Рус
Eng
Верят в свою правоту

Верят в свою правоту

31 августа 2015, 00:00
Общество
АНАСТАСИЯ СЕМЕНОВИЧ, Санкт-Петербург
Вчера в Санкт-Петербурге у «дома с Мефистофелем» на Лахтинской улице прошел народный сход в защиту архитектурного памятника. Напомним, на прошлой неделе с дома архитектора Лишневского 1910–1911 годов постройки был сбит барельеф Мефистофеля. Ответственность поначалу взяли на себя члены местной казацкой организации, объя

Градозащитный скандал набирал обороты буквально по часам. За день после разрушения Мефистофеля нашелся скульптор, готовый восстановить барельеф; промышленный альпинист, готовый водрузить его на место; активисты, запустившие идею собрать деньги на восстановление Мефистофеля. Жители дома с демоном, их соседи и просто неравнодушные петербуржцы решили собраться у дома и водрузить на место утраченного барельефа его двухмерную фотокопию. Никого не смутило, что народный сход не был согласован: народу собралось куда больше заявленной в соцсетях тысячи человек.

Первым взял слово депутат городского Заксобрания Борис Вишневский. «Вы знаете, я уже лет 25 не выступал вот так, с табуретки – сказал депутат, действительно стоя на нехитром предмете кухонной мебели. – Наверное, пора уже опять начинать. Я надеюсь, мы всегда будем откликаться на разрушение нашего города так, как сегодня! Мы победили «Охта-центр», мы почти победили в случае с Конюшенным ведомством. И сейчас победим!» Уже не на табуретке парламентарий поведал, что история о том, что святая блаженная Ксения якобы жила на месте новой церкви, мягко говоря, сильна преувеличена: «Ксения никогда тут не жила, ее дом был на углу с Большим проспектом, там уже построили большой новый торговый центр».

Депутат Александр Кобринский рассказывал о своем визите в полицию – ему удалось добиться возбуждения уголовного дела по факту повреждения объекта культурного наследия. «И еще я табуретку принес, – говорил, улыбаясь, г-н Кобринский. – В пятницу договорился с председателем ЖКС (управляющая компания. – «НИ»), нас согласились пустить на крышу, а уже в субботу утром мне не отвечали. Я отправил смс о том, что мы все равно проведем сход безо всяких согласований. А потом появился замглавы Петроградского района, который сказал, что лезть наверх и устанавливать баннер якобы незаконно».

По слухам, на сход пришел даже председатель городского комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Сергей Макаров. Правда, когда толпа стала взывать: «Макаров! Макаров! Макаров!», председатель вызов не принял и на розовую табуретку не встал.

Зато с табуретки читали стихи про Петербург и Петроградку, пели песни. Выступали городские оппозиционеры, журналисты. Зачитали обращение родственников архитектора, негодующих по поводу «убийства» наследия Лишневского в мирное время. Наконец, когда на табуретке был депутат ЗакСа Максим Резник, принесли изображение Мефистофеля – баннер с демоном толпа встретила гомоном и аплодисментами. Пока решался вопрос с выходом на крышу, Мефистофель «отдыхал» на окне первого этажа, к нему тут же начали нести цветы. Толпа скандировала лозунг петербургской оппозиции: «Это наш город!». Правда, к гласу народа примешивались многократные просьбы полиции не занимать проезжую часть – почему-то одна и та же гражданская машина каталась по Лахтинской туда-сюда.

Во внутреннем дворе дежурили полицейские, и мало-помалу становилось понятно, что на крышу активистов никто не пустит. Кажется, кто-то в пятницу ночью или в субботу утром сменил все замки, и ныне попасть на чердак не могут даже сами жильцы дома.

К слову, в самом доме недовольных Мефистофелем не было. «В епархию или еще куда-то из нашего дома никто не звонил, все к нему нормально относились, – рассказал местный житель Дмитрий. – Тут же коммуналки в основном, состояние не самое лучшее, обычный старый фонд, но дом хороший. Я тогда утром видел, что лентой огорожено, как будто ремонт. Рабочего видел – славянской внешности, без спецовки и каких-то опознавательных знаков. А вечером пришел с работы – на асфальте уже одни крошки. И сейчас еще видно, куда он упал, хотя дождь прошел».

Народный сход прошел, кажется, быстрее, чем дождь. Уже через час после начала собрания круг у табуретки стал не таким тесным, хотя вдоль всей улицы и в окнах соседних домов продолжали ждать, что вот-вот фото Мефистофеля вернут на место. Даже полиция больше никого не перебивала и не просила уйти с дороги – ни на табуретке, ни на проезжей части уже никого не было. Никого не задержали, хотя сход был несогласованным, а несколько человек, несмотря на запрет пользоваться плакатами, стояли у арки дома с написанными на ватманах лозунгами: «Оскорбили чувство верующего в искусство», «Руки прочь от искусства», «Под суд разрушителей Петербурга!».

Все понимали, что петербуржцам немногое нужно – отстоять право города разбираться самому со своими ангелами и демонами.

Кстати, кто сбил Мефистофеля, до сих пор официально неясно. Полиция нашла обломки барельефа в мусоре, епархия заявила, что к самовольному разрушению памятника отношения не имеет. Бывший лидер «Казаков Петербурга» взял было на себя ответственность, но официальная казачья община назвала эту историю фейком и провокацией, открестившись от «признания» и самого факта существования организации. Расследование уголовного дела продолжается.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter