Бал сатаны: к 100-летию Красного террора вспомнили и о терроре Белом
11 сентября 2018, 17:22
Общество
Материал «К 100-летию красного террора: «Больше крови!», вышедший 9 сентября в «Новых Известиях», вызвал как закономерные, естественные, так и неожиданные отклики.

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ

Журналист, бывший народный депутат СССР Виталий Челышев поместил его на своей странице в Facbook с пометкой 14+ и комментарием: «Я не впервые прохожу сквозь строй подобных документов, и всякий раз ощущение, что с меня содрали кожу. Написал 14+, именно с этого времени дети начинают воспринимать историю не как древность, а как вчера состоявшуюся трагедию».

Один из читателей посетовал, что о белом терроре я упомянул лишь вскользь: «Лютовали – все»; а «надо было, для объективности, подробнее рассказать и о действиях другой стороны».

Не знаю, ведь само название очерка говорит о теме, о её границах. Но и в замечании есть резон. Это – обратная реакция на отражение Гражданской войны в нынешней историографии, литературе, кино: отвратительные красные солдаты, матросы и комиссары и сплошь красивые и благородные белые офицеры. Как, например, в фильме «Адмиралъ» (2008 г.), на просмотр которого главы администраций в регионах организовывали культпоходы школьников.

Они, конечно, не знают приказ Колчака: «Гражданская война по необходимости должна быть беспощадной. Командирам я приказываю расстреливать всех захваченных коммунистов».

Как выполнялось повеление Верховного правителя, известно, в частности, по подавлению Минусинского и Енисейского крестьянских восстаний против колчаковского режима. Хотя среди тамошних мужиков трудно было отыскать «коммунистов». Вот приказ губернатора Енисейской губернии генерал-лейтенанта Розанова от 27 февраля 1919 года:

«1. При занятии селений, захваченных ранее разбойниками, требовать выдачи их главарей и вожаков; если этого не произойдет… - расстреливать десятого.

2. Селения, население которых встретит правительственные войска с оружием, сжигать; взрослое мужское население расстреливать поголовно; имущество.

5. За добровольное снабжение разбойников не только оружием... но и продовольствием, одеждой и прочим виновные селения будут сжигаться.

6. Среди населения брать заложников, в случае действий односельчан, направленных против правительственных войск, заложников расстреливать беспощадно.

7. На население, явно или тайно помогающее разбойникам, должно смотреть, как на врагов, и расправляться беспощадно».

В апреле генерал Розанов всех арестованных в тюрьмах губернии объявил ответственными за действия партизан и на каждое партизанское выступление вдоль Транссиба отвечал расстрелами заключенных - группами по 10-12 человек.

То есть приказ белого генерала Розанова ничем не отличался, был своего рода предтечей приказа красного командира Тухачевского, который подавлял Тамбовское восстание крестьян в 1920-1921 годах:

«Граждан, отказывающихся называть свое имя, расстреливать на месте без суда… Семьи, укрывающие членов семьи или имущество бандитов, рассматривать как бандитов, и старшего работника этой семьи расстреливать на месте без суда… По прибытии на место волость оцепляется, берутся 60-100 наиболее видных лиц в качестве заложников… Жителям дается 2 часа на выдачу бандитов и оружия, а также бандитских семей… Если население бандитов и оружия не указало по истечении двухчасового срока, сход собирается вторично и взятые заложники на глазах у населения расстреливаются, после чего берутся новые заложники… В случае упорства проводятся новые расстрелы и т.д.»

Учтём, что это 1918-1922 годы. Ещё далековато до воспитания детей в тотальном безбожии, в презрении к вере и церкви. Все действующие лица – православные христиане с рождения. То есть расстреливали, пытали, отрубали головы, руки и ноги, крушили черепа ломами и кувалдами не какие-то внеземные нелюди, а дети, внуки, правнуки и праправнуки верующих с древних времен, с пеленок выросшие в атмосфере христианского учения о милосердии, в почитании заповеди «Не убий!».

И потому закономерен переход на день сегодняшний, взгляд на день сегодняшний. И у меня, и у моих знакомых при прочтении документов почему-то не было ощущения ушедшего прошлого, тем более – безвозвратно ушедшего, хотя ведь 100 лет миновало. А, наоборот, возникало чувство, будто стоит снова разрешить - и повторится кровавое осатанение: атмосфера такая, что ли... Но были и сомнения: может, это интеллигентские рефлексии, досужие домыслы? Однако в тот же день, 9 сентября, в день выборов региональной власти, во многих городах России нещадно избивали людей, которые вышли на несанкционированные митинги против пенсионной реформы. Видеоролики, на которых здоровенные омоновцы и росгвардейцы молотили дубинками демонстрантов, лежащих на асфальте, мальчишек и стариков - с азартом, ожесточением и, надо полагать, с наслаждением – убеждали: как только прикажут-разрешат, начнётся то же самое. В этом уверены многие. Владимир Фрумкин (Вашингтон) написал: «Острее всего в эссе «К 100-летию красного террора: «Больше крови!» мне врезалась мысль о «выпущенном на волю и государственно оформленном кровавом сатане, сидящем в людях». Он готов вырваться наружу, как только возникнут благоприятные условия. К сегодняшним московско-петербургским омоновцам и росгвардейцам можно добавить охранников бесчисленных колоний, с наслаждением пытающих беззащитных зэков. Садизм возвращается...»

Stories:
Былое