Рус
Eng
Светлана Тихановская: «Само теперь ничего не рассосется!»

Светлана Тихановская: «Само теперь ничего не рассосется!»

23 октября , 15:49
В мире
Photo: https://www.youtube.com/watch?v=xYMvz4uVLlc
«К политике нужно прийти, как к той же вере. Пока, может, что-то не случится в твоей жизни, ты к вере не придёшь. Ну, вот, был ты атеистом, а какая-то ситуация тебя подталкивает. Точно так же и в политике», - говорит лидер белорусской оппозиции.

Светлана Тихановская, проживающая сейчас с детьми в Литве, дала интервью журналистке Ирине Шихман в рамках её проекта «А поговорить» на ютубе.

О мерах предосторожности

К охране привыкла. К воде (можно ли пить её)… Таких вопросов не возникало.

Да никаких особо мер предосторожности (с переездом в Литву) не появилось. Ну, не пить воду, которая уже налита… Это, знаете, отголоски недавней истории (с Навальным).

Да, мне Литва дружелюбно предоставила такую возможность – ходить с охраной. Это не было моей просьбой, это их добрый жест.

Скорее всего, её оплачивает литовская сторона. Я не оплачиваю охрану

Про то, что Тихановскую объявили в розыск

Меня объявили в межгосударственный розыск, по-моему, он так называется. А вы знаете, ничего не значит это (для меня).

Так как правосудия нет в Беларуси, статьи лепят, скажем так, всем подряд. Был бы человек, а статья найдётся. Это как никогда актуально для Беларуси.

Так что – ничего не значит. Это не та статья, за которую можно переживать. Это касается только невозможности въезда в Беларусь и Россию.

Со мной из Беларуси уехала близкая подруга, которая стала очень-очень близкой за очень короткий срок. И её семья. И мы продолжаем наше общение и дружбу, и хорошо делим жильё.

Это благотворительные фонды (обеспечили жильё).

Я живу с детками, они ходят в школу, я смотрю за ними. Для этого рано приходится вставать, возить.

Мне надо работать. Я одна у них осталась.

О жизни до того, как Сергей Тихановский решил идти на выборы

Утром проснулась, детей отправила в сади школу, какие-то домашние дела. В этом году я уже почувствовала, что могу выходить на работу.

Я уже стала готовиться, просматривать какие-то вакансии, уже надо было определяться. Очень долгое время я не работала. Требовался особый уход за ребёнком, скажем так. (Это не о синдроме), это, как Иван Охлобыстин говорил в одном фильме, «временные трудности».

Этот фильм не совсем про мою ситуацию, но мы со всем справились.

Я смотрела новости. Но я помню это просто на уровне человеческого отношения. Людей бьют, избивают, люди собрались против власти, но какие именно глубинные причины ко всему этому привели – нет, (не разбиралась).

Очень долго люди жили в своих маленьких семьях, где внутри всё хорошо. И если выходишь на улицу и на многие вещи закрываешь глаза, то в принципе и жить-то можно. Проще было не замечать. Вот тогда было так.

Мы строили семью, у нас детки были, у нас были немножко другие проблемы. Пока у тебя всё, в принципе, неплохо… Тогда ж ещё десять лет прибавилось с тех пор.

Знаете как, всё обсуждалось на кухне всегда, за закрытыми дверьми. И со знакомыми, и со старшим поколением. Но это такое всё, знаете, на уровне разговоров: ай, опять там дорожный сбор повысили, ой, ещё что-то случилось. Ой, подняли пенсионный срок, вот бы чёрт бы его взял, президента, что же это такое, я уже через год должен был выходить на пенсию, а тут мне ещё работать. Вот всё это было на таком уровне.

Когда я во всё это начала вникать? Вместе с Сергеем. Когда он начал ездить, разговаривать (с людьми), тогда и ты в это…(втягиваешься).

Сергей самодостаточный человек. Вы думаете, он не понимал, что у него дети, что у него всё, в принципе, нормально, у него семья? Но когда человек уже пришёл к этому пониманию, что нельзя жить в такой стране, когда правительству наплевать на свой народ, когда всё уходит в определённые карманы, а люди работаю за копейки… А при нашем положении географическом, развитии IT-сфер и всё остальное… Можно построить шикарную страну, если всё это будет во благо людей.

Надо по роликам Сергея отслеживать, изначально у него был другой посыл – как бизнес в Белоруссии развивается. А потом оказалось: а не возможно. Там палки в колёса, тут палки…

А к блогерству его подтолкнула ситуация с домом, который он купил и не смог оформить до конца. Там здание, которое представляет собой историческо-культурную ценность. Но чтобы его оформить, как историческо-культурную такую ценность, нужно было доказать, восстановить какие-то документы, которые давно были утеряны. И там, пока ты доказываешь, крыша уже обвалилась, там всё вот так было - снежным комом. Он хотел открыть там своё маленькое дело. Там рядом церковью, и вот, для паломников открыть.. Вот душа у него легла (к этому), чтобы с детками приезжали… Там не комплекс какой-то, там две комнаты, ничего такого… Деревня рядом умирала. А он всё время такой инициативны, «вот, возродить!» , - вот хотелось ему сделать что-то хорошее.

Вообще, по натуре я очень мягкая. И таких слов вы от меня никогда не услышите («Таракан!, «дегенераты», «ворьё!»). Но Сергей такой, он открыто, что думает, то и говорит. И, может, мне не всегда это комфортно было, человек же всегда со своей колокольни судит; может быть, где-то помягче надо было… «А что это неправда, что ли? Разве не украли, не разворовали?», - говорил он. Это именно во мне сидел страх и неуверенность, что, может, не надо так говорить, а то за тобой придут… А у него достаточно было внутренних сил, чтобы не бояться и говорить открыто.

Так кто прав? Человек - или тварь дрожащая?

К политике нужно прийти. Как к той же вере. Пока, может, что-то не случится в твоей жизни, ты к вере не придёшь. Ну, вот, был ты атеистом, а какая-то ситуация тебя подталкивает. Точно так же и в политике.

Мы долгое время, белорусы, не играли никакой роли в политической ситуации. Кто нас слушал? Никто. Кучка чиновников, которые сидели там и всё решали, а люди исполняли.

Так зачем интересоваться политикой, если ты там ничего не решаешь?

Почему терпение белорусов лопнуло именно сейчас

Во-первых, власть упустила интернет. Они так и остались в 1990-ых, 2000-ых, где центральное телевидение создавало повестку дня, все видели и верили тому, что показывают по телевизору.

А тут наступил интернет, а они этого не заметили. Начали появляться люди, которые открыто говорят о проблемах, о коррупции. Наверное, они на это сразу закрывали глаза, не думая, что это выхлоп такой получит.

Потом пришёл ковид. Люди увидели, что белорусы не значат ничего для правительства.

Когда в тот момент, когда нужно было объединяться и помогать врачам – именно со стороны руководства – на них просто махнули рукой, бросили на баррикады с ковидом и никакой помощи не предложили. И люди сами начали помогать врачам: покупали маски, собирали деньги на аппараты ИВЛ. Образовались фонды, которые занимались закупкой необходимых товаров для борьбы с ковидом.

Люди начали понимать, что мы и сами тут справляемся. Нас тут бросили, кинули… Наплевательское почувствовали отношение властей.

Когда у нас не объявили пандемия, хотя это было очевидно и все страны вокруг нас это сделали, на самом деле, я лично понимала, что в нашей стране пандемия не нужна, потому что мы настолько экономически нестабильны, что если бы мы ещё объявили пандемию и оставили бы людей по домам, не пускали бы на работу, то очень быстро экономика бы вообще упала.

Поэтому вот это решение президента я бы поддержала.

Об ультиматуме Лукашенко

(Если ничего не выйдет из этого) И что? Люди забудут, что это всё было в нашей жизни? Они спокойно скажут: ай, ничего не случилось, пойдём-ка мы дальше на работу.

Это не ослабляет позицию народа и волю. Понимаете. Я всего лишь озвучила то, чего просит народ, белорусские люди. Я и так слишком долго сглаживала.

Это был посыл от людей: давай-ка уже дедлайн для человека, всё, сколько уже можно?

Ну а что не получится? Всё получится.

Мы знаем, что белорусы хотят этого. Мы боремся.

Про забастовки и работу по сплочению народа

Тогда это всё было стихийно, на эмоциях. А сейчас у людей было время организоваться. Нам не видны какие-то процессы, а они идут внутри предприятий.

Я не уверена (что страна встанет). Я верю.

А вы что, считаете, что я сама какую-то работу веду в Беларуси? Нет. У нас всё сейчас основано на самоорганизации.

Я что, дворовые чатики ходила и организовывала? Нет. Я что, организовывала рабочую группу медиков «Белые халаты»? Бабушек организовывала, которые выходили? Нет. Всё сами.

Поэтому, я несу ответственность, и каждый человек сейчас в Беларуси несёт ответственность за перемены, которых мы так ждём.

Это не на мне, не на нём, а на всех.

Если ваше желание достаточное сильное, если ваша воля к переменам сильная, то у нас всё получится.

Случится может всякое. Поэтому, я не уверена, но я верю, как верит каждый белорус.

Как бы там ни пошло, мы будем продолжать бороться.

О том, почему чиновники и силовики за Лукашенко

Я могу понять, почему за него силовики. Это такая уже выстроенная система, он их держит рублём.

Некоторые там вообще, наверное, зомбированные.

Там есть люди с таким взглядом… Мне рассказывали, я не видела… Они вообще не понимают, что они делают… Но так зверствовать... Нормальный человек такого делать не будет.

У них, я так понимаю, очень высокие денежные премии, зарплаты. Чего же они с таким усилием, так усердно бьют белорусов? Наверное, за что-то: их держат на материальном крючке, скажем так.

То, что заводы на его стороне – это неправда. Руководители – да, потому что его все боятся. А завод – это что? Это люди, которые там работают. Большинство, - не буду называть эту цифру, – против.

Кто-то может об этом открыто сказать, а кто-то нет.

И за это мы осуждать людей не можем. У каждого свои причины могут быть.

Страх сковывает. Высокие чины боятся… Там явно может быть на каждого компромат какой-то. Я не знаю, за счёт чего их держат. Как так можно бояться одного человека, чтобы (нельзя было) высказаться против...

Люди обычные, которые выходят на демонстрации – они намного более свободные, чем люди, которые сидят в администрациях, в правительстве.

Я думаю, что их родственникам очень стыдно, что у них такие муж, сын, брат… В них сидит тот же страх перед ответственностью своего родственника, страх потерять государственное жильё, деньги, которые этому родственнику платится… Но мне было бы стыдно за такого родственника.

Про мирный протест

Думаете, если бы мы не выходили на протесты, Лукашенко бы поехал в СИЗО?

Если бы мы не выходили на протесты - не было бы раскола в том же ОМОНе? А он есть, просто его не видно.

Столько силовиков обращаются, почти каждый день, в инициативы по релокации. Есть раскол.

Перемена в сознании. Понимаете… Мы едины. Мы выходим. Мы значим в этом государстве. Наши голоса имеют значение.

Это очень много значит даже для самих людей, понимаете.

Люди начали общаться между собой во дворах. Это такая вот горизонтальная демократия. Они знают, что они будущее нашей страны. Они выходят за будущую Беларусь.

Будьте уверены, происходят процессы, которых, может, и не видно, но они идут.

Конечно, невозможно мирным процессом сбросить правительство, которое 26 лет выстраивалось. Там просто такая вертикаль, что ни одного лишнего человека нет.

Но там уже даже раскол есть.

Партизанское движение уже есть и оно очень и очень результативно.

Я говорю: лучше быть партизаном и нарисовать где-то маленький флажок бело-красно-белый, чем не делать вообще ничего. Бросить листовку – это уже капля в море.

Да всё, что угодно. Понимаете. Мелочь, ленточку повязать.

О будущем, если ультиматум не принесет результата

Я не вижу такого исхода событий, что ничего не происходит и митинги рассосались. Нет, так не случится просто.

Понимаете, не может быть, что ах, вот, на него ультиматум не подействовал, всё, баста, ребята, расходимся по домам и живём дальше при этой диктатуре. Ну, вы что?

Дальше. Сражаемся дальше. У многих народов это много времени занимало.

Ультиматум для людей, чтобы они решили – вы где, с людьми или вы при этом кровавом режиме? Решите для себя, вы готовы дальше жить вот в таких условиях, как скот, когда вас никто не слышит, не слушает, вам несут из телевизора чушь. Либо вы человек. Это ультиматум для каждого белоруса".

Полностью интервью Светланы Тихановской можно посмотреть здесь.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter