Рус
Eng

Николай Круглов

Николай Круглов

Николай Круглов

18 октября 2007, 00:00
Спорт
Оксана ТОНКАЧЕЕВА
Как уже сообщали «Новые Известия», после медицинского обследования в Москве мужская и женская сборные России по биатлону в рамках подготовки к новому сезону отправились на первый снег в австрийский Рамзау. А накануне отъезда один из лидеров команды, чемпион мира, призер Олимпийских игр Николай КРУГЛОВ рассказал «НИ» о

– Как настроение, Николай?

– Хорошее настроение. Лето провел хорошо, отдохнул, как следует. Свое функциональное состояние, если можно так сказать, оцениваю на все сто процентов.

– Где отдыхали, если не секрет?

– Покатался на горных лыжах, потом какое-то время провел с родителями дома. А не так давно с моря вернулся.

– После уверенной победы на чемпионате России по аквабайку, где вы принимали участие в показательном «олимпийском слаломе», вам не предлагали вид спорта поменять?

– Нет, биатлон я ни на что другое не променяю, хотя аквабайком «заболел». Это такой экстрим, что в прямом смысле дух захватывает. Скорость под сто километров, брызги в глаза... Самое интересное, что до участия в этих гонках я на водном мотоцикле всего три раза сидел. Катался на Горьковском море и считал себя чайником. Вообще никогда не думал, что меня это может увлечь. Но если сравнивать, то удовлетворения я все-таки больше получаю от биатлона.

– Выход на первый снег в Рамзау – это последний предсезонный сбор?

– Да, если выражаться спортивным языком, будем там набирать объемы, чтобы чуть позже на снегу в Ханты-Мансийске решать уже более серьезные задачи.

– Что показало медицинское обследование, которое вы проходили перед отъездом?

– А что оно может показать? Вроде все нормально. Но хотелось бы видеть динамику, сравнивать свое нынешнее состояние с показателями прошлых лет, а это практически невозможно.

– Почему?

– Потому что каждое новое обследование мы в разных институтах проходим. Представьте, врачи другие, аппаратура тоже. Все показатели и медицинские заключения, естественно, от этого зависят. Вот чувствую я себя хорошо, но хотел бы узнать – в лучшей или в худшей форме год назад находился. На мой взгляд, такое обследование – уровень не сборной страны, а детской спортшколы.

– Большие победы, как известно, из мелочей складываются. Весь прошлый сезон прошел для вас под знаком «войны» с родной федерацией. Многие члены сборной так и не подписали с ней контракты. Психологически, как признался кто-то из ваших коллег, на команду это очень сильно давило. А как обстоят дела сейчас?

– Если говорить о результате, то его как не было, так и нет. А все эти разговоры бесконечные… Они ни к чему не приводят. Мы же не требуем чего-то необыкновенного, не говорим, что денег нам не хватает. Мы просто просим ясности в отношениях между нами, спортсменами, и федерацией. И опять-таки, не потому, что мы такие-сякие капризные и несговорчивые. Грамотно составленные контракты – это требования сегодняшнего дня.

– Но хоть какие-то ваши мнения, поправки в новом контракте были учтены?

– Какие-то были, какие-то – нет. Вроде договорились обо всем в августе на встрече с руководством федерации. Нам даже пообещали новые контракты в аэропорт (мы на следующий день на сборы улетали) привезти. Но никто ничего не привез. Непонятно, если есть договоренность на словах, почему ее нельзя оформить на бумаге? Есть чего бояться? Поэтому, повторю, пока результатов ноль.

– А вы в курсе, что тех, кто контракт с федерацией так и не подпишет, могут не допустить к участию на этапах Кубка мира, в чемпионате мира…

– Слышал об этом. И, к сожалению, должен признать, что в этой ситуации лично от меня и моих товарищей по сборной ничего не зависит.

– И вы так спокойно об этом говорите…

– А что делать? У нас складывается парадоксальная ситуация. Международная федерация биатлона признает федерацию национальную. А финансирование сборной команды осуществляет Росспорт. Государственная организация не имеет права вмешиваться в дела общественной организации, то есть отечественной федерации биатлона. Это казус, но это – факт. Вот и получается, что мы, спортсмены, бесправны. Это-то и обидней всего. Ведь на тех же самых Кубках, чемпионатах мира, Олимпиадах мы представляем честь и интересы страны. А в проблемных ситуациях остаемся с ней один на один. И никаких рычагов, чтобы как-то повлиять на это, не имеем.

– Осознание такой нерадостной перспективы мешает, наверное, к сезону готовиться?

– Конечно, определенный отпечаток все это накладывает. Бывает, мысли всякие в голову лезут – зачем, мол, все это, если руководство на пресс-конференциях объявляет, что и замену нам, если что, найдут. Молодежь, мол, появится… Но мы профессионалы, и лично я свою работу стараюсь делать хорошо, выкладываюсь по максимуму. Как ни в чем не бывало.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter