Сегодня день памяти Сергея Довлатова – одного из лучших писателей России
24 августа 2019, 15:51
24 августа 1990 года он умер в Нью-Йорке, не дожив десяти дней до своего 49-летия.

Эх, знал бы он, какое влияние окажет на русскую литературу, - вот бы удивился. Скромный был человек: никогда не претендовал быть властителем дум своих легкомысленных соотечественников. Да и не легкомысленных – тоже. Довлатова многие знаю наизусть, и многие пишут, подражая ему (хотя это невозможно, там есть свой секрет), а многие, вроде вашего покорного слуги, пишут о нем. Ну и, скажу честно, когда пишешь, всегда как будто его имеешь в виду, подспудно – будто он стоит за спиной. Он и Зощенко. (О Чехове говорить не будем – это уже слишком). Кстати, мне это многие говорили, из тех, кто пытается писать смешно или пишет смешно – о том, что Довлатов «зорко следит» за тобой: мол, пиши, пиши, гляди только чтобы не скатиться в пошлость или плоский юмор. Говорил мне об этом и Саша Гальпер, тоже житель Нью-Йорка («Новые известия» писали о нем рецензию), который сегодня выставил два рассказа, посвященные Довлатову.

Вот и у меня есть рассказ, где Довлатов упоминается.

Жертва режима (Рассказ Тасбулатовой)

Помните, как Довлатова в офисе «Свободы» встретил Боголюбов? Боголюбов крикнул:

- Вот еще один безымянный узник ГУЛАГа! (На что Довлатов сказал, что он не безымянный и что его Сергеем зовут). Как-то на митинге один интеллигент, показывая на меня, выкрикнул:

- Уже и киргизов достали! Вот она, молчаливая жертва ксенофобии!

Приятельница сказала ему:

- Ну, насчет молчаливая, это вы хватили.. Но интеллигент не унимался:

- Невыносимые условия труда, унижения и полная безгласность!

- Я не работаю (сказала я).

Он отодвинулся от меня разочарованно, но при этом строго спросил, как на допросе:

- А почему, собственно, вы не работаете?

- Невыносимые условия труда, унижения и полная безгласность (сказала я).

- Все равно (сказал он) работать необходимо.

- А вы где служите? (спросила я его).

- Работаю дома (ответил он сухо). Пишу роман.

- И давно?

- Лет двадцать как (ответил он еще суше).

- Доводите до совершенства?

- Именно так (сказал он высокомерно). А вы по-русски читаете?

- С трудом (ответила я). Только лозунги. Тут поток отнес меня в другую сторону.

Разные авторы (Александр Гальпер)

Рядом со мной в самолете «Москва - Нью-Йорк» сидел религиозный еврей-раввин и читал Старый Завет на иврите с линейкой. На вид ему было лет тридцать. В другом ряду сидела его беременная жена и штук 5 детей. Раввин медленно шел строчка за строчкой. Я читал Довлатова и время от времени взрывался от хохота. Когда я в очередной раз громко рассмеялся, раввин повернулся ко мне и вежливо спросил:

- Наверно, вы читаете очень хорошую книгу. Ее написал еврей? Я отвечаю автоматически, не задумываясь и не поворачивая головы:

- Русский писатель Довлатов. Папа у него был еврей, а мама армянка. Ну, все авторы разные. А кто автор этой замечательной книги, что вы так увлечённо читаете?

Довлатов

Познакомился на фуршете в галерее с молодой документалисткой из Питера, Машей, которая приехала в Нью-Йорк снимать фильм о Довлатове. Обменялись данными, но вытянуть ее на встречу было делом сложным. Каждый день она была очень занята. Ну вот наконец выдалось у Маши окно. Через неделю ей уже лететь назад. Поехали в район, где жил Довлатов, вожу ее, показываю. Меня хлебом не корми, дай поговорить о русской литературе. Целый час рассказывал всё, что я знаю о Довлатове и как он на меня повлиял или не повлиял. Мне ведь только дай волю поразглагольствовать перед красивой девушкой. Не остановишь. Наконец я выложил все, что знал, и выдохся. По идее, после такой замечательной лекции у Маши не было другого выхода, как в меня влюбиться.

Она посмотрела на меня:

- Перейдём к делу. Ты мне можешь дать пять тысяч долларов чтобы окончить нью-йоркскую часть проекта?»

Я опешил: - Нет, конечно. Откуда у меня такие деньги? - О, боже! Как я устала! Я приехала из России за свой счет искать американских спонсоров для этого фильма. Выяснила, что ни один из американцев никогда о нем не слышал и никто из них ничего не даст. А ведь Довлатов много публиковался в “Ньюйоркере”. Все русские графоманы, с которыми я здесь знакомлюсь, треплют языком о своем видении Довлатова, и как они пишут, не хуже, если не лучше, чем он, а ни копейки дать не хотят. Сколько раз я уже слышала всю эту лапшу, что ты мне сегодня на уши вешал, в разных версиях - в Питере и Нью-Йорке! Все эти места, по которым ты меня водишь, я уже сто раз видела! Мне от этого всего рвать хочется!! Понимаешь? Тошнит!!! Нет? Ты такое же нищее трепло, как и они все! Какая я дура, что на тебя вечер убила! Лучше бы встретилась с этим узбеком, у которого свой ресторан недалеко от дома Довлатова. Спокойной ночи!.

И направилась сама в метро.