Рус
Eng
Метастазы оптимизации: главный онкологический центр избавляется от врачей

Метастазы оптимизации: главный онкологический центр избавляется от врачей

19 сентября 2019, 10:10Общество
В главном онкологическом центре страны - самый крупный скандал за всю его историю. После назначения директором Ивана Стилиди начался отток специалистов, объявлено о сокращении более 700 ставок. Пациенты обратились к президенту с жалобой на некачественное лечение, а проверка Генпрокуратуры выявила серьезные нарушения.

Ирина Королёва

Все началось еще в 2017 г. после ухода нескольких знаковых фигур онкоцентра им.Блохина. Это были не просто администраторы, а онкологи с мировыми именами, которые вели разработки в области ранней диагностики и методов лечения рака.

Академик Мамед Джавадович Алиев пришел в онкоцентр после смерти своей матери от рака и сделал борьбу с этой болезнью смыслом своей жизни. Долгие годы был заместителем директора по научной и лечебной работе, возглавлял НИИ детской онкологии и гематологии. Однако, по его словам, условия были созданы «невыносимые». Для справки: Академик Алиев - лауреат Государственной премии РФ «За разработку и внедрение в клиническую практику комбинированных методов лечения саркомы», автор 9 изобретений и 6 рационализаторских предложений в области лечения онкологии. Онколог с мировым именем покинул НМИЦ им.Блохина в 2018 году. Коллектив провожал его овациями…

По словам академика Алиева, онколога с мировым именем, в НМИЦ им.Блохина с приходом нового руководства были созданы "невыносимые условия для работы".

Ушла из онкоцентра и вице-президент Российского общества онкопатологов Марина Владимировна Савостикова. У нее было 3 патента на изобретение в области лечения рака, она - автор "Атласа диагностики опухолей". На её конференции приезжали учиться со всей страны, европейские онкологи изучали и использовали её работы. Савостикова добилась, чтобы новые методы лечения рака проводилось по ОМС и ничего не стоили пациентам.

«Команда» нового директора онкоцентра также расформировала одно из самых крупных онкологических отделений, куда поступали женщины с раком молочной железы. Соответственно, «ушли» и руководителя отделения - профессора РАН Людмилу Жукову, одного из лучших в России специалистов в области лекарственного лечения злокачественных опухолей. Жукова – тоже онколог с мировым именем, член Американской ассоциации клинических онкологов.

На днях поступило сообщение о приостановке госпитализации первичных пациентов в НИИ детской онкологии и гематологии НИМЦ им.Блохина. "Якобы в одном из боксов обнаружена плесень.Но почему-то начали закрывать отделения, руководители которых не согласны с политикой нового руководителя Детского центра онкологии и гематологии - Светланы Варфоломеевой. Приезжала съемочная группа телеканала "Россия -1" снимать об этом сюжет, так всех пациентов и родителей заперли в палатах, запретили оттуда выходить и общаться с журналистами", - рассказал "НИ" зам.директора ФБГУ НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ им.Блохина Максим Рыков.

Онкологи Максим Рыков и Георгий Менткевич не побоялись открыто выступить с критикой нового руководства НМИЦ им.Блохина. Они также подписали Обращение к президенту России.

Буквально вчера был ознакомлен с Приказом руководства об освобождении от должности зав. отделением трансплантации костного мозга детского центра НМИЦ им. Блохина Георгий Менткевич, который работает в онкологическом центре с 1982 года. Этим отделением он руководил с 1991 года. На его счету сотни спасенных детских жизней.

Вслед за «звездами» онкологии можно прогнозировать отток значительной части врачей и среднего медперсонала. В распоряжении нашей редакции оказались зарплатные ведомости сотрудников онкологического центра. Если верить им, в августе многие врачи и медсестры получили зарплату от 7 до 17 тысяч рублей. «Администрация заявила нам открытым текстом: «Денег в онкоцентре не осталось в прямом смысле этого слова". При этом я знаю, что руководящий состав получил зарплаты в полном объеме. Опытных, хороших специалистов буквально выдавливают. К нам придирались как могли. Присылали комиссии, устраивали проверки в отделениях. Измеряли длину ногтей вплоть до миллиметров, искали любые возможные поводы, чтобы объявить выговор. Кроме выговоров, докторам и санитарам срезали зарплаты. Еще одна проблема: от всех научных сотрудников требуют перейти на половину оклада», - рассказал «НИ» заместитель директора по перспективному развитию НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ им.Блохина, онколог Максим Рыков.

Последние зарплаты рядовых врачей и медсестер онкоцентра им.Блохина впечатляют: от 7 до 17 тыс.рублей.

Нынешний директор онкологического центра Иван Сократович Стилиди раньше был хирургом таракального отделения НМИЦ им.Блохина. Но в онкоцентре много талантливых хирургов и хороших организаторов. Почему на должность директора назначили именно его - вопрос для многих.

Иван Стилиди - руководитель ФБГУ НМИЦ им.Блохина - долгое время работал хирургом в одном из отделений медучреждения.

«Дело не только в нем, а в команде, которую он привел. Это люди, ничем не отличившиеся на поприще онкологии. Зато они - друзья Стилиди. На должность руководителя Детского центра онкологии и гематологии назначили Светлану Варфоломееву, ее прислали к нам из Института имени Рогачева. Насколько мне известно, до этого ее пытались «пристроить» в Морозовскую детскую больницу, но там коллектив восстал против ее кандидатуры. Она привела с собой людей, не имеющих подчас никакого отношения к онкологии. Все международные протоколы лечения, которые были нами разработаны и приносили результаты, были аннулированы г-жой Варфоломеевой. Нам говорят: «Вы устарели, вы ничего не умеете». Больных выписывают раньше времени и заставляют проходить наблюдение по месту жительства. В том числе больных раком детей», - заявил «НИ» бывший зав.отделением детской онкологии и гематологии НМИЦ им. Блохина Георгий Менткевич.

Заместитель директора по лечебной и научной работе, руководитель детского НИИ онкологии и гематологии НМИЦ им.Блохина Светлана Варфоломеева начала свою деятельность с масштабной оптимизации.

Более 700 ставок в НИИ детской онкологии и гематологии будут ликвидированы. Это происходит в условиях, когда в стране катастрофически не хватает онкологов. Число пациентов, у которых обнаружен рак в той или иной стадии, растет в геометрической прогрессии, а онкологов тем временем «оптимизируют». По статистике , сегодня в среднем по России 2,7 онколога на 50 тыс. человек. На всю страну всего 324 детских онколога. При этом число детей до 14 лет со злокачественными образованиями превышает 21 тысячу человек. Если сравнивать сегодняшнюю статистику с 2008 годом, общее число детей с новообразованиями выросло на 37%. Всего же на онкологическом учете в России стоят более 3,63 миллиона человек. Кто будет их лечить?!

В пресс-службе онкоцентра им.Блохина «НИ» официально заявили, что никаких сокращений в центре нет, просто сокращаются ставки. 700 лишних ставок… Возникает вопрос: зачем они были созданы – искусственно, или на них предполагали взять специалистов , учитывая рост онкозаболеваний?

Вот, как пояснила процессы, происходящие в онкоцентре, Светлана Варфоломеева, зам.директора НМИЦ им.Блохина по научной и лечебной работе: «Национальный медицинский исследовательский центр (НМИЦ) онкологии им. Н. Н. Блохина с приходом нового руководителя проходит серьезную оптимизацию своей деятельности, которая затронула и детское подведомственное учреждение - НИИ детской онкологии и гематологии. Не было сокращено ни одного врача, ни одной медицинской сестры, поэтому я не могу проинформировать СМИ об этих мероприятиях. Мы наоборот приглашаем, устраиваем к себе в институт все новых и новых специалистов", - заявила Варфоломеева.

«Обновляются и клинические протоколы лечения, что также требует расширения компетенций. Да, у нас приходят новые специалисты, это специалисты высокого класса, которые ни в коем случае не подменяют собой работающих врачей, а являются теми специалистами, теми врачами, которые вместе с работающими ранее внедряют новые технологии", - добавила она. Руководитель детского центра также прокомментировала ряд нововведений. "Если мы говорим о том, что врачи посещают совещания и заседания - безусловно. У нас появились новые технологии, общее совместное обсуждение самых тяжелых пациентов, на которых мы вырабатываем тактику лечения. Кроме того, усиливаются образовательные программы для врачей», - заявила Светлана Варфоломеева.

Вопрос о новых протоколах лечения и совещаниях возник не на пустом месте. Дело в том, что от родителей пациентов детского центра онкологии и гематологии НИМЦ им.Блохина начали поступать жалобы на постоянное отсутствие врачей на рабочих местах под предлогом конференций и совещаний. "Не уделяется столько времени, сколько уделялось раньше детям. Врачи в нервном состоянии. Нас это не устраивает", — подчеркнула мама одного из пациентов, Наиля Тугушева. Наиля заявляет, что ее дочь спасла так называемая «старая команда». «Доктора во главе с зам. директора института Менткевичем "вытащили" девочку с того света. А сейчас им всем предложили самим уйти ».

Один из врачей-онкологов центра имени Блохина рассказал на условиях анонимности, что процесс сокращения сотрудников длится уже в течение года. «Правда, эти сокращения у нас в центре называют модным словом „оптимизация“. Все началось с майских указов президента, в которых говорилось, что врачам в троекратном размере должны увеличить зарплату. Указ-то был, а механизмы созданы не были, поэтому всю реализацию указов Владимира Путина отдали на откуп в сами больницы», — рассказал сотрудник НИМЦ онкологии имени Блохина. По его словам, официально «оптимизацию» начали не с увольнений, а с того, что «большую часть сотрудников перевели на 0,5 ставки, других врачей — на 0,75 ставки». «Так и получилось, будто бы 709 ставок оказались свободными», — объяснил врач.

Какие же передовые методы лечения предлагает новая команда онкологов во главе с Иваном Стилиди? «Чтобы заработать больше денег, руководство требует выписывать людей после операций раньше положенного срока, чтобы таким образом увеличивался „оборот коек“. В таком случае фонд ОМС выплачивает больше средств. А мы оставляли пациентов после операций столько, сколько нужно, вопреки требованию начальства. Мы же врачи в конце концов, а не офисные работники, мы не можем такие абсурдные приказы руководства исполнять. Это же вопрос жизни людей! Были ситуации, когда мы не могли выписать пациента, потому что после операции в районной поликлинике не всегда могут сделать перевязку так, как надо. В результате страховая компания оштрафовала больницу на 200 тыс. рублей, и эту сумму пропорционально вычли из зарплаты всех, кто работал в отделении, то есть примерно по 10 тыс. рублей у нас вычли за то, что мы пытались долечить пациента», -сообщил один из онкологов НМИЦ им.Блохина.

А вот отзыв Елены Морозовой, мамы пациентки детского центра онкологии и гематологии, которую также выписали из НИМЦ и велели обследоваться по месту жительства: « Мне бы хотелось ближе к новому году дочку обследовать по срокам протокола, которого мы придерживались раньше. Но куда нам? В районную поликлинику? Нет, я понимаю, что мы сделаем за свой счет набор анализов крови и узи ( причем, у специалистов не профильных, не онкологов). И если узи в норме, я буду просто надеяться, что у нас все хорошо? Понимаю, новый протокол. Очень жаль, что улучшали хорошее, да испортили».

Перевод детей с онкологическими заболеваниями на новый протокол лечения вызвал массу вопросов у родителей.

В онкоцентре катастрофически не хватает лекарств, особенно обезболивающих. В результате, многие пациенты уходят из жизни в страшных муках. Особенно жалко детей. В редакцию «НИ» обратилась Анна Дардашова, мама мальчика, который лечился «по новому протоколу» новой команды Центра детской онкологии и гематологии. Анна просила опубликовать ее текст без сокращений, исправлений и настояла на упоминании своей фамилии.

«Я помню всё, за 1,5 года у меня накопилось много информации. А вот последняя моя встреча. Нам нужно было лететь в Германию, где все было уже оплачено, квартира снята, все встречи распланированы, а тромбоцитов всего 9. 9!!! 4 часа в детском центре НМИЦ не принимал никто (это там норма), а потом читали нотации о том, что ехать уже незачем, он все равно умрёт и т.д. (мне кажется, их любимая часть лечения - томным, якобы успокаивающим, а оттого более надменным и издевательским голосом сообщать о смерти или о её приближении : "Я же говорила, что ничего не выйдет"). В общем, отказали в переливании, и мы на свой страх и риск поехали на машине. Благо, доехали, и мой сын умер в человеческих условиях, в моих объятиях (в Германии можно и нужно обнимать детей) с нормальным обезболивающим, а не в муках на нурофене», - рассказала Анна Дардашова.

Не менее жуткие истории происходят со взрослыми людьми и стариками. Вот рассказ дочери бывшей пациентки НМИЦ им.Блохина. Запись беседы с этой женщиной есть в распоряжении профсоюза «Альянс врачей».

Нашей редакции был предоставлен документ, подтверждающий ведение коммерческой деятельности Иваном Стилиди - директором онкоцентра им.Блохина

«Чтобы попасть в эту больницу, даже имея обследование из областной больницы, направление на госпитализацию и квоту на операцию, маме пришлось съездить туда (за 800 км с пересадками) в течение месяца 5 раз: чтобы повторно сдать анализы, пройти УЗИ, расшифровать наши диски МРТ и КТ (за деньги), потом снова сделать МРТ уже в РОНЦ Блохина и т. д. Потом нужно было приехать за протоколом, чтобы отнести его из поликлиники в саму больницу. Там сказали, что берут в отделение, но нет мест - звоните. Звонили каждый день, просили, уговаривали, обещали... Очередь подошла почти через месяц! Уже позже, ухаживая за мамой в больнице, я слышала, как по телефону отвечали, что мест нет, хотя сама видела - в отделении много свободных мест в палатах. К чему создаются такие проблемы при госпитализации - не понятно. Мама пролежала 3 недели в больнице, у нее снова взяли анализы крови и выписали за неделю до Нового года. Сказали: приезжайте на операцию в январе. Приехав в январе (за место мама решила заплатить, пока ещё лежала в отделении, поэтому в этот раз положили в больницу сразу). Снова начали с анализов. Но на этот раз они значительно ухудшились, поэтому в течение следующих 30-и дней маму готовили к операции. Это заключалось в том, что ей ставили с утра до вечера капельницы. Когда же дело дошло до операции, было уже поздно : опухоль прогрессировала, множественные метастазы... Через 10 дней её выписали. В выписке: при поступлении рак 2 стадии, при выписке - 4 стадии. Деньги за операцию врачи взяли без капли стеснения, как в порядке вещей. Взяли столько, сколько называли ей до операции, несмотря на квоту и то, что операции, по сути, и не было...Дома мама прожила 5 дней. Если бы операцию сделали сразу же, без проволочек, без кучи повторных анализов, может, всё было бы по-другому, мама была бы жива!"

У нас тоже возникло множество вопросов к Ивану Сократовичу Стилиди. Источники в компетентных органах предоставили нашей редакции информацию о том, что Иван Сократович Стилиди ведет коммерческую деятельность, а именно: является соучредителем Общества с ограниченной ответственностью «Аймед». ОГРН 1107746738791, регистрационный номер в ПФР 087104048395. Данную информацию подтвердили в Федеральной налоговой службе №4 г.Москвы. Любопытно, что соучредителем и партнером Стилиди является, если верить документам, Эльхан Абдуллаевич Сулейманов, министр здравоохранения Чеченской республики.

Мы позвонили в приемную Ивана Сократовича Стилиди с просьбой подтвердить или опровергнуть данную информацию. Но телефон молчал. Тогда мы обратились к его секретарю и помощнице – Лейле Кульмановой. Секретарь долго возмущалась, что мы ее побеспокоили, но в конце концов снизошла до нас и выслушала вопрос. После этого нам был дан категоричный ответ: «Иван Сократович в командировке». Тогда мы попросили соединить с заместителем директора – Игорем Анатольевичем Дорошевым. По информации секретаря, г-н Дорошев тоже отсутствовал - находился в отпуске. Больше ни до кого из руководства онкоцентра доступа не было.

Надеемся, что запрос редакции в онкологический центр им.Блохина поможет прояснить ситуацию.

Поступившая информация будоражила сознание, и «НИ» обратились в пресс-службу ФБГУ НМИЦ им.Блохина с официальным запросом. Надеемся, что это прояснит хоть что-то.

Проверка Генеральной прокуратуры выявила в деятельности онкоцентра им.Блохина серьезные нарушения.

Впрочем, руководство онкоцентра давно замечено в пристрастии к коммерческой деятельности. В последнее время это даже стало предметом проверки Генеральной прокуратуры. Она была проведена в этом году и по ее итогам 14.06.2019 г. соответствующее Представление было направлено в адрес директора ФГБУ НМИЦ им.Блохина Ивана Стилиди. Этот документ находится в распоряжении нашей редакции.

В числе прочего, проверка Генпрокуратуры установила, что «прейскурант на оказание более 2 300 платных медицинских услуг принят без учета расчетно-нормативных затрат», «при оказании гражданам платной медицинской помощи вскрыты факты навязывания услуг посреднических организаций». В результате незаконных действий сотрудников онкоцентра пострадали 356 пациентов: с них ООО «Русский доктор» дополнительно получило 17, 2 млн рублей. «Используя имущество онкоцентра, его дорогостоящее оборудование, медицинский персонал, лекарственные средства, сотрудниками учреждения созданы условия для извлечения коммерческой прибыли в особо крупном размере», - говорится в Представлении Генпрокуратуры. Также было указано на то, что помещения и площади онкоцентра используются коммерческими организациями на основании недействительных договоров, средства от сдачи в аренду в бюджет не поступают.

Коммерческой деятельностью в онкоцентре грешили и при бывшем директоре Давыдове. Поборы с пациентов, бесчисленные палатки и киоски, торгующие в здании – это давняя примета онкоцентра. И деньги за любую процедуру в конвертике доктору – тоже обязательное правило. Но тогда хоть лечили! Тогда в НМИЦ им.Блохина работали врачи с мировыми именами, которые делали уникальные операции, искали новые методы борьбы с раком. Для многих из них работа в онкоцентре была не бизнесом, а призванием. С тех пор многое изменилось.

Обращение врачей и родителей пациентов НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ им.Блохина к президенту России.

В этой критической ситуации врачи и родители маленьких пациентов, проходящих лечение в НИИ детской онкологии и гематологии им. Блохина, обратились к президенту с Обращением. Этот документ также есть в распоряжении нашей редакции. В нем, в частности, говорится: «Мы, нижеподписавшиеся, просим отстранить новое руководство НИИ ДОГ им.Блохина в лице директора, главного врача, заместителя директора по науке, так как с их приходом лечение наших детей стало просто невыносимым».

Во всей этой истории самое загадочное – молчание Минздрава, которому подчиняется онкологический центр имени Блохина. Либо там всё очень хорошо знают и одобряют, либо Минздраву попросту все равно. «Не принимая активного участия в разрешении кризисной ситуации, сложившейся в НМИЦ онкологии им. Блохина, связанной как с ошибочной кадровой политикой, так и с фактическим банкротством ФГБУ, Минздрав России пытается выстроить очередную "потемкинскую деревню". Но за всем этим скрываются проблемы, которые неизбежно отразятся на пациентах. Учитывая, что Центр построен в середине прошлого века на деньги Всесоюзного субботника, убежден, что граждане нашего государства имеют право знать, что происходит в этом мед. учреждении. Призываю представителей власти уделить сложившейся ситуации пристальное внимание», - заявил «НИ» зам.директори НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ им. Блохина Максим Рыков.

Хочется надеяться, что в этой истории последует продолжение с вмешательством руководства страны. Если этого не произойдет – грош цена всем словам о национальной программе по борьбе с онкологическими заболеваниями.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter