Тест на выживание
10 октября 2013, 00:00
Культура
ОЛЬГА ЕГОШИНА, Тбилиси
Международный тбилисский фестиваль по традиции начался с показа спектаклей-гостей. В этом году в Тбилиси приехали Робер Лепаж с одним из лучших своих спектаклей – «Обратная сторона луны», английская труппа «1927» привезла свой главный хит «Животные и дети занимают улицы», а Пиппо Дельбоно – автобиографическую постановк

К постановке пьесы каталонского драматурга Гальсерана, рассказывает Темур Чхеидзе, его подтолкнул заурядный бытовой случай. Внук поступал в колледж, где сдавал тест, и среди прочего был вопрос: вы должны ехать на работу, а вашей маме плохо. Давались варианты ответа: а) вы вызовете «скорую» и поедете на работу; б) вы дождетесь «скорой» и поедете на работу, выяснив, что с мамой. Внук выбрал второй вариант, а оказалось, что верным считается первый. Собственно, пьеса Гальсерана и рассказывает о том, как «электричество карьеры» уводит людей далеко от традиционных моральных норм, толкает на поступки, трудно представимые (вроде как уехать на работу от матери, лежащей с сердечным приступом). В «Методе Грёнхольма» заурядное собеседование при выборе кандидата на пост топ-менеджера крупной фирмы превращается в нечто среднее между скачкой с препятствиями и провокацией в стиле реалити-шоу.

Явор Гырдев, ставивший «Метод Грёнхольма» в московском Театре наций, назвал пьесу Гальсерана «режиссероустойчивой», то есть предоставляющей весьма небольшую территорию для интерпретаций. Действительно, суховато-умная постановка Гырдева рассказывала некую детективную историю из офисной жизни, которая могла бы произойти где угодно – в Великобритании, на Мальдивах или в Гонконге. Герметичный офисный мир казался слишком замкнутым, чтобы замечать мир за окном.

Темур Чхеидзе распахнул в офисе панорамные окна, и в них появились южные деревья, ветер с гор. В манерах и тоне офисных служащих зазвучали гортанные нотки южной речи, а герой Фернандо вкусно рассказывает, какое лобио готовит его мама (безликое фасолевое блюдо в переводе на грузинский обретает опять же знакомый пряный аромат).

Безличная схема расцвела. И вдруг оказалось, что пьеса Гальсерана не только увлекает интригой и неожиданными поворотами, но дает возможность для создания узнаваемых типов. Здесь нет «вторых» ролей – все главные. Эка Чхеидзе (Мерседес), Нико Тавадзе (Фернандо), Аполлон Кублашвили (Карлос), Алеко Махароблишвили (Энрике) взаимодействуют со слаженностью хорошо сыгранного квартета: каждый слушает и слышит другого и все существуют на одной волне. Предельно разные эмоциональные состояния – агрессии, подавленности, истерики, куража – передаются на той грани достоверности и игры, когда невозможно определить, клюквенная льется кровь или настоящая.

Темур Чхеидзе выстроил настоящий балет, где откатившийся офисный стул или музыкальная перебивка отворяющегося ящика в стенке (декорация Георгия Алекси-Месхишвили), в котором лежит очередное послание соискателям, резко меняет эмоциональную атмосферу. Точки-пуанты каждой сцены «прожаты», но между этими изощренно выстроенными мини-кульминациями эпизодов предусмотрены островки актерских импровизаций.

Вот Энрике – Алеко Махароблишвили рассказывает о том, что его бросила жена, и о своей депрессии, балансируя на грани истерики и фарса. А вот Карлос – Аполлон Кублашвили ищет понимания своего решения сменить пол и отражает агрессивные наскоки Фернандо – НикоТавадзе. Красавица Мерседес (Эка Чхеидзе) здесь играет ту женскую силу настоящей бизнес-вумен, перед которой не устоит ни один танк, – легко манипулирует партнерами.

Детективный сюжет Гальсерана предлагает все новые неожиданные повороты и интриги. И параллельно развивается контрапунктом режиссерский сюжет спектакля – история людей, которые так давно, так долго и так истово отвечают на вопросы тестов, что совсем забыли ответы на вопросы жизни. Вот Фернандо и Мерседес остаются вдвоем, и вдруг между ними на мгновение рождается та электрическая искра взаимного интереса, которая током ударяет в зрительный зал… И тут оба делают мучительное усилие перешагнуть этот реальный интерес мужчины и женщины друг к другу и с новым ожесточением погружаются в игру на выживание.

За окном живет ветер, запах листьев, идет живая и настоящая жизнь. А здесь выморочные офисные игры вытеснили все реальные чувства и человеческие связи. Все узнаваемо, и не думайте, что от этого теста кто-то может уклониться…

В финале на сцене одинокая мужская фигура. Захлопываются двери, закрываются окна. Человек мечется по комнате, звонит по телефону: выпустите меня немедленно! Бесполезно. Отсюда выхода нет. В беспощадном свете прожектора остаешься замурованным в мире, который выбрал сам.