить ту продукцию, которая раньше не производилась:

— Мы это всё делаем, но это обходится всё дороже. Раньше крыло самолёта МС 2011 производилось на основе американских углеводородных трубок, которые стоили относительно дешевле. Но Америка прекратила их поставки. Мы создали собственное производство, не такое мощное, как в Америке, потому что мы создали производство для себя, а Америка производит для всего мира. Оно более мощное, там другая техника, более мощная. И продукция получается дешевле.

Может ли ключевая ставка побороть рост цен в стране

Ключевая ставка сдерживает некоторые виды инфляции. В первую очередь, она призвана сократить количество денег в обращении в стране. С этим ЦБ справляется достаточно успешно.

Объем личных вкладов — плюс 9 триллионов рублей (18 трлн рублей прирост вкладов на рублевых депозитах только с начала СВО). Но повышение или понижение ключевой ставки — это обоюдоострое оружие. Если ставка начнет снижаться, то эти триллионы хлынут в экономику, предупреждает об опасности резких движений профессор Коган, и тогда, цены на недвижимость можно просто не удержать:

«Вдумайтесь! Новых 9 трлн рублей с депозитов зайдет в экономику. И куда эта масса хлынет. Разумеется, сначала снова в депозиты, если ставки будут высокие. А еще пойдет на биржу. А еще на потребление. В том числе и на покупку той самой недвижимости, которой будет к тому времени все меньше и меньше. Просто потому, что за этот год все предложение наиболее дешевого сегмента вымоется. А нового будет гораздо меньше.

Вы понимаете, с какой скоростью цены на недвижку рванут в таких условиях. То есть, сегодняшняя высокая ставка, способствующая сокращению объемов строительства (вместе с другими мерами сокращения объема выдаваемой ипотеки), как ни странно, в будущем приведет к росту цен на недвижимость. Как говорится… хотели зажать, но в итоге зажимаем себе то, что зажимать не стоит».

Учитывая санкционное давление, инфляцию одной ключевой ставкой вылечить нельзя, потому что у нас сейчас одновременно разворачиваются 3 разных вида инфляции сразу. Решение этой проблемы лежит не в финансовой плоскости, и даже не в экономической, уверен академик Аганбегян:

— Какие ещё варианты? Перемирие. Снятие с нас части санкций, расширение внешней торговли, на которую наложены санкции, возврат кредитоспособности по конвертируемым валютам для наших банков.

Пока эти меры, предлагаемые уважаемым экономистом, звучат почти ностальгически и имеют мало общего с духом времени. Вот сейчас начал укрепляться рубль. И то хорошо. Импортеры вздохнут свободнее, если, конечно, это окажется трендом, а не прихотью юаня.