Posted 16 июня 2017,, 14:12
Published 16 июня 2017,, 14:12
Modified 8 марта, 02:05
Updated 8 марта, 02:05
Олег Горюнов, "Новые Известия"
«НИ» уже писали о том, как легко директор школы № 1018 Алексей Головин расстался с одной из лучших своих учительниц – Шкуриной Александрой, о том, как родители ее учеников и ее коллеги пытались ее защитить, и вернуть в учебное заведение, которому она отдала 5 лет жизни.
Однако, Департаменту образования Москвы, судя по всему, скандала, вызванного придачей гласности этой некрасивой истории, все еще кажется недостаточно.
Сегодня автору этой статьи позвонила сама Александра Витальевна, чтобы сообщить о плохих новостях.
«После выхода статьи обо мне, это было несколько дней назад, мне позвонили из Управления государственного надзора и контроля в сфере образования Департамента образования Москвы, и очень нежным голосом сказали, что приглашают меня к ним приехать. Я обрадовалась – подумала, что, наконец-то меня кто-то захотел защитить, но оказалось, что все это не так. Я спросила: «А мне распечатки моих звонков в этот день брать? Потому что по ним видно, что я никуда не звонила». Нежный голос мне ответил: «Можете взять, но главное - паспорт», - сообщила упавшим голосом Александра.
Как выяснили «НИ», нежный голос в телефонной трубке принадлежал Иванцовой Рузанне, но сегодня из того же управления Департамента образования позвонил Анохин Вячеслав.
«Он попросил у меня сообщить ему адрес моей электронной почты. Я дала, он сказал, что по почте отправил мне извещение о том, что я должна к ним прийти 20 июня, просил ему подтверждение прислать. Я спрашиваю: «Для чего Вы меня вызываете?» Он сказал: «Вами было допущено правонарушение административное, и вот по этому поводу мы вас приглашаем». Я говорю: «Подождите – я уже уволена». Я им подтверждение не отправила, сказала, что меня будет представлять теперь мой адвокат.
Меня эта ситуация очень настораживает. То есть какие протоколы постфактум они собираются составлять? Не понятно», - рассказала в интервью «НИ» уволенная учительница.
Вот то самое извещение:
Примечательно то, что сказано в конце этой, так скажем, «повестки»:
«Неявка не является препятствием для составления протокола об административном правонарушении».
Другими словами – присутствие Шкуриной – необязательно. Спрашивается: «Зачем тогда тревожить и без того расстроенную последними событиями в жизни женщину?»
Вот как прокомментировала подобные «приглашения» дочь Александры, Елена:
«У нас тут черт знает, что происходит. Я бесконечно поражаюсь происходящему, мне жалко мою маму. Мне очень-очень хочется, чтобы весь этот абсурд разрешился в нашу пользу, чтобы в следующий раз, когда кто-нибудь решит кого-нибудь уволить из школы, чтобы он подумал: «А вдруг это психопаты, которые будут бегать, орать и отвоевывать свои права?»
Потому что даже если у нас ничего не получится, то хотя бы какой-то прецедент будет. Я понимаю, что мы по какой-то очень больной точке попали, и мне пишут учителя, которые боятся рассказывать свои истории, но сообщают о том, как они все запуганы, как их унижают, как их увольняют. Целую неделю эти сообщения приходят, и как-то мне очень страшно».
Сегодня автору этой статьи позвонила еще одна учительница, ей уже не страшно – ее тоже уволили, ее тоже не поддержал педагогический коллектив.
Елена Игнатьева позвонила нам, чтобы узнать телефон своей коллеги по несчастью Шкуриной, и хотя бы в телефонном разговоре поддержать ее.
«Вы знаете, я отдала поселковой школе 19 лет жизни. И если за Александру учителя хоть попытались заступиться, то от меня все отворачивались, проходя мимо. Все знали, что меня увольняют ни за что, но проходили мимо», - говорит Елена Игнатьева.
Что происходит с нашим образованием? Почему учителя боятся заступиться за своего коллегу, зная, что с ним поступают жестоко и несправедливо? И почему, наконец, молчит Департамент образования Москвы, не отвечает на наши официальные запросы, нарушая федеральное законодательство?
И чему, наконец, могут научить наших детей такие учителя и чиновники от образования? Проходить мимо униженных и оскорбленных?
«Почему так происходит в системе образования? Я не знаю, но Вы знаете, однажды мой учитель, фронтовик сказал так: «Учителя – плохая профессия, учителя – плохие люди!» Я эти слова забыла, конечно, но недавно, почему-то вспомнила…», - призналась нам учительница, уволенная из поселковой школы Самарской области.
Остается только добавить, что наш призыв к учителям школы № 1018 позвонить (пусть даже на условиях анонимности), и сообщить автору этой статьи, почему 30 учителей этой школы сначала подписались под письмом в защиту своей уволенный за… телефон в кармане коллеги, а потом дружно передумали, и попросили вымарать свои фамилии под этим письмом, остался «не услышанным».
Ни один человек не позвонил, простите за неточность, - московский учитель.