Рус
Eng

Китай на распутье: куда идти после 40 лет реформ?

Аналитика
Китай на распутье: куда идти после 40 лет реформ?
14 августа 2017, 15:03
В Барнауле прошла международная конференция «2017 год: Пути развития России в условиях международной напряженности», организованная политиком Владимиром Рыжковым в сотрудничестве с Фондом Эберта. Особый интерес вызвало на ней выступление специалиста по Китаю Александра Габуева.

Александр Габуев, руководитель программы «Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе» Московского Центра Карнеги:

«Для того, чтобы понять, где Китай оказался и с чем это сравнивать, надо переноситься не очень далеко, а всего на 40 лет назад. Это обозримый срок. Многим в этом зале уже за 40, поэтому, все это происходило в вашей жизни. 1977 год. В Китае, по сути, закончилась гражданская война. Закончилась установлением коллективной военной диктатуры. Страна 10 лет «стояла на ушах», методично вырезая свою интеллигенцию. Гораздо более методично, чем даже мы в свою гражданскую войну. «Раздалбывала» свою экономику. И так далее.

К власти приходит генералитет во главе с бывшими полевыми командирами гражданской войны, снявшими погоны. Которые думают: «Что же им делать с этой страной?». И начинают проводить курс, который Дэн Сяопин (полевой командир, возглавивший всю эту военную братию) назвал «переходить реку, ощупывая ногами камни». Это самое правильное и, на мой взгляд, мудрое и емкое формулирование, чем Китай вообще во всем мире занимается.

Очень многие думают, что китайцы мыслят тысячелетиями. Что у них есть план, стратегия. А если мы ее не видим, то она либо потайная, либо очень сложная, а мы «простые лапти», и нам ее не понять. На самом деле, если смотреть на очень многие направления, которые Китай когда-либо делал, то это метод проб и ошибок. Постоянно. Китайцы делают какой-либо эксперимент, и он либо получается, либо не получается. Они смотрят, что получилось, что не получилось. И переносят его в другую местность. Если это пошло в богатой провинции, давайте попробуем в других. Попробуем в среднезажиточной. Ага! Тут это работает, а это не работает. Давайте адаптируем. Давайте теперь попробуем в десяти городах. А теперь сделаем национальной политикой. Так работает, в принципе, абсолютно любая вещь в китайской политике.

Как охарактеризовать развитие Китая за последние 40 лет? Можно примерно это поделить на четыре периода с немножко разными моделями. В 1980-е, после шоковой Культурной революции, китайцы занимаются примерно аналогом НЭПа в России. Распускают колхозы, отдают землю крестьянам в бессрочную аренду. Началось, на самом деле, с низов. В одном из уездов крестьяне просто пришли к начальнику местного обкома и сказали: «Чувак, мы либо тебя повесим, либо давай мы про колхоз забудем. Пойдем обрабатывать землю, а тебе заплатим продналог». Тот ответил: «Хорошо». Выбора у него особого не было. И они ему принесли больше продналог, чем в соседних уездах, где за колхозы пытались держаться, где партсекретари звонили и вызывали людей из местных военных частей. Дальше эта политика стала общенациональной. Демонтируются какие-то куски плана. В целом, все развивается за счет аграрного сектора и робких экспериментов с привлечением иностранного капитала.

В 1990-е Китай активно учится у соседей Южной Кореи и Тайваня, «азиатских тигров». Это встраивание в мировые цепочки добавленной стоимости. В 2000-е Китай развивается, как Олимпиада в Сочи это большая инфраструктурная стройка. Сейчас Китай на перепутье и пытается стать экономикой, похожей на Сингапур, только размером с американскую.

Результат этой политики за 40 лет: первая экономика мира по кредитно-покупательной способности, вторая по номинальному ВВП (к 2020 году, если все развивается так же, как сейчас, то они обгоняют США), первая по золотовалютному резерву ($3 трлн). Как вы думаете, какая страна первая по патентам? Если считать по патентам, которые Китай регистрирует в передовых юрисдикциях, то в США они уже третьи, в Европе четвертые. Это самый быстрый прогресс среди всех остальных стран, которые регистрируют патенты в хороших юрисдикциях. Это не только «дешевая мастерская». Это уже вполне серьезные инновации.

Завещание Дэн Сяопина

Какие были слагаемые успеха? Первый и главный. Китай, оказавшись у разбитого корыта в 1977 году, понимает, что единственное, что он может использовать это встраивание в мировую экономику. Используя немногие на тот момент конкурентные преимущества, которые у него есть. А есть у него десятки миллионов голодных людей с отличными рабочими навыками, с генетической памятью рисоводов (рис круглогодичный цикл с четырьмя десятками различных операций, где очень много манипуляций руками), размещенных около моря и готовых абсолютно на все, лишь бы заработать себе на плошку риса и лучшую жизнь для своих детей. Это, собственно, и предлагается.

Как раз в Японии, Южной Корее промышленный капитал развивается настолько, что люди начинают думать об экологии, о том, что рабочие руки слишком дороги, что надо бы эти заводы куда-то выносить. И тут китайское коммунистическое правительство машет: «Ребята, давайте к нам, у нас тут дешево. Вы можете нанимать 12-летних девочек. Никаких профсоюзов у нас не будет. Если будут бастовать вы звоните местному партначальнику, мы привезем военную часть и всех расстреляем нафиг».

Второе это очень умная работа с диаспорами. Сами знаете, у китайцев огромная диаспора за рубежом, превышающая 150 млн по разным оценкам. Диаспора очень богатая, хорошо образованная, по разному интегрированная в разные части мировой экономики. Многие бежали в период гражданской войны от коммунистов. Но товарищ Дэн Сяопин очень мудро, через разные пути, включая китайскую мафию, начал заходить к этим людям и говорить: «Я понимаю, что вы ненавидите коммунизм. Но в нашей национальной партии есть слова китайская коммунистическая партия. Вы китайцы, и мы китайцы. Мы уйдем, а Китай останется. Вы нашу страну знаете. Вы заработаете баснословные деньги. Приходите к нам, приносите свои инвестиции, свои связи, технологии. Мы вам выделим отдельные загородки: стройтесь, развивайтесь».

Многие в это поверили. Другой важный фактор не очень амбициозная внешняя политика. У Сяопина есть завещание из четырех иероглифов, которое часто переводится как «Выжидать момента и не высовываться». В целом, Китай понимает, что спорить с соседями, грызться это отвлекает кучу ресурсов от внутреннего развития. Все ресурсы должны быть посвящены внутреннему развитию. Китайская компартия понимает, что сидеть в стране с миллиардом населения с огромными разрывами [в доходах] это очень опасно. И если не удовлетворять запросы населения на лучшую жизнь, то можно все вскоре потерять. Поэтому, влезать особо никуда не надо. Надо, если есть возможность, со всеми не конфликтовать, мириться и получать от внешнего мира исключительно то, что надо для развития, а во внешний мир особо не лезть.

Третья составляющая компетентное госуправление. В Советском Союзе в 1991 году мы сделали два перехода: мы ушли от плановой экономики и пришли к какой-то новой экономической реальности (не было фондовой биржи, не было частной собственности, очень многих вещей, которым пришлось учиться заново), плюс совершенно новая политическая система, новые социальные отношения. В Китае произошел постепенный переход от плана. Нынешняя экономика это во многом капитализм с большой долей государства с частью экономики, которая не рыночная. Но в целом это капитализм. Частный сектор генерирует 60% занятости и 70% ВВП. И доля его в экономике по-прежнему растет. У нас наоборот. Но там осталась партия, которая сказала: «Никаких проблем. В Сингапуре есть авторитарная модель, а экономика развивается. Тайвань при Гоминдане (однопартийный режим) нормально развивается. Давайте учиться у них. Но мы не можем повторить ошибок Советского Союза. Поэтому давайте элиту ротировать. 5 лет на одной должности и ты куда-нибудь переводишься. Кроме сложных областей, вроде Уйгурского района, который похож на нашу Чечню (там люди задерживаются на 10 лет и больше).

Это то, как Китай развивался до недавнего времени. В последние 10 лет внешние достижения Китая феноменальны. Отправили человека в космос, провели Олимпиаду, еще и выиграли ее. Удвоили ВВП. Создали современные вооруженные силы. И так далее. При том, что в самом Китае считают, что это потерянное десятилетие. Считают, что это самое чудовищное и бестолковое время за последние годы в китайской истории. Потому, что страна теряла время и не проводила те самые структурные реформы. Не делала того, что нужно.

Тормоз коллективной системы

Почему? Во многом китайцы сами говорят об исчерпании своей модели роста. Если раньше они активно строили, развивали инфраструктуру и встраивались в мировые цепочки добавленной стоимости, то сейчас многие конкурентные преимущества Китая начинают себя исчерпывать. Рабочая сила подорожала. Все фабрики, которые клепали игрушки, «вьетнамки» и так далее, переезжают в Юго-Восточную Азию, в Бангладеш. Демография: население Китая сильно стареет. А главное бурное инфраструктурное развитие (как в случае с Сочи, это хорошая аналогия) привело к раздуванию «проблемы Внешэкономбанка».

Масса вещей, которые были в Китае построены, построены в кредит и совершенно не окупаются. Никакого положительного денежного потока там нет. Например, высокоскоростные магистрали. Если кто-то был в Китае темп изменения колоссальный, и со стороны это дико нравится. Там, где пять лет назад была убитая шоссейная дорога, сейчас прекрасная 4-хполосная дорога в одну сторону и 4-хполосная в другую. Рядом комфортный аэропорт новенький, скоростная дорога и так далее. Но если вы едете на высокоскоростном поезде типа «Сапсана» из Пекина в Шанхай, понятно, что там все забито большой пассажиропоток. Если вы едете из Пекина в Лхасу, то в вагоне будет 34 человека. Потому что эта дорога не имеет никакого экономического смысла. Эта дорога построена для того, чтоб создать экономический рост, занять рабочие руки и устроить движение чиновнику, который регулирует стройку с небольшой долей распила. Где взяты такие деньги? Деньги взяты в госбанках. И дальше человек, которого назначили на эту должность курировать эту стройку, говорит себе: меня через пять лет переведут на более ответственную работу. Народ занят, рост ВВП обеспечен молодец, двигайся дальше. Его преемник приходит через пять лет и видит, что у него огромная дорога, которая денег не приносит, окупить ее невозможно. А на балансе местного отделения Банка Китая огромная дыра. Что делать? Вроде надо ее расчищать. А с другой стороны ты сидишь всего пять лет. И если ты сейчас затеешь еще одну большую стройку, то у тебя будет рост ВВП, занятость и так далее. Тебя через пять лет переведут в другую провинцию. А следующий чувак будет с этим разбираться. И этот цикл, такая «инфраструктурная МММ» в Китае раздувалась до последнего времени.

По неофициальным оценкам, долг в ВВП превышает 320%. Плюс в том, что это долг весь внутренний, по идее его можно как-то «расшить». Но если вы «расшиваете» долг, то вы должны на кого-то списать убытки. А это всегда очень болезненная тема. Еще есть проблема экология. И последняя проблема это политика. Это не отсутствие демократии. Это то, что коррупция из эффективной в массе своей становится неэффективной. Зарплата в китайском госаппарате такова, что Си Цзиньпин недавно повысил себе зарплату и стал получать 2300 долларов в месяц. Официально. Лидер страны. Это самая высокая зарплата в госаппарате. Зарплата людей в уездных администрациях примерно 300 долларов в месяц. Там есть соцпакет. Но вы сидите, ворочаете миллионами, от вашей подписи зависит решение на десятки и сотни миллионов долларов, но при этом получаете 300 долларов. Понятно, что так это не работает. Еще и в китайской системе, с ее кумовством. Мимо своего рта вы вряд ли сможете проносить какие-то куски. И вы начинаете воровать.

Но пирог перестает быстро расти, а кушать хочется по-прежнему. И коррупция становится все менее и менее эффективной. Это первое. Второе. Когда все проблемы можно было заливать деньгами вы втыкаете палку, и все начинает цвести это всех устраивало. Реформы можно было откладывать, не заниматься ими. В Китае есть система коллективного руководства, где генсек первый среди равных. По сути там политбюро, 710 человек. Это некий совет директоров. Если у одного человека есть возражения, он накладывает вето, и вы ничего не принимаете. Таким образом Китай страховал себя от ошибок и перегибов диктатуры. Но в то же время накопилась масса болезненных реформ, которые необходимы: «Давайте, ребята, пойдем и посмотрим на баланс наших банков, что там происходит. А потом еще найдем виновного, его накажем, а заодно реформируем». Но кто-то говорит, что это опасно, и накладывает вето. У человека куча родственников сидят в этой банковской сфере. Так Китай «пинал мячик» до бесконечности. Но сейчас масштаб проблем огромный. Делать что-то надо, а коллективная система его тормозит.

Что пытается сделать Си Цзиньпин? Он пришел к власти в 2012 году. Сказал, что нужна структурная реформа. И то, что они приняли в 2015 году это очень похоже на то, о чем он говорил. Си Цзиньпин считает, что надо бороться с коррупцией. Он начинает терроризировать средний и верхний управленческий слой. Сажает бывших членов политбюро. Бывшего министра госбезопасности и куратора нефтянки. Такой силовик-нефтяник, не хочу проводить параллелей с Россией. И еще он всех прослушивал. И этого человека отправили на пожизненное заключение. У семьи его нашли 20 млрд активов и всех дружно отправили за решетку.

С такими людьми он [Си Цзиньпин] борется. Но [реформа] не получается. Происходит как у нас: люди садятся и начинают ничего не делать. Опасно зачем подписываться? Подтыривают аккуратно, пока «око не видит». В итоге, все реформы затормозились. И 10 лет, отведенных на реформы, не хватает. Сейчас Си Цзиньпин всячески пытается изыскать вариант, чтоб зайти на третий срок. В основном, Китай сейчас этим и занимается: как решить структурные проблемы экономики, как оставить Си Цзиньпина у власти.

При этом рядом вырос огромный ВПК, огромная военная машина, которая требует того, чтоб ее перевооружили, воспитали. И начинается аккуратное прощупывание того, что же можно поделать [помощью армии]: «Если тут насыпать остров, поставить на нем кучу зениток? Что будут делать вьетнамцы? Уплывут к себе или нет?». Но о глобальной экспансии речь не идет.

«Мы Китай не понимаем»

Теперь коротко, где тут Россия находится. В идеале, мы с Китаем прекрасная (в геополитическом приложении) пара. Мы сразу же друг друга находим. И у нас должен был бы быть потрясающий «бурный роман». Почему? Если вы посмотрите на структуру экономики, они взаимодополняемые. Китай это огромная машина и топка по употреблению природных ресурсов. Это гигантское население, которому нужны нефть и газ, чтобы снижать потребление угля и выбросы метана в воздух. Сельскохозяйственный комплекс за предшествующие годы сильно отравлен, а население хочет дешевого и качественного зерна, мяса, овощей. В России все это есть. Второе у нас огромная граница. И мы за предыдущие годы, начиная с Даманского, поняли, что враждовать дорого. Китайцы люди рациональные. Они тоже понимают, что постоянно ждать нападения с севера, со стороны ядерной державы это дорого.

И третье, что нас сближает внутренняя политика. Мы суверенная демократия, Китай социалистическая демократия с китайской спецификой, где есть восемь разрешенных партий. Но ни одна из них не стремится сменить у власти КПК. Конечно, китайцам в голову никогда не придет разговаривать с россиянами о правах человека, свободе СМИ. Они сами скопировали наш закон о НКО и счастливы. Диалог между канцелярией ЦК КПК и администрацией президента России: «Интернет блокируете? Здорово! А как бы нам тоже? НКО? Здорово! Запрещенные организации? Тоже хотим».

Этот диалог развивается лучше, чем все «экономические танцы» последних лет. В идеале у нас должно быть все замечательно. Проблема в том, что для такого потенциала у нас торговля минимальная. После падения цен на сырье мы 15-й торговый партнер Китая (хотя он у нас 1 после Евросоюза), меньше 2% китайского товарооборота. Почему? Потому, что никому это здесь [в России] не было интересно. Китай это что-то далекое, страшное, отсталое. Есть масса историй, как при Дмитрии Медведеве в Кремле высокопоставленные люди говорили: «Китай отсталая страна, которая развивается за счет дешевой рабочей силы. Где Китай, а где наша модернизация? Если подписать партнерство технологическое с Нидерландами это круто! А Китай нет». Это такие стереотипы. Если вы посмотрите на официальные активы нашей элиты, которые задекларированы, вы не найдете домов в Токио, в Гонконге или Сингапуре. Там будет провинциальная Европа.

С другой стороны, мы слишком отсталые, чтобы интересовать Китай в плане технологий, гарантий инвестиций в ритейл, в коммерческую недвижимость (то, что они покупают в Европе, США и так далее). 1 китайские инвестиции Евросоюз, 2 США, 3 Австралия, 4 Канада. Россия где-то в конце. На нее приходится порядка 11,5% китайских инвестиций. Того, что им интересно в высоком сегменте, у нас нет. А в низком сегменте мы слишком богатые, чтоб быть, как африканцы. Мы за бесценок свои месторождения продавать не будем. Что можно купить у России, Китай покупает во всех остальных местах. И Россия, которой это партнерство нужно, приходит в Китай на таких условиях: «Вы последние, ну ладно, заходите, но уже на наших условиях».

Резюмируя. Позиция ассиметричная. Китай нам нужен гораздо больше, чем мы нужны Китаю. Китай наш торговый партнер 1, наш кредитор 1, крупный инвестор в российскую экономику. В Китае российского присутствия, кроме маленьких кусочков ВПК, не видят. В Китае Россия поставщик нефти 1, но он в любой момент может переключиться на Саудовскую Аравию, Катар, Оман и жить без российских углеводородов. Китай восходящая по динамике страна. Мы видели оптимистичный сценарий развития России около 2% роста в год. И у нас по-прежнему большое ограничение в плане знаний о Китае. В то время, как в Китае неплохая экспертиза по нам.

Главное мы развиваемся без особой стратегии. Мы Китай не понимаем. У нас прагматические интересы. А какие? Если разговаривать с разными людьми российской элиты, вы услышите совершенно разные мнения. От того, что Китай уже не та страна с дешевой рабочей силой, а с развитой и сложной экономикой, откуда уже можно брать технологии. Давайте создадим гарантии для любых инвесторов, и китайцы к нам потянутся. До странных подходов, что Китай наш друг в борьбе с США. Сейчас мы объединим усилия, построим большую Евразию, затопчем проклятых пиндосов...»

Полностью здесь

Фото: www.globallookpress.com

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter