Posted 17 января 10:00

Published 17 января 10:00

Modified 17 января 10:02

Updated 17 января 10:02

Дефицит или переизбыток: что будет с топливом в России с февраля

17 января 2023, 10:00
На фоне вступающего менее чем через три недели эмбарго на российские нефтепродукты европейские трейдеры пытаются максимально закупить дизтопливо из России.

Екатерина Максимова, Наталья Сейбиль

Согласно данным Insights Global, запасы топлива в ЕС достигли максимума 2021 года. В Европе импорт дизельного топлива  «ускорился» до 770 тыс баррелей в сутки. Такие объемы объясняются тем, что с 5 февраля начнёт действовать два типа санкций –  непосредственно эмбарго на поставку нефтепродуктов в основные страны Евросоюза (нельзя будет доставлять морским транспортом). «И второе - с этого же дня будет действовать потолок на цену нефтепродуктов. Пока не совсем ясно, как они - авторы эмбарго -  это оформят, так как существует несколько типов продуктов нефтепереработки – дизельное топливо, газоил, мазут», - напоминает эксперт финансового университета и Фонда Национальной энергетической безопасности Игорь Юшков. 

«Новые Известия» со ссылкой на нефтегазового эксперта Михаила Крутихина сообщали, что из-за эмбарго Россия потеряет 57% экспорта нефтепродуктов.

Руководитель управления аналитических исследований инвестиционной компании «IVA Partners» Дмитрий Александров подчеркивает, что для страны  это обернется не только падением добычи нефти, но и падением переработки. 

И, не исключает Игорь Юшков, на внутреннем рынке в моменте может возникнуть дефицит топлива. Он уточнил, что годовое потребление в стране составляет около  27-30 млн тонн дизеля, столько же бензина и около 30 млн тонн  - это  всё остальное (мазут, авиакеросин и т.д.). 

«И государству надо уже сейчас просчитывать. Когда мы производит дизель и бензин для внутреннего рынка, то в любом случае остаётся мазут. Не окажется ли так, что мазута окажется больше, чем мы можем экспортировать и потребить внутри страны? Не будет ли у нас переизбытка мазута? Если его некуда будет девать, придётся сокращать переработку, отчего у нас начнётся дефицит бензина и дизельного топлива. Тут необходимо просчитывать, насколько Россия способна сманеврировать в сторону увеличения экспорта чистой нефти так, чтобы не пострадал внутренний рынок»,  -  уточняет Игорь Юшков. 

Дмитрий Александров, в свою очередь, не исключает, что сокращение нефтепереработки может коснуться предприятий, расположенных в Приволжском и Западном Федеральных округах. 

«Перенаправить быстро на Восток или на Юг продукты нефтеперарботки будет сложно. Если учесть, что основной объем переработки находится у нас в европейской части, был ориентирован на европейские рынки, просто так развернуть  на восток по железной дороге, конечно, возможно, но пропускная способность не резиновая. За год это сделать в принципе невозможно. Спасает только то, что полностью Европа тоже не сможет отрубить себе российский импорт», - отмечает Дмитрий Александров. 

Директор Центра мировых энергорынков Вячеслав Кулагин также делает акцент на «региональную историю». «Дело в том, что заводы расположены у нас в разных частях страны. На экспорт в Европу работала только часть этих заводов. Те, которые расположены в западной части, на них это скажется. Те, которые работают на Востоке страны, на них этот фактор мало отразится. Они смогут сохранить прежние объёмы, так как работают либо на восточный рынок, либо на внутренний. Будет индивидуальная история. Для каждой компании будет свой вызов. Крупным компаниям попроще. Они смогут оптимизировать», - пояснил Кулагин. 

Президент Союза Нефтегазопромышленников России Генадий Шмаль, напротив,  уверен, что дефицит автомобильного топлива российским автомобилистам не стоит. «Наши заводы сегодня имеют достаточно большой объем производства: 310-320 млн тонн можем перерабатывать», - отметил он. Более того, не исключает Шмаль, возможно даже затоваривание топлива. 

Вячеслав Калугин тоже считает, что по некоторым продуктам на внутреннем рынке  может возникнуть переизбыток. «Например много дизельного топлива шло в Европу. Понятно, что появится большое предложение на внутреннем рынке», - уточнил эксперт.

На локальную  возможность переизбытка автомобильного топлива указывает и руководитель управления аналитических исследований инвестиционной компании «IVA Partners» Дмитрий Александров. «Я не жду, что давление, которое будет оказываться, снизит нефтепереработку больше чем на 20%. Я не жду закрытий крупных НПЗ. Если возникнет ситуация, что Европа попытается продавить больше, чем мы готовимся и ждём, тогда может возникнуть локальный избыток. В моменте это может надавить сильно на независимые нефтеперерабатывающие заводы. Они под угрозой в первую очередь», - добавляет  Александров. 

В любом случае, как отмечает Дмитрий Александров, полностью оценивать эффект от очередной порции эмбарго пока рано. «При этом понятно, что по отдельным продуктам давление будет. Европа оставляет себе максимальное пространство для манёвра, потому что пока не понятен эффект. Они могут оставлять более комфортные условия для тех продуктов, которые нужнее», - резюмировал Александров. 

Что будет с розничными ценами на топливо -  покажет время. Как полагает Михаил Крутихин, чуда на АЗС страны не случится. «Цены на АЗС определяются не ценой нефти, и не политикой нефтяных компаний. Ценовая политика  целиком зависит от российского правительства. Более 70% в цене бензина - это налоги. И практика двухразового повышения акцизов каждый год продолжается. То есть с нефтяных компаний будут дополнительно еще брать деньги. Поэтому не исключаю, что топливо будет дорожать. Но налоговая обдираловка - это привычная политика российского правительства. Акцизы и прочие налоги на нефтяную отрасль - это все будет продолжаться. Цена, думаю, только повысится», - прогнозировал эксперт. 

При этом на фоне эмбарго биржевая стоимость дизтоплива начала снижаться. Так, 16 января  на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже (СПбМТСБ)  впервые с  конца 2020 года  стоимость дизтоплива снизилась  до 43,5 тыс рублей за тонну (-1,5%).