Прямая и явная угроза
27 августа 2015, 00:00
Политика
Константин Николаев, Виктор Кононов, Стокгольм
Региональное управление ФСБ по Тюменской области вынесло официальное предупреждение жителю города Ноябрьска, намеревавшемуся выехать в Сирию для участия в боевых действиях на стороне запрещенной в России организации – группировки ИГИЛ. Таким образом, российские власти решили попробовать новый, не силовой способ борьбы

«Исламское государство», «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ), ДАЕШ (арабская аббревиатура, примерно соответствующая ИГИЛ), «Организация монотеизма и джихада», «Шура моджахедов» – эта группировка имеет много названий. Однако за ними скрывается одна суть: с помощью исключительно жестоких методов (к числу которых относятся массовые убийства, в том числе несовершеннолетних) ИГИЛ хочет построить некий идеальный мир, основанный на вольно трактуемых религиозных принципах. Сейчас группировка действует не только там, где она изначально возникла: в Сирии и Ираке. Достоверно известно, что ее ячейки, насчитывающие тысячи участников, есть в Ливии, Афганистане, Пакистане, Ливане.

Более мелкие группы имеются, по-видимому, даже в Европе. С конца прошлого года на верность главе ИГИЛ Абу Бакру аль-Багдади стали присягать боевики, действующие на Северном Кавказе. Более того, в июне от имени командира созданного Шамилем Басаевым «батальона Рияд ус Салихийн» амира Хамзата (Аслана Бютукаева) в Интернете появилось видео, где утверждается, что все подполье региона теперь подчиняется «Исламскому государству».О происходящем на контролируемой группировкой территории мало что известно. Все попытки западных журналистов туда проникнуть заканчивались или ничем, или трагедией. Ясно только, что там функционирует нечто вроде государства – с соответствующими институтами, однако, мягко говоря, с особыми порядками, кажущимися невероятным сочетанием XXI века и Cредневековья: здесь интернет-пропаганда странным образом уживается, например, с работорговлей. Однако это сочетание, как выяснилось, привлекает тысячи людей из вполне благополучных стран.

Директор Института востоковедения РАН Виталий Наумкин оценивает численность вооруженных формирований ИГИЛ, действующих в Сирии и Ираке, примерно в 40 тыс. человек, из которых только часть составляют местные жители. Дело студентки МГУ Варвары Карауловой, чуть было не оказавшейся в рядах группировки, привлекло внимание к вопросу о том, сколько среди игиловцев россиян. «Обычно оперируют цифрой 1700–2000 человек, но надо иметь в виду, что большинство этих людей давно живут за пределами нашей страны», – заметил в беседе с «НИ» г-н Наумкин. Речь идет главным образом о выходцах с Северного Кавказа, живущих за рубежом. Если же говорить о завербованных в нашей стране участниках ИГИЛ, то более «неблагополучная» ситуация в этом отношении – за пределами России.

По оценке, которую со ссылкой на данные спецслужб стран Евросоюза привел координатор антитеррористической деятельности ЕС Жиль де Киршов, в рядах ИГИЛ сражаются порядка трех тысяч граждан европейских государств. Больше всего добровольцев отправились на войну в Сирию и Ирак из Великобритании и Франции (приблизительно по 700 человек), на третьем месте следует Швеция (около 300 «джихадистов», по сведениям Полиции безопасности). Дания «отправила» 100–160 человек, Норвегия – 50, Финляндия – 20. Если соотнести количество боевиков-добровольцев с численностью населения, то на абсолютное первое место в Европе в последнее время вышла Швеция, в несколько раз обогнавшая Великобританию и Францию.

Львиная доля рекрутов отправляется из второго по величине города страны – Гетеборга. Основная причина первенства Швеции и следующей за ней на втором месте Дании в этом сомнительном соревновании заключается в том (как сообщил в интервью финскому агентству новостей FNB один из ведущих иракских специалистов по ближневосточному терроризму Хишам аль-Хашими), что на западе Швеции или в Дании проживает главный вербовщик ИГИЛ в Европе. Подробные сведения об этом глубоко законспирированном человеке отсутствуют, известно лишь, что это иракский палестинец. Он хорошо образован и обладает исключительными манипулятивными способностями. ИГИЛ выбрал Швецию и Данию в качестве своей европейской базы из-за мягкого законодательства этих стран, стоящего на защите свободы слова (в Швеции и Дании свободно действуют СМИ и сайты, которые в других европейских странах были бы закрыты по обвинению в экстремизме и разжигании национальной розни).

«Существует несколько основных причин, по которым молодые люди из иммигрантских семей отправляются на Восток, чтобы воевать в рядах Исламского государства, – рассказывает «НИ» исследователь проблем терроризма из Высшей военной школы Стокгольма Магнус Рансторп. – Одни считают своим долгом помочь мусульманским братьям и сестрам, которых, по их мнению, убивает президент Сирии, других привлекает утопическая идея строительства халифата. Третьи следуют пророчествам в священных книгах, согласно которым приближается Судный день, события которого должны разворачиваться на территориях современных Ирака и Сирии. Есть также просто искатели приключений, желающие получить порцию адреналина и почувствовать себя частью группы «братьев». Наконец, много тех, кто ищет смысл в жизни, полагая, что ИГИЛ дает ответ на многие экзистенциальные вопросы».

Жертвами ИГИЛ становятся женщины и дети.

Аналитики Полиции безопасности Швеции, в целом разделяя оценки Магнуса Рансторпа, отмечают, что если поначалу среди рекрутов ИГИЛ преобладали «рэмбо» (то есть любители повоевать), то сейчас это «мыслители», уезжающие от устроенной жизни на Западе под влиянием идей о преобразовании общества. Этот факт зачеркивает традиционные аргументы многих политиков о том, что проблема связана с неблагополучными социальными условиями добровольцев. Мол, надо заняться пригородными гетто, дать молодежи хорошую профессию, зарплату, и джихадистов-добровольцев не будет. Шведские газеты, бравшие интервью на условиях анонимности у боевиков ИГИЛ со шведскими паспортами, пишут о хорошо интегрированных в обществе молодых людях, тоскующих о традиционных шведских блюдах, праздниках, отмечающих падение привычного уровня жизни в рядах ИГИЛ. «Североевропейский стандарт появляется лишь на те короткие периоды, когда мы захватываем какой-либо населенный пункт и делим трофеи», – откровенничает в интервью газете Expressen один из боевиков, подчеркивающий, что ни за что не променяет свое нынешнее положение на комфорт прежней жизни.

Казахстанский эксперт, ректор Евразийского национального университета имени Л.Н. Гумилева Ерлан Сыдыков считает, что в составе радикальных группировок оказываются люди, слишком восприимчивые к пропаганде и мнению авторитетов. «Популярность, особенно среди молодежи (то есть людей, которые только ищут свое место в жизни), религиозных проповедей у нас в стране велика, – сказал он «НИ». – Но случается так, что проповедник сам не обладает необходимыми знаниями и его мнение воспринимается некритически».

Психолог Ростислав Прокопишин приводит характеристики человека, готового отправиться на суицидальную миссию в составе джихадистской группировки. «Прежде всего, это упрощенное мировосприятие, когда окружающее видится без полутонов, как поле битвы сил абсолютного добра и абсолютного зла», – говорит он. Носитель подобного мировоззрения, можно сказать, эмоционально неразвит: он подсознательно нуждается в том, чтобы за него кто-то формулировал его жизненные приоритеты. Ему, как выразился психолог, «обязательно нужно шагать в ногу», осознавать себя служащим великой, сверхценной идее.

Вместе с тем, как отмечает г-н Прокопишин, для экстремистов важна одна особенность: им необходима поддержка в обществе, пусть даже самая минимальная. Только она способна эмоционально «подпитывать» «людей без полутонов», позволяя им осознавать свою правоту. Возможно, лишив ИГИЛ этой поддержки там, где группировка действует, получится ее победить. Но только как это сделать, пока не ясно.