Рус
Eng
ЧП столичного масштаба

ЧП столичного масштаба

6 июня 2013, 00:00
Общество
МАРГАРИТА АЛЕХИНА, АННА АЛЕКСЕЕВА, МАРИЯ КОЛОМИНА
1

Вчерашний пожар в столичном метро, вспыхнувший из-за короткого замыкания на силовом кабеле между станциями «Охотный ряд» и «Библиотека им. Ленина», стал причиной тяжелого отравления у 59 человек, 15 из которых оказались госпитализированы. Еще 4,5 тысячи человек вчера утром были эвакуированы из задымленных вагонов. Число же москвичей, которые так или иначе пострадали из-за транспортного коллапса, исчисляется сотнями тысяч. «НИ» нашли жителей столицы, которые оказались в эпицентре аварии, и попросили их поделиться увиденным.

В их рассказах – вся правда о работе метрополитена, дополнительном наземном транспорте и взаимовыручке пассажиров.

Сокольническая линия считается достаточно загруженной: в день ею пользуются около миллиона человек. Согласно последнему годовому отчету Московского метрополитена (за 2011 год), пассажиропоток на «красной» линии с 8 до 9 часов утра составляет около 65 тыс. человек, с 9 до 10 – 50 тыс., а с 10 до 15 – по 40 тыс. человек в час (то есть всего 200 тыс.). Иными словами, корректировать планы в среду так или иначе оказались вынуждены более 300 тыс. москвичей и гостей столицы.

Григорий Уткин:

– Я был на «Лубянке» около 8:10. Стояли плотно и в духоте: на станции поезд задержался минут на пять и успел полностью набиться. Отъезжаем от «Охотного ряда» – вдруг через вентиляцию повалил дым. Сразу крики: «Закройте окна!», мат.

Следует отдать должное машинистам – они не молчали, а спокойно с нами общались, успокаивали. Время шло, дыма уже не чувствовалось, но было очень жарко. Люди начали дышать через платки. Тем, кто себя плохо чувствовал, уступали места. Машинист объявил, что будет произведена эвакуация через кабину машиниста. Минут через 30 после остановки он прошел по вагону, вывел детей и плохо чувствовавших себя женщин. Зрелище было печальное, потому что шли астматики, у которых не было ингалятора, на лице была мука, они очень часто и тяжело дышали. Также вывели беременных.

Становилось все жарче, окна не спасали – когда снова повалил дым, их пришлось закрыть. Оказалось, что не всех астматиков вывели, одна женщина осталась, и ей было плохо. У одного мужика была отвертка в сумке, и он открыл ею дверь: просто вставил между дверями и разжал. Потом передал ее вперед, чтобы остальные двери открыли. Потянуло воздухом, женщине с астмой стало чуть легче дышать. Машинист прошел и попросил дверь закрыть, но не настаивал – понимал, что нам трудно. Мы не закрыли.

Где-то через час прошли эмчеэсовцы – вывели опять плохо себя чувствующих. Я был в середине состава, до нас дошло всего три человека. Они открыли двери между вагонами, и люди пошли в сторону машиниста. Паники и давки не было, сначала пропускали женщин. Когда выводили полузадыхающихся, некоторые снимали их на камеры.

Некоторые выпрыгивали из поезда и шли по туннелю. С мыслью «Когда у меня будет еще такая возможность?» я дождался большого интервала между людьми и шагнул в неизвестность. Идти вдоль вагона было не очень удобно: слева были крюки, которые поддерживают кабели, за которые я постоянно цеплялся и весь перемазался.

Думал пофоткать или снять видео, но передо мной шла женщина, у которой тоже была астма, я готовился ее ловить. Сзади поторапливали, кричали, чтобы мы шли быстрее, потому что люди в задних вагонах задыхаются. На «Библиотеке» люди помогали подняться на перрон, стояли эмчеэсовцы и медики. Опоздал на службу. А рубашку пришлось стирать в раковине на работе.

Коллапс на «красной» ветке ощутили на себе пассажиры и других линий метро .

Екатерина Кошкова:

– Я пришла на «Библиотеку имени Ленина» около 8:45. Там уже была толпа, сравнимая по объему с таковой при 6–8-минутном ожидании поезда. Многие в ступоре останавливались, едва ступив на лестницу с перехода, потому что просто некуда было двигаться: люди стояли и на лестницах к «Арбатской» и «Александровскому саду». Кто-то снимал количество народа на мобильный телефон (а оно и впрямь было беспрецедентным).

По платформе бегала женщина в форме и, лавируя между пассажирами, говорила: «Успокойтесь, скоро поедем». А потом вдруг схватила мегафон и очень неспокойным голосом стала просить людей покинуть станцию, пересесть на другие ветки, воспользоваться наземным транспортом и не снимать происходящее на мобильные телефоны. Эта ее фраза заставила меня нервничать: такой страх, что что-то просочится куда-то, всегда настораживает.

Я подошла к ней и спросила: как можно будет добраться до «Фрунзенской», если не по красной ветке? Она сказала: «Через кольцо, от «Парка культуры» едут поезда». Я и некоторые другие пассажиры пошли на пересадку. Услышав на кольцевой «Киевской» объявление, что «поезд проследует станцию «Парк культуры» без остановки», пассажиры натурально расхохотались.

Когда наш поезд по кольцу ехал мимо «Парка», на платформе еще стояли люди и ждали, что двери откроются. Им явно никто еще не сказал, что остановки не будет. Доехали до «Октябрьской». Когда я шла пешком через мост, от Парка культуры повалила огромная толпа: тысячи людей шли по неслабой жаре пешком.

Кстати, в сторону «Фрунзенской» по Комсомольскому проспекту ехали всего три битком набитых автобуса. Никаких дополнительных транспортных средств ни я, ни мои одногруппники (попавшие в аналогичную ситуацию) не заметили.

Мария Константинова:

– Я была на «Комсомольской» около часу дня. Движение в центр еще не было восстановлено; всех высадили. А мне – на Таганскую ветку. Вышла, стала ловить такси до «Кузнецкого моста». Опросила человек восемь. Пятеро предложили доехать за тысячу рублей (из них четверо с шашечками и один частник); двое – за полторы, один частник – за 800 рублей. Обычно такая поездка обходится в 300–500 рублей. В итоге плюнула и прошла три километра пешком.

Татьяна Дмитриева:

– На «Юго-Западной» было очень спокойно, народу даже меньше обычного – видимо, все заранее выбрали пути объезда. Но на «Парке культуры» – уже толпы. Больше всего меня возмутили эскалаторы при переходе: из трех только один везет вниз, на Кольцевую ветку, возле него образуется толпа; а два – вверх, с Кольцевой на Сокольническую, которая наполовину перекрыта. Но, слава богу, никакой паники не ощущалось.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter