Рус
Eng
Дальневосточный гектар: халява от государства или ярмо на век?

Дальневосточный гектар: халява от государства или ярмо на век?

21 сентября , 18:25ОбществоPhoto: belkino.livejournal.com
Изначально программа «Дальневосточный гектар» вызвала большой интерес у россиян. Однако со временем, когда начали всплывать подводные камни, спрос поутих. Многие попросту боятся, что государство отнимет землю, в которую они вложатся.

Дарья Вознесенская

Согласно правилам программы, один человек может получить один гектар только один раз. Чтобы получить участок, большей площади, нужно зарегистрировать групповое заявление — до 10 человек. Земля выдается в безвозмездное пользование только на 5 лет. Если в течение этого времени участок не будет освоен, то человек потеряет на него все права. Иначе же — появится возможность оформить землю в долгосрочную аренду или в собственность бесплатно.

За время действия программы (с июня 2016 года для жителей Дальнего Востока и с февраля 2017 — для всех россиян) некоторые не только освоили участок, но и начали на нем бизнес. Так, например, в Амурской области на дальневосточном гектаре открылась клубничная ферма, на Сахалине — торговый центр, а в Магаданской области — аэроклуб...

Однако многие все же побаиваются вкладывать много средств в гектар, который еще не стал их собственностью. Например, в 2018 году семья фермеров вложила в участок на Сахалине порядка 20 млн, после чего государство забрало его. Оказалось, что там были залежи полезных ископаемых, которые стоят на государственном балансе.

Елена Андреева рассказала «ВостокМедиа», что получила землю для выращивания дикоросов, но пока не вкладывает серьезных денег в участок. Женщина ждет, когда участок перейдет в ее собственность. За три года она привела землю в порядок, потратив почти 500 тысяч рублей.

«Есть существенный недостаток этой программы: она выстроена так, что сначала научитесь плавать, а потом воды нальем. Потому что гектар не передается в собственность сразу, он передается по результатам действий или не передается. А теперь представьте себе, что вы несколько лет вкладывали деньги, а гектар — это либо лес, либо луг, либо болото — туда в любом случае надо вложиться, а потом вам сказали: „Извините, мы считаем, что вы не эффективно вкладывали, и гектар мы у вас забираем“. Вот самое узкое место этой программы», — рассказал «Новым Известиям» директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев.

Отметим, что выбрать участок на Дальнем Востоке россияне могут самостоятельно. Однако одна из главных проблем программы в Приморье — это серая зона земель, где нельзя получить гектар. Она расползается вокруг городов и поселков, оставляя желающим только небольшие участки в глубинке, куда можно проехать разве что на внедорожнике. Исключение составляет лишь Уссурийск, возле которого есть большое количество свободных и никому не нужных земель, например, рядом с мусорным полигоном. При этом делать дорогу и проводить электричество придется самому.

Это второе «узкое место» программы, считает Журавлев. «Возникают вопросы: есть ли у вас вообще силы для того, чтобы создать на участке инфраструктуру? И есть ли внятные механизмы помощи государства в этом вопросе? А ведь на Дальнем Востоке везде одна и та же проблема: богатства огромные, но чтобы ими воспользоваться, надо вложить немалые средства», — говорит он.

Еще один больной вопрос — помощь переселенцам на Дальний Восток. Говорится, что якобы им предоставляются льготы для ведения бизнеса и получения ипотечных кредитов. Однако на деле все сложнее, чем кажется на первый взгляд. Например, агентство по развитию человеческого капитала пишет о кредитах для освоения гектара под низкий процент — «Почта Банк» якобы выдает его под 7% годовых. Однако корреспонденту «ВостокМедиа», попытавшемуся взять там кредит, предложили только под 14,5% годовых и только на технику магазинов-партнеров, среди которых нет ни одного сельскохозяйственного магазина, имеющего представительство в Приморском крае.

Многие амбициозные проекты, которые анонсированы на сайте дальневосточного гектара на грани падения или уже рухнули. Отчасти это связано с ограничениями и административными барьерами — государство дает фермерам землю, но связывает руки различными законодательными нюансами, чтобы они там ничего лишнего не делали. Например, сельскохозяйственный кооператив на Сахалине, владельцы которого получали от администрации все возможные преференции, в этом году вылетел из реестра субъектов малого и среднего предпринимательства.

Согласно данным ВЦИОМа, в 2017 году получить дальневосточный гектар хотели 14% россиян. По информации премьер-министра России Михаила Мишустина на конец июля 2020 года, участниками программы стали свыше 83 тысяч россиян, что составляет менее 1% жителей страны. Как пишет «ВостокМедиа», подавляющее большинство получателей гектара — местные.

Журавлев объясняет это тем, что жители Дальнего Востока находятся ближе к гектарам, и они знают и видят, что берут. «Есть люди и из центральной России, которые готовы на такие эксперименты, но какая-то часть из них ошибается, переоценивая свои силы, а другая часть явно будет меньше, чем число жителей, сейчас там живущих», — отметил он.

Директор Института региональных проблем говорит, что спрос на дальневосточные гектары есть. Проблема лишь в том, чтобы государство обеспечивало инфраструктуру и гарантировало, что участок просто не заберут потом. На данный момент Журавлев затрудняется сказать, какой процент от выданных участков перейдет в собственность тех, кто их получил.

«В принципе по истечению 5 лет могут остаться все участки, но это зависит от позиции чиновников. Потому что сами условия получения участка дают возможность отобрать его обратно. Если чиновники умные и не очень жадные, то останутся почти все, потому что кто-то действительно забросит участок. Если же чиновники начнут все это отбирать, то программа закончится. Потому что она рассчитана не на вложения денег банкам, а на человека, у которого денег немного и, скорее всего, он их вкладывать боится», — пояснил он.

По мнению Журавлева, главная цель программы — сделать Дальний Восток жилым, то есть осваивать не только крупные сырьевые точки, а создать базу из людей, которые работают на земле, в малом производстве. При этом речь, в первую очередь, идет о местных жителях. «Нужно чтобы те, кто живут на Дальнем Востоке, не сбегались в несколько крупных городов, а все остальное превращалось в пустыню. Если программа удастся и покажет себя как возможность стать обеспеченным и устойчивым, то и люди из других регионов пойдут за гектарами», — полагает эксперт.

По словам главного редактора «ВостокМедиа» Ольги Киктенко, программа дальневосточного гектара прошла все стадии у местных жителей — гнев, отрицание, торг и принятие. «Местные жители понимали, что будут сложности, так как к выдаче предполагались не „нарезанные“ земли, зачастую в тайге, с отсутствующей инфраструктурой. Однако для многих жителей, в конечном счете, проект стал полем для возможностей. Точнее, многие решили, что просто раздается халявная земля и начали пытаться урвать свой кусочек счастья», — рассказала она «Новым Известиям».

По словам Киктенко, очень быстро «ушли» участки возле береговой полосы под развитие туристического кластера. Однако почти сразу вскрылась большая проблема проекта — в Приморье многие земли принадлежат военным лесничествам, поэтому зачастую шло несовпадение по картам: то есть, участок отмечен как разрешенный к участию в программе, но оказывалось, что он под запретом. «В 2017 году проблему удалось решить, и часть земель открылась к разработке. Таким образом, край очень быстро вышел в лидеры по количеству поданных заявок. Кроме того, „за“ нас играло и то, что край — южный, а также отсутствие очевидных проблем с освоением. Как минимум, нет вечной мерзлоты, как в Якутии или Чукотском автономном округе», — добавила главред «ВостокМедиа».

При этом Киктенко отметила, что успешных случаев, когда гектары брали жители центральной России, — единицы. Далеко не все оказались готовы к тому, что в него надо вкладывать большие деньги. Кроме того, были введены критерии успешности освоения. В частности, необходимо вложить в участок не менее 30 тысяч рублей, а также разместить на нем объект капитального строительства (незавершенные тоже учитываются).

«Но, если человек реально работает на гектаре, просто так забирать его не будут, да и особо придираться тоже. Хотя сложности есть. Дело в том, что принимают отчеты чиновники на местах. И не всегда есть понимание того, что делается и насколько это правильно. Есть случай, когда многодетная семья взяла гектары под фермерство и для удобрения земли засадила ее сидератами. Долго пришлось доказывать, что земля не простаивает, а идет работа. Но, слава богу, удалось», — говорит Киктенко.

Что дала программа дальневосточного гектара региону? Как минимум, часть ранее пустующих земель перестала быть таковыми. Это уже плюс, считает собеседница. «Да, действительно, есть сложности, так как подключение к инфраструктуре крайне непростое. В частности, подвести дороги, провести электричество. Либо же порубочные билеты. Но, если люди брали землю осознанно, то эти проблемы решают», — заключила она.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter