Новые Известия
Что на самом деле случилось с резервами России и кто в этом виноват
4 мая, 22:55
Что на самом деле случилось с резервами России и кто в этом виноват
Фото: Regnum.ru
В Госдуме возмущены тем, что ЦБ не придумал, как избежать заморозки международных резервов России. Но что это было: безалаберность руководства Банка России, непредсказуемый форс-мажор или может быть намеренное вредительство? И была ли возможность избежать блокировки?

Виктория Павлова

Поле того, как западные страны заморозили международные резервы России примерно на $300 млрд из имевшихся $643,2 млрд, на главу ЦБ Эльвиру Набиуллину обрушилась волна критики, ведь именно ЦБ занимается «эффективным управлением» запасами. Ещё и президент Джо Байден пообещал направить в Конгресс предложение, которое позволит изымать активы российских предпринимателей и направлять их на «нужды Украины». Как бы и до направления международных резервов России на украинские нужды не дошло. Санкции тоже начинались с ограничений для госкомпаний и предпринимателей, близких к властям, а потом западные страны и к государственным активам добрались. Глава Госдепа Энтони Блинкен уже озвучил подобную инициативу.

Спикер Госдумы Вячеслав Володин защищает Набиуллину, заявляя, что резервы не пропали, и «Запад нам ещё их вернёт с процентами». «Новые Известия» вместе экспертами попытались разобраться, каковы шансы на возврат резервов и можно ли было избежать их заморозки.

Напрасные судебные издержки

Эльвира Набиуллина объявила о том, что Россия готовится оспорить «беспрецедентную заморозку» международных резервов в суде. Но эта ситуация беспрецедентная только для России. Подобный опыт есть у Ирана, Венесуэлы, Ливии, Северной Кореи и Сирии. Из всех этих стран предпринимала попытки разморозить активы в США с помощью суда только Ливия. Закончились они ничем. С ЕС ранее пытались судиться, например, Сбербанк и ВТБ. В результате только потратили время и деньги. Иски были поданы в 2014 году после первой волны санкций, а отказ от евросуда был получен только в 2018 году.

Вот и эксперты не разделяют энтузиазма Вячеслава Володина. Депутат Госдумы, член фракции КПРФ Алексей Куринный утверждает, что для разблокировки требуется куда больше, чем просто подать иск в суд.

- Я не помню таких прецедентов. Обычно доступ к международным резервам восстанавливался в случае смены правительств, в ряде африканских и центральноамериканских государств такая история была. Других глобальных историй нет, такой объем резервов впервые заморожен.

Экономист Никита Кричевский указывает на то, что такие решения на Западе принимают не просто так – под них подгоняют нормативную базу, которая позволяет считать их законными.

- Все эти блокировки и заморозки подтверждены какими-то законодательными актами. Например, Иран за 40 с лишним лет, несмотря на все усилия, так и не смог разморозить 400 млн долларов, которые у него заморозили в 1979 году. По тем временам это были огромные деньги. У Казахстана были определенные проблемы с заморозкой резервов, но они быстро разрешились, и не через суд, а через контакты на межгосударственном уровне. Что касается России, то все это подкреплено нормативами, документами, законодательными актами, которые так или иначе существовали до этого. Поэтому нет никаких шансов на разблокировку по решению суда. Подготовка исков в суды со стороны ЦБ делается для того, чтобы показать видимость работы, чтобы создать хорошее впечатление у Путина для того, чтобы просто попытаться. Но шансов нет, тем более в ситуации, когда Россия является глобальным изгоем и обвиняется в гибели сотен мирных жителей на Украине.

Предсказуемый форс-мажор

ЦБ относится к заморозке активов, как к форс-мажору. Но отношения между Россией и Западом обострились не в одночасье – только Джо Байден «ванговал» начало спецоперации на протяжении месяца. А до этого страны обменивались обвинениями друг друга во враждебных намерениях. Сюрпризом заморозка активов стать никак не могла. Неужели Набиуллиной никто не сообщил о готовящейся спецоперации?

Иначе как объяснить тот факт, что по итогам прошлого года главной валютой для государственных сбережений оказалось евро?

Фото:Новые Известия

Доля долларов за последние пару лет сильно сократилась – в марте 2018 года на доллары приходилось 43,7% всех резервов России. Но их в основном заменили на евро и частично на юани. Правильно или неправильно был собран портфель – мнения экспертов расходятся. Доктор экономических наук Игорь Николаев признаёт, что в ЦБ сильно недооценили риски такой структуры, но отчасти оправдывает действия Набиуллиной.

- Никто не думал, что это риск. Фактически видно было, что страховались и сильно выходили из доллара на случай возможных санкций и рисков, а где были гарантии, что страны ЕС не будут с США выступать единым фронтом, что сейчас и происходит? Надо признать, что просто недооценили ситуацию – это так, в мягких формулировках. Так бы уходили в тот же юань. То, что риски недооценивались – это подтверждает стремительное увеличение резервов в долларах. Более 640 млрд долларов — это была максимальная сумма резервов за последнее время. Но в целом оценить риски было сложно, поэтому я считаю, что ЦБ действовал эффективно.

Не все то золото…

Депутат Алексей Куринный считает, что спасением могло являться золото. Вот сейчас ЦБ и взял курс на увеличение доли золота в резервах. Для этого даже поменял в начале апреля порядок расчёта с производителями золота: раньше регулятор скупал драгоценный металл по фиксированной цене в 5 тыс. рублей за 1 грамм, а теперь цена будет договорной. Так будет проще пополнять резервы, ведь на рынке в конце марта один грамм стоил порядка 6 тыс. рублей, и производители не имели желания продавать золото государству.

- На мой взгляд, вообще был большой риск держать в ценных бумагах – и американских, и европейских – наши резервные средства. Есть другие варианты, и валюта дружественных стран, если мы говорим о юане, и золото в чистом виде, которое в других странах составляет 50%- 60% резервов, а у нас всего 24% оказалось в золоте. Мы считаем неправильной ту политику, которая проводилась ЦБ и экономическим блоком.

Но и к золоту есть вопросы. Резервы нужны не просто для того, чтобы ими любоваться, а для оплаты долговых обязательств и импортных товаров в критической ситуации. А она сейчас и наступила. Только времена, когда можно было расплатиться золотым червонцем (сейчас он стоил бы примерно 46,5 тыс. рублей), давно прошли – окончательно от золотого стандарта в СССР отказались в 1937 году. Аналогичные процессы проходили и в мире. Игорь Николаев поясняет, что сейчас просто за золото в мире нельзя ничего купить.

- Золото имеет тот недостаток, что его ликвидность оставляет желать лучшего по сравнению с основными резервными валютами. И на самом деле ЦБ прекрасно это понимал. Вы вот этим монетарным золотом расплачиваться ведь тоже не сможете, вам все равно это золото придется менять на какую-то валюту. То есть получается, что накопить-то можно и у вас это золото не пропадет, но как только вы его захотите использовать, вы же не расплатитесь килограммами золота за импорт лекарств, к примеру.

Никита Кричевский предупреждает, что торговые операции с золотом связаны с большими издержками.

- Золото - не вариант. Обмениваются не через золото, а через деньги. А курс, по которому кто-то будет принимать золотые слитки, существенно ниже, чем курс, который сейчас на бирже, плюс это сопряжено в большим временным лагом – сначала надо золото достать, потом привезти, потом заключить договор, провести экспертизу и так далее.

Тем временем Дмитрий Песков заявил, что сейчас обсуждается «двухконтурная валютно-финансовая система», в которой рубль будет обеспечен золотом и группой товаров, которые являются валютными ценностями. Главный экономист Фонда экономических исследований «Центра развития» НИУ ВШЭ Валерий Миронов поясняет, зачем это может понадобиться.

- Можно подумать, как обеспечить рубль золотом, это вполне возможно. Можно продумать о возврате к системе "золотого червонца", который был в период НЭПа, и даже принимался к расчетам в Европе. Мы как раз хотим перейти к такой системе, где валюта привязана к золоту так, как было раньше. На рубль по-прежнему будет влиять поведение нашей экономики, зависящее от цен на нефть, но устойчивость с золотым обеспечением будет большей, чем просто со свободно плавающим рублём.

Неоднозначный юань

К юаню, который сейчас любит ЦБ, отношение у экспертов тоже неоднозначное. Алексей Куринный считает, что в настоящее время риски вложений в китайскую валюту минимальны, и она вполне подходит на роль резервной. Но Никита Кричевский полагает, что риск инвестиций в юань также не оправдан, как и риск вложений в доллары и евро.

- Юань на днях обесценился. Это можно было предугадать, потому что курс юаня – серьезный инструмент для поддержания конкурентоспособности китайской экономики. То, что произошло на днях с юанем, и то, что наши остатки резервов тоже обесценились – этого следовало ожидать, потому что юань все последние месяцы и годы укреплялся, и все говорили – вот, смотрите, какая Набиуллина провидец… В итоге - провал.

А вот по мнению Игоря Николаева юань сейчас – это лучшее из худшего: с одной стороны есть проблемы с нерыночным формированием курса, с другой стороны сейчас это лучше, чем доллары, евро или золото.

Что мешало инвестировать

Валюты на банковских счетах, вложения в ликвидные долговые государственные бумаги, золото – всё это классические и максимально консервативные инструменты сбережения. Может стоит попробовать что-то новенькое? Вот Норвежский пенсионный фонд не боится вкладывать средства, например, в акции перспективных экологичных и технологических компаний. Его активы уже перевалили за 1,3 трлн долларов, а доходность за прошлый год достигла 14,5%. Доходность портфеля фондового рынка и вовсе превысила 20%.

Да, после падения международных рынков в марте-апреле 2022 года, фонд потерял 73,5 млрд долларов. Огромные деньги, но ведь заработал фонд в прошлом году куда больше – 176,8 млрд долларов! Вот, что бывает, если стремишься не минимизировать потери, а увеличить прибыль. Именно норвежский фонд приводит в пример Никита Кричевский. Также можно было следовать примеру Китая или Японии.

- Ничто не мешало нанять компетентных спецов, которые могли бы качественно разместить эти деньги в акции-облигации по всему миру. Чем, собственно, занимались в Норвегии. Этого не было сделано ни в 2008 году, ни в последующие 15 лет. Можно было вложиться в Tesla, в Amazon, в акции таких-то других технологических компаний, например Apple. Они тогда стоили гроши. Но мы решили этого не делать. А второй вариант предполагал размещение средств в интеллектуальной собственности – приобретение патентов, свидетельств, лицензий, технологий, причем совершенно конкретных. Ровно по этому пути шли в свое время китайцы. А до этого японцы. Если тогда бы начали делать аналогичное что-то, мы могли бы даже с учетом коррупции и двукратного завышения цены патента – все равно могли бы что-то сделать, и сейчас бы проблем не было с импортозамещением.

Человеческий капитал – давняя проблема России. Владимир Путин в 2016 году утверждал, что человеческий капитал – главное богатство России, в 2018 году напоминал, что без человеческого капитала прорыв невозможен, в 2020 году обсуждал финансирование сфер, связанных с развитием человеческого капитала с главой Счётной палаты Алексеем Кудриным. Но все эти призывы не повлияли на управление резервами.

Фото:Новые Известия

Правда, Игорь Николаев возражает – до степени свободы в принятии решении, которая есть у Норвегии, ещё стоит дорасти.

- Резервы прежде всего должны обеспечивать сохранность. А погоня за тем, чтобы заработать побольше путем вложения в акции, например, — это рискованные инвестиции. Мы можем много потерять. Самое главное – обеспечивать сохранность этих резервов. Зарабатывать должна экономика. Норвегия может себе такое позволить – сотней миллиардов больше, сотней меньше, там сильно не убудет. Мы еще до этой стадии не дошли, безусловно.

Изоляция VS глобализм: на что ставим?

Со всех сторон финансовых инструментов риски. Поэтому Алексей Куринный видит выход инвестировать не в зарубежную экономику, а в отечественную.

- Мы считаем, что накапливать такие огромные резервы смысла для РФ никакого не было. 300 млрд долларов было бы вполне достаточно для устойчивого положения страны. Остальное надо было вкладывать в собственную экономику, а не в какие-то ценные бумаги иностранных компаний. Нам надо развивать собственную промышленность, собственные технологии, быть самодостаточными. К сожалению, шагов к этому было сделано не так уж много, несмотря на разговоры об импортозамещении, которые идут 8 лет.

Но опять-таки структура международных резервов зависит от выбранного вектора политики. Если опускаем железный занавес и переходим на «натуральное хозяйство», тогда вся эта валюта действительно не нужна ни в каком виде. Если же Россия является частью глобального мира, тогда без валютных запасов не обойтись. Импортные технологии, услуги и товары необходимо оплачивать. По состоянию на конец 2021 года, по оценке ЦБ, международные резервы были достаточны для финансирования импорта в течение 20 месяцев. Заморозка автоматически сократила эту подушку безопасности до 10 месяцев.

В итоге произошло фатальное расхождение финансовой и внешней политики государства. ЦБ действовал, как обычно, несмотря на подготовку страны к спецоперации. Сам по себе Банк России действовать и не мог. Круг возможных инструментов для инвестиций строго ограничен законами. Но ни Эльвира Набиуллина, ни правительство, ни депутаты не инициировали пересмотр правил. Коллективная ответственность, как всегда, привела к коллективной безответственности. По отдельности никто не виноват, но половина резервов теперь недоступна.