Рус
Eng
Андрей Мовчан: какой должна быть нормальная пенсионная реформа
Аналитика

Андрей Мовчан: какой должна быть нормальная пенсионная реформа

21 июня 2018, 20:52
В мире давно внедряется модель, по которой государство обеспечивает пенсией только социально незащищенных граждан, а средства «на старость» копят сами граждане на специальных пенсионных счетах

Очень важный материал о перспективах затеянной властями пенсионной реформы и о том, какой она должна быть на самом деле (но в нынешней России вряд ли будет), - опубликовал эконмосит Андрей Мовчан на сайте Московского Центра Карнеги.

Сторонники повышения пенсионного возраста полагают, что количество пенсионеров растет быстрее, чем население, и доля пенсионеров к количеству работающих увеличивается, а также что доля пенсионеров растет не столько за счет того, что падает рождаемость, а за счет того, что люди стали дольше жить и позже начинать работать. Кроме того, доля труда в ВВП постепенно сокращается, то есть работающие чем дальше, тем меньше зарабатывают на один доллар ВВП. То есть по этой логике, работающие уже сейчас не могут кормить пенсионеров, а дальше будет только хуже. Следует сократить количество пенсионеров и увеличить количество работающих, повысив пенсионный возраст.

Однако, все не так просто. Не факт, что повышение пенсионного возраста заставит несостоявшихся пенсионеров работать: люди старше 55–60 лет уступают более молодым кандидатам по многим параметрам, и поэтому большая часть лишенных пенсии зрелых людей вряд ли найдет продуктивную работу. А стало быть забота о них ляжет на плечи государства – через пособия и создание искусственных рабочих мест в государственных структурах. А это, при средней пенсии в три раза ниже средней зарплаты, означает утроение госрасходов. Переподготовка пожилых людей тоже потребует денег. А остальных возьмут на себя работающие родственники, что по сути будет эквивалентом повышения пенсионных взносов.

Кроме того, если идея повышения пенсионного возраста ведет к снижению выплат и росту взносов, то до какого предела нужно его повышать? Если зафиксировать отметку 1,5 к 1 (отношение трудовых ресурсов к количеству пенсионеров), которое возникнет сейчас, то в 2030 году придется сократить количество пенсионеров еще на треть, чтобы выдержать это соотношение, то есть поднять пенсионный возраст до 68 лет у женщин и до 70 лет у мужчин. А учитывая то, что доля труда в ВВП упадет еще на 15–20% (с сегодняшних 55% в России до 45–48%), то пенсионный возраст превысит и 70 лет. Причем пенсия и у них будет небольшой.

А в 2040 году к 71 году подберутся те, кому сейчас 45–47 лет. Их чуть меньше, чем нынешних 55–60-летних, но к тому времени пенсионного возраста уже достигнут те, кому сегодня 50–65 лет – самая большая возрастная группа в пирамиде, так что работать на них будут те, кто сегодня входит в группы от 10 до 40 лет – меньше 40% населения. А это уже далеко от соотношения 1,5 к 1. Причем работать будут не 100% трудовых ресурсов, поскольку льготный выход на пенсию для 25% трудовых ресурсов никто не отменял. Да и взносы платят около 70% работающих. И что? Поднимать в 2040 году возраст до 80 лет?

Соотношение платящих пенсионные взносы к получающим пенсию 1,5:1 при ставке пенсионного взноса примерно 20%, притом, что Пенсионный фонд тратит примерно 20% взносов на обеспечение своей жизнедеятельности, даст максимальный уровень пенсии в 24% от средней зарплаты, когда сегодня он около 30% за счет дотаций от пенсионного фонда, которые составляют почти половину выплат. То есть взносы работающих покрывают пенсии в 15% от зарплаты, ведь взносы платят или не полностью, да и существуют льготные пенсии, особо крупные пенсии и непрозрачные расходы ПФР. Это значит, что для выплат пенсий на нынешнем уровне без дотирования ПФР необходимо соотношение работающих к пенсионерам 3:1 при сохранении нынешней доли труда в ВВП. То есть пенсионный возраст к 2040 году нужно поднимать уже до 85–87 лет!

Поэтому очевидно, что повышение пенсионного возраста – это консервация проблемы и подготовка катастрофы в 20-летней перспективе, причем за счет самых слабых – людей зрелого возраста, у которых мизерные шансы на трудоустройство и растущие расходы на медицину. При этом не решается даже сиюминутная задача, ведь пенсии останутся низкими, мотивация платить пенсионные взносы становится нулевой, затраты государства не снижаются, скорее наоборот.

Это провальный путь, когда работающие граждане должны обеспечивать пенсией пенсионеров. В мире давно разработана иная модель, в которой государство обеспечивает из бюджета маленькой и практически одинаковой пенсией только социально незащищенных граждан – пожилых, инвалидов и сирот. Зато средства «на старость» копят сами граждане на специальных пенсионных счетах, имея право распоряжаться этими средствами (в смысле инвестирования), но не обладая возможностью потратить их до достижения пенсионного возраста.

Для примера: допустим, некто получает стабильную зарплату (растущую ровно на величину инфляции) и откладывает на пенсию 22% от нее (столько же, сколько сейчас вносит в ПФР) в течение 25 лет (скажем, с 35 до 60 лет), вкладывает их каждый год под ставку «инфляция + 2%», затем прекращает получать зарплату и начинает брать из накопленных средств 30% от своей прошлой зарплаты (с учетом инфляции), а остаток продолжает инвестироваться под «инфляцию + 2%».

Такую пенсию он может получать 35 лет, то есть - до 95 лет, а если проработает 30 лет (с 35 до 65 лет), то еще 30 лет (до 95 лет) будет получать 40% от своей зарплаты. Если он хочет получать 50% от своей зарплаты, придется вкладывать каждый год 27% от зарплаты или работать 33 года, а получать пенсию 27 лет.

При такой системе гражданин России мог бы получать намного большую пенсию (в соотношении с зарплатой), чем сейчас, с индексацией на инфляцию и выходя на пенсию в 60 лет или даже раньше. При этом ситуация никак не зависела бы от «демографических ям», «сокращения трудовых ресурсов», «доли работающих» и прочих аргументов наших «специалистов» по поиску денег на пенсии.

Только вот переход к такому накопительному методу надо было начинать 20 лет назад, тогда сегодня не было бы такого вопроса. А если начинать таки сейчас, то делать это постепенно. То есть предложить осуществить переход с 2019 года для всех лиц 1983 года рождения и моложе, которые перестали бы платить взносы в общий дырявый котел и начали бы копить на индивидуальных счетах пенсию самим себе. К тому же их вклад в ПФР сегодня мал, поскольку зарплаты у них невысокие, многие учатся. И именно так начать 25-летний марафон перехода.

Остается вопрос, как платить тем, кто родился до 1983 года? Ответ непопулярный, но эффективный: добавлять за государственный счет. Если пенсионный возраст не повышать, то в первый же год придется добавить к взносам и существующим субсидиям около 0,4 трлн рублей, и каждый год эта сумма будет расти примерно на 90 млрд рублей. За 25 лет набежит гигантская сумма – 39 трлн рублей. Но в годовом выражении это всего 1,5 трлн рублей, меньше 5% консолидированного бюджета РФ.

Это много, но такова плата за промедление в 27 лет с 1991 года. Сегодня же осталась альтернатива: либо действовать так, сохранив социальные гарантии на 25 лет и перейдя затем к самообеспечивающейся системе, либо – медленно двигаться к полному банкротству системы пенсионного обеспечения, отъедая у работающих 22% зарплаты, притом что эти работающие пенсию в будущем не получат.

Взять эти 1,5 трлн рублей в год (сейчас, правда, это меньше 0,5 трлн; сумма будет расти медленно и достигнет 1,5 трлн через 13 лет) можно, урезав спорные статьи бюджета (типа расходов на оборону), увеличивая эффективность государственных расходов и прежде всего расходов ПФР (у 110 тысяч его сотрудников можно найти требуемые на первый год 400 млрд рублей). А также занимать на внутреннем рынке. Сегодня внутренний долг РФ составляет около 7 трлн рублей, 8,5% ВВП. Если из 39 трлн рублей занять половину и на проценты, то внутренний долг к моменту полного перехода к самообеспечивающейся системе составит в сегодняшних рублях около 34 трлн рублей, что меньше 40% ВВП – вполне допустимая величина.

Учитывая, что с 26-го года реформы бюджет больше не должен будет добавлять деньги в ПФР (кроме социальных пенсий, но их размер сегодня не дотягивает до 600 млрд рублей в год, величина подъемная даже для нашего государства, тем более что доля капитала в ВВП растет, с него и надо брать эти средства), возврат уровня долга к сегодняшним значениям при сохранении параметров бюджета займет еще 20–25 лет – если государство, конечно, решит его сокращать.

Инфляционного эффекта от роста внутреннего долга бояться не стоит: 1,5 трлн рублей в год – это небольшая сумма, а выплаты будут уравновешены средствами, которые инвестируют со своих пенсионных счетов граждане, родившиеся после 1983 года. Эти средства пойдут на долгосрочные займы, на внешние рынки, окажутся в недвижимости... То есть из потребительского сектора (где они бы были, если бы пошли на пенсии) перейдут в инвестиционный.

А вот над тем, чтобы граждане России, родившиеся после 1983 года, инвестировали свои индивидуальные пенсионные накопления надо как следует поработать, чтобы обеспечить им возможность добиться доходности как минимум «инфляция + 2%».

Во-первых, разрешить инвестирование только через институты, имеющие международные рейтинги инвестиционного уровня. Во-вторых, инвестирование должно быть глобальным. В-третьих, должны быть обеспечены жесткие параметры диверсификации, контроля волатильности и прочее.

В мире накоплен значительный опыт работы инвестиционных систем, который можно и нужно перенимать, а еще важнее обеспечить российским гражданам широкий набор конкурирующих возможностей за счет включения большого числа профессиональных международных финансовых институтов. Самое же важное - это категорически исключить из рассмотрения любые схемы, ведущие к использованию пенсионных накоплений российским государством, равно как и инвестирование этих средств в рискованные активы, типа венчуров или экзотических финансовых инструментов.

Конечно, реальная реформа должна прорабатываться глубоко и просчитываться точно. Могут немного измениться цифры, уточниться параметры, даты и сроки, но идея не изменится.

Напоследок эксперт с горечью резюмирует: надежды на то, что подобная идея имеет шанс на реализацию в сегодняшней России нет никакой. И власть, и общество заражены дистрибутивным взглядом на экономику, ценность качества человеческой жизни в глазах власти так мала, горизонт планирования так узок, что идея войти в 25-летний процесс реформы, занимать средства на ее осуществление, да еще экономить на том, что является идеальной кормушкой для высших чиновников, и все ради того, чтобы какие-то старики через 20 лет получали пенсию, при этом не в виде государственной подачки, а с собственного счета, – будет воспринята как опасная ересь.

Так что реформа, видимо, подождет до времен полного краха пенсионной системы. Тогда все равно придется начинать делать то же самое – только это будет гораздо труднее.

Полностью здесь

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter