Рус
Eng
За лайк ответишь

За лайк ответишь

16 июля 2015, 00:00
Общество
Любовь Маврина, Маргарита Алехина
Полтора года условно и лишение права пользоваться Интернетом – к такому наказанию приговорил на этой неделе суд барнаульского гражданского активиста Антона Подчасова. Активисту вменили разжигание ненависти и вражды, а также публичные призывы к экстремизму. И все это – за репост в соцсети: Подчасов поделился у себя на с

В понедельник 13 июля Ленинский районный суд города Барнаула признал активиста партии «РПР-ПАРНАС» Антона Подчасова виновным по статьям УК РФ 280 и 282, а именно в «публичных призывах к экстремистской деятельности» и в «возбуждении ненависти, вражды или унижении достоинства по признаку национальности». Преступление Подчасова заключалось в репосте текста. К написанию или выкладке материала мужчина не имел никакого отношения – он просто нажал кнопку «Поделиться» в соцсети.

Суд дал Подчасову 1,5 года условного срока, запретил на это время пользоваться Интернетом, а также взыскал порядка 20 тысяч рублей процессуальных издержек в пользу бюджета. При этом непосредственный автор текста, опубликовавший его в Сети, известен – это алтайский оппозиционер Андрей Тесленко, который получил политубежище на Украине.

Текст действительно был написан «чрезвычайно резко» и имел «отчетливо антирусскую направленность», признают эксперты информационно-аналитического центра «Сова». С другой стороны, выяснить окончательно, согласен ли автор репоста с материалом, невозможно – своего отношения он не выразил. Да и уголовное преследование за простое согласие с «разжигающим» материалом в законе вроде бы не предусмотрено.

Ранее, в мае этого года, тот же самый Ленинский суд Барнаула приговорил местного оппозиционера Дмитрия Бычкова (на фото) к трем годам условно – также за репост.

Месяцем ранее, 9 апреля, Московский окружной военный суд приговорил гражданина Беларуси Кирилла Силивончика к двум годам колонии за репосты проукраинских записей в соцсетях. А в марте Советский райсуд Иваново приговорил левую активистку Елизавету Красикову к штрафу в 100 тысяч рублей (сравнительно мягкое наказание объяснили беременностью девушки) за репост публикации в соцсети. Примерно тогда же мировой суд Заводского района Кемерово признал виновным по 280-й статье блогера Станислава Калиниченко, который поделился фотографией с изображением листовки, содержание которой следствие и суд признали экстремистским (там содержался призыв громить автомобили силовиков, чиновников и судей). Калиниченко должен уплатить штраф в 150 тысяч рублей.

Широкий резонанс приобрели уголовные дела против кубанских активистов Дарьи Полюдовой и Сергея Титаренко. Также длится судебный процесс против татарстанского активиста Рафиса Кашапова из Набережных Челнов, которому вменяют репост фотоколлажа, «разжигающего» ненависть и вражду против русских, президента России и властей Крыма.

А совсем недавно, 30 июня, главу Могочинского района Забайкалья Дмитрия Плюхина оштрафовали на две тысячи рублей за репост в соцсетях «экстремистского» видеоролика Алексея Навального. Защита подчеркивала, что Плюхин поделился записью еще в 2011 году, а ролик был признан нарушающим законодательство гораздо позже: в нем нашли «негативную оценку группы лиц по признаку принадлежности к партии «Единая Россия».

«Еще 5 лет назад преступления экстремисткой направленности чаще всего носили насильственный характер. Таких дел было около 200 в год. С тех пор ситуация стала быстро меняться. И сейчас выносится около 150 приговоров ежегодно за высказывания. Причем 90% этих высказываний являются расистскими и распространяются в основном через социальную сеть «Вконтакте», – рассказал директор информационно-аналитического Центра «Сова» Александр Верховский на открытой лекции во вторник, посвященной применению антиэкстремистского законодательства к репостам и «лайкам».

По словам экспертов, с тех пор как в 2002 году в российском Уголовном кодексе появились статьи 282 и 280, их правоприменительная область значительно расширилась. Теперь обвинить в экстремистской деятельности можно при желании за распространение, изготовление и хранение любых «экстремистских материалов», которыми может быть как «клевета на деятельность СССР в годы Великой Отечественной войны», так и брошюры Свидетелей Иеговы. При этом, для того чтобы обвинить человека в экстремизме, размещенная им в соцсети информация совершенно не обязательно должна быть написана им самим.

«Преследование за экстремизм может стать способом запугивания людей, – считает г-н Верховский. – Следователям на местах нужно выполнить план. А преступления, совершенные в Сети, можно расследовать, не покидая кабинет: вот экстремистское видео, фото, текст – вот страница человека, которого можно обвинить. Все очень просто. Это, так сказать, побочный эффект нашего антиэкстремистского законодательства».

Способов уберечь себя и своих близких от преследования за активность в Интернете и социальных сетях не так уж много. Во-первых, нужно отдавать себе отчет, что ряд тем и материалов могут быть признаны запрещенными. Следует помнить, что любое высказывание будет считаться в суде публичным, если его может узнать неопределенное число людей (больше трех).

Главное средство защиты в суде – это независимая экспертиза. «Следователь практически перепоручил эксперту устанавливать наличие экстремизма в материалах, – считает Ирина Бирюкова, адвокат и эксперт фонда «Общественный вердикт». – Эксперты со стороны обвинения и защиты состязаются в том, у кого больше званий. Затем судья использует цитату из заключения «победившего» эксперта в приговоре. Таким образом, судья снимает с себя ответственность за счет эксперта».

При этом оправдательные приговоры по делам о репостах пока бывают. «Пока еще это не «каток», – считает г-н Верховский. – Хотя однозначно утверждать ничего нельзя: если кажется, что за что-то не наказывают, то это временно».

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter