Posted 17 октября 2017,, 10:26

Published 17 октября 2017,, 10:26

Modified 25 декабря 2022,, 14:36

Updated 25 декабря 2022,, 14:36

Обыкновенное варварство: в Подмосковье разгромили музей, посвящённый «лампочке Ильича»

Обыкновенное варварство: в Подмосковье разгромили музей, посвящённый «лампочке Ильича»

17 октября 2017, 10:26
Власти закрыли Музей ГОЭРЛО в деревне Кашино, где символически началась ленинская «электрификация всей страны», а экспонаты выбросили в помойку.

Что такое скрепы? Можно сколько угодно распинаться об уважительном, якобы присущем нашему народу, отношении к истории, к людям и событиям, оставившим в ней свой след, но все это оборачивается пустой пропагандистской болтовней, когда в грязи у ворот музея обнаруживаешь старую фотографию – свидетельство, а в мусорном контейнере - изорванные в клочья письма – приветствия первых пионеров будущим поколениям. Журналист Евгений Арсюхин побывал в Волоколамском районе. Здесь ленинский план ГОЭРЛО из фантастики стал явью - в простой деревенской избе загорелась первая советская лампочка. Здесь её и выключили. За ненадобностью:

«Меня накрывает холодная ярость. Я знаю, что ничего изменить невозможно. Всё по закону. И всё уже случилось. Люди уже такие. Они давно стали такими. И других людей у нас не будет никогда. Но я всё же это пишу. Хотя бессмысленно. Сначала присказка. Деревня Кашино Волоколамского района прославилась тем, что именно тут Ленин ввернул в патрон первую советскую лампочку. Изба, в которой случились эти события, сохранилась. Это неимоверной красоты дом, сплошь покрытый деревянной резьбой. Сохранилась потому, что здесь был музей ГОЭРЛО. Музей первой лампочки. Иначе бы давно бульдозером в овраг, и чудо в сайдинге вместо. Здесь были все генсеки. Иностранцы. Но теперь музей закрыт. Табличка, что – филиал Волоколамского музея – осталась. Кое-где уже бьют стёкла. В окнах вижу - экспонаты пока на местах. И даже «объект охраняется».

Но это была предыстория.

Короче, работники музея (а кто ещё?) решили почистить фонды. И я сегодня обнаружил в мусорных баках, которые стоят прямо за избой... да чего я только ни обнаружил. Довоенные венские стулья – с инвентарными номерами. Раму от громадной картины. Холст грубо вырезали ножом. Еще штук 5 рам. Письма в музей. Одно прочитал – пионеры с Дальнего Востока шлют привет священному, как они пишут, месту. Фотографии. Они методично, заботливо разорваны на клочки. Портрет пожилой женщины с простым русским лицом был наклеен на картон, его порвать не смогли. Просто кинули лицом в грязь. Кто она, передовик производства, Ленина видела? Кто этот молодой мужчина, подстриженный по моде 70-х, чем заслужил, что его карточка попала в музей? Может, погиб в Афганистане? Кумачовое полотнище. Стенды, на которых аккуратно, тушью, почерком 70-х написано про электрификацию страны.

К помойке подошёл мужик выкинуть мусор.

- Это же из музея, - сказал я.

- Ага, - согласился он, высыпал мусор, и пошлёпал к себе. Лет 60 мужчине. Наверное, ребёнком водили в этот музей. Наверное, ровесник тех пионеров с Дальнего Востока. Неужели они врали, когда писали письмо в музей Ильича? И сегодня они бы точно так же порвали фотографии, письма, бумаги, и кинули гнить?

Я спас, что мог. Прежде всего фотографии. Они превратились в мокрый ком. Сейчас сушатся. Буду рассматривать. Увёз и письма. Это всё, что я мог сделать. Вот даже не сомневаюсь, что всё по закону. Музей закрывают, потому что так распорядилась Москва. У нас же всё делают, как распорядились сверху. Сами-то мы ни-ни. Фонды списали по описи. Три подписи, печать. И как ты скажешь этим людям, что так нельзя? Ну разве что вот так: вы убили преступника (а вы же теперь Ленина преступником считаете, хотя раньше заливали пионерам Дальнего Востока о самом человечном человеке). Ну хорошо. Так зачем вытаскивать его труп на помойку, чтобы его грызли собаки? Вы что, не можете расстаться с эпохой по-людски? Хранить фотографии ваших сельчан негде? По домам раздайте.

И вот они стоят вокруг, холодные и техничные, и мы ничего с ними не сделаем, потому что никаких «мы» нет. Мы все как они.»