Posted 21 марта 2023,, 08:24

Published 21 марта 2023,, 08:24

Modified 21 марта 2023,, 08:26

Updated 21 марта 2023,, 08:26

Отложенная месть или жажда справедливости? Сеть снова спорит о сталинских палачах

21 марта 2023, 08:24
Общественное мнение в России безнадежно разделилось между теми, кто хочет донести до страны всю правду о преступлениях сталинского режима и теми, кто считает это не только бесполезным, но и вредным занятием.

События последних лет в России совершенно явно дают понять, что российское общество за крайне редким исключениями не только не осознало преступлений сталинизма, но и продолжает считать их совершенно нормальной государственной политикой. Стоит ли говорить, что при таком отношении к собственной истории, страна вряд ли когда-либо сумеет выйти из парадигмы насилия и бесправия. Этот факт отмечает в своем блоге известный российский историк Иван Курилла:

«Иногда одни люди не понимают, зачем другие люди так старались (и до сих пор стараются) назвать по именам палачей сталинской эпохи. Мол, уже и людей тех нет, и мол, потомкам неприятно, и мол, новые проблемы и новая катастрофа уже творится.

Но вот это неразличение палачей и их жертв, перевод разговора в регистр общей вины, и общей жертвенности прямо у нас на глазах приводят к новому неразличению. Опять "весь народ виноват" (или весь народ - "жертва Путина", что методологически одно и то же).  Мне кажется, что если бы мы успели разобраться поименно, кто соучаствовал в репрессиях, кто был жертвой, а кто "оставался лояльным", не попав ни в ту, ни в другую категорию, - было бы проще сегодня оценивать состояние российского общества. Не было бы этих заполошных "восьмидесяти шести процентов", и разговор сразу можно было бы начинать с установления ответственности.

(Кстати, сегодня может быть стало понятнее и "всенародное одобрение казни наймитов и шпионов" с голосованием трудовых коллективов по всей стране - именно эта "картинка" смазывает представление о конкретных преступниках, распределяя вину на весь народ).

Так что к разговору о советских репрессиях еще придется возвращаться, - та модель нам о многом может рассказать…»

Разбудили мертвых – теперь держитесь!

Эту же проблему, только в ином аспекте, поднимает и писатель Анна Козлова:

«То, что происходило в России последние 15-20 лет, называется активация культа предков...

Суть в том, что культ предков всегда активируется не ради предков, а ради того, чтобы заручиться их поддержкой.

Нормальная такая языческая практика, ни раз и не два показавшая результаты.

Единственная, пожалуй, проблема с предками заключается в том, что статус «не все так однозначно» их не устроит.

Любой культ требует полной ясности происходящего для всех в нем участвующих, ну, может, кроме жертвенного барана, ему знать не надо.

Есть такое выражение – кровь вопиет, и оно очень точно отражает суть процесса.

Любой языческий миф всегда имеет победителя и побежденного, и в соответствии с мифом потомки возносят почести победителю, а побежденного проклинают.

Каждый год в течение последних 15-20 лет накануне дня Победы и неизбежного шествия с идолами, начиналась дискуссия о том, что не надо бы всех предков валить в одну кучу.

Среди них были те, кому стреляли в спину их товарищи, выполнявшие приказ «ни шагу назад», были те, кто стрелял, были те, кого репрессировали и посадили, много чего было, и во всем этом стоило бы разобраться.

Если бы все, кто погиб, автоматически считались героями, Один с Фреей не уделяли бы такого внимания обстоятельствам гибели, а они почему-то уделяли, на место в Вальхалле был большой конкурс.

Мы все отлично помним, что любой писк на тему «дедов» вызывал волну ярости, обвинений и проклятий.

Эту энергию стоило бы, конечно, пустить на изучение архивов, эксгумацию массовых захоронений и идентификацию останков с тем, чтобы, наконец, их упокоить, но нет.

Активированный культ предков, не получивших отмщения за несправедливость, обманутых, униженных, вызвал один единственный, предсказуемый эффект – он воспроизвел сам себя.

Эзотерику можно игнорировать, можно жить так, словно другого мира, кроме этого, нет, но, когда люди, да еще так массово, лезут через границу жизни и смерти, начинаются последствия.

К сожалению, непонимание и незнание закона, от них не освобождает.

Любой фильм ужасов настойчиво нас предупреждает: не влезай – убьет.

Кровь вопиет об отмщении.

Если уж мы находимся в пространстве языческого мифа, игнорировать его законы просто наивно.

Кровь вопиет о справедливости.

О том, чтобы каждая смерть была изучена, взвешена и найдена тяжелой или легкой, чтобы овцы были отделены от волков, а зерна от плевел.

И чтобы одни были прокляты, а другие восславлены.

А пока предки представляют собой массу, в которой «не все так однозначно», этот активированный культ будет не помогать, а уничтожать.

Что он успешно и делает.

И будьте уверены, пока камня на камне не останется, они не успокоятся.

Вопрос об ответственности, личной и коллективной, в этом свете тоже приобретает иное звучание.

Язычество жалости не знает.

Не стоило вызывать дедушку, чтобы нести его портрет рядом с портретом того, кто гноил его в штрафбате…»

А коль уж вызвали пятнадцатилетними камланиями – извините.

Просто так дедушка теперь не уйдет…»

Тема сталинских репрессий остро переживается только либералами

Эта, казалось бы, совершенно здравая, даже единственно здравая точка зрения, тем не менее, разделяется не всеми. К примеру, сетевой аналитик Константин Ким уверен, что обнародование имен всех сталинских преступников ровным счетом ничего не даст:

«Фундаментального запрета на это нет, вопрос в том, частью какого исторического повествования такое рассекречивание будет. Вероятно, если бы не токсичные ассоциации, которые несёт перестроечный и постперестроечный нарратив - вопрос не имел бы и десятой доли остроты (кстати, а она есть? имена деятелей вроде Блохина, Магго и им подобных и так давно известны).

Аргумент же о том, будто индивидуальный подход якобы поможет закрыть тему «коллективной вины», не выдерживает никакой критики: в нынешней России тема сталинских репрессий остро переживается только одной политической фракцией - либералами. А либералы и показали себя за последние десятилетия главными спецами по коллективным обвинениям: в их идейном континууме вполне допустимы рассуждения о «коллективной вине русских» за сомнительный концепт «колониализма», «коллективной вине мужчин» за не менее сомнительный концепт «патриархата» и т. д. (теми, кто поумнее, тема замыливается термином «институциональная ответственность», но мало кого вводит в заблуждение эта подмена проклятия до семижды седьмого колена словосочетанием из новояза). Да и о вине всех россиян за нынешние события и не говорит никто, кроме тех же либералов…»

Стоит лишь разворошить это гнездо, и крови не оберешься!

Со своей стороны юрист Вячеслав Гончаренко считает, что наоборот, называние имен губительным образом сказалось бы на ситуации:

«Если бы успели разобраться поименно, кто соучаствовал в репрессиях, кто был жертвой, а кто «оставался лояльным» (действительно разобраться, а не показушно найти «белых» и «чёрных») было бы ещё страшнее. Тут или вина без наказания (соучаствовал), или наказание без вины (родственники соучаствовавших) - и то, и другое не айс.

А «морально-этическая» или иная хрен-пойми какая ответственность - путь к дозволению поступить так же с «репрессантами» как и они. Это путь в никуда.

предлагаю не ставить это во главу угла, не делать фетишем и хотя бы где-то глубоко предполагать наличие в этом процессе объективности. Последнее - это, естественно, «мечта идиота» (это я о себе)...

Я в бытность работы следователем под Одессой расследовал дело о «наказании потомков палачей потомками жертв». Два трупа с обеих сторон, пять осужденных - 2 потомка «палачей» и 3 «потомка жертв».

Вот это я не хочу в «обыкновении», а не в частном случае.

Каково целеполагание поименного знания «героев» и как оно отзовется на их родственниках? Если как одно из средств противостояния власти (а именно для этого сейчас и используется), то это просто инструмент, не более того. И для общества никакой ценности не представляет, ну кроме того, что напугает его.

Если искоренить как практику, так сначала нужно воспитать и образовать общество, а не наоборот или получим результат, о котором я писал выше. Определили «палачей» жителей района, а жители стали мстить их потомкам.

А если это как самоцель «избранных» - я тут пас. Именно потому, что профдеформация требует соблюдения наиболее объективного рассмотрения и соблюдения, как бы ни хотелось иначе, прав…»

Все эти «палачи» были совершенно нормальными людьми, а не маньяками

Политический психолог Максим Артемьев и вовсе считает процесс «называния имен» бессмысленным. И вот почему:

«Бессмысленно. Не было никаких «палачей», если понимать под этим неких маньяков, смакующих страдания, или сознательных убийц. Все решала лотерея. Ежов (1895) был обычный партработник. Но кинули в 1936 на НКВД. А могли Хрущева (1894) или Микояна (1895). И сегодня они бы играли роль кровавых злодеев. И Ягода, и Ежов, и Берия, и Меркулов, и Абакумов - все они были абсолютно обычными людьми безо всяких порывов к преступлениям и мучительству. Им сказали организовать террор - они организовали. Не сказали - не организовывали бы.

Этажом ниже были рядовые следователи - простые люди из народа с минимальным образованием. В НКВД практически все попали случайно. Им сказали - норма 20 дел в месяц о врагах народа, они и делали. На их месте мог быть каждый второй. Это все винтики системы. Практически все авторы коммментов тут, родись они в 1912, и попади в 1936 в НКВД по мобилизации - точно также пытали бы и выбивали признания, и не считали бы что делают что-то плохое. Вот тот же Иван Курилла - башковитый организованный мужик. С 1920 он бы с 8 лет подвергался идеологической интоксикации - попы, буржуи, царский режим, государство рабочих и крестьян, пионеры, комсомолия, рабфак и проч. В 1935 его бы - молодого перспективного парня пригласили в НКВД и сказали - нам такие нужны, комсомольцы, хваткие, энергичные. И все - и стал бы делать карьеру не как преподаватель диамата и истмата, а в органах. И никто бы не стал спрашивать желания. Поэтому все эти поиски «палачей» - они бессмысленны…»