Рус
Eng

Председатель исполкома «Форума переселенческих организаций» Лидия Графова

Председатель исполкома «Форума переселенческих организаций» Лидия Графова

Председатель исполкома «Форума переселенческих организаций» Лидия Графова

8 сентября 2015, 00:00
Общество
Свобода слова и… свобода слуха

Сегодня Международный день солидарности журналистов. Ключевое слово дня – солидарность. Дата была утверждена по инициативе ООН в связи с трагическим событием: 8 сентября 1943 г. был казнен журналист, писатель-антифашист Юлиус Фучик, автор «Репортажа с петлей на шее». Это он оставил нам завет: «Люди, я любил вас, будьте бдительны!»

Профессия журналиста – одна из самых опасных. В России за постсоветские годы погибло 350 журналистов. В память о них Союз журналистов России организует сегодня благотворительный концерт в Большом зале Московской консерватории. Собранные деньги пойдут на поддержку семьям погибших. Такие памятные концерты стали ежегодной традицией. Это одна из многочисленных акций Союза журналистов России, который является оплотом солидарности для 67 тысяч российских журналистов.

В день 8 сентября журналисты разных стран мира заявляют о своих правах. Сегодня уместно рассказать, как нелегко живется нашему Союзу журналистов. Многие, наверное, слышали об опасности, которая нависла над СЖР весной этого года: Росимущество вознамерилось отобрать у Союза и Дом журналистов на Никитском бульваре, и офис на Зубовском бульваре. Эти помещения были переданы союзу «в бессрочное и безвозмездное пользование» еще распоряжением Ельцина. И вот вдруг…

Приведу текст моего открытого письма, написанного сразу после пресс-конференции, на которой председатель СЖР Всеволод Богданов сообщил эту потрясающую новость:

«Достала сейчас свой журналистский билет и с удивлением обнаружила: дата вступления в Союз … 1964 год. Подумать только: ровно полвека, почти вся сознательная жизнь прошла под опекой СЖР. За эти годы умерли мои родители, уплыла куда-то в голубую даль прежняя бескорыстная «Комсомолка» (19 лет моей жизни), скрылась в тумане прежняя властительница дум «Литгазета» (25 лет моей жизни). Да было ль всё это? «Жизнь моя, иль ты приснилась мне?..» Но, слава богу, у нас, российских журналистов, есть верный друг – Союз журналистов, он всё про нас знает и всё помнит. Благодаря ему мы не чувствуем себя сиротами, одинокими пылинками, затерянными в этом жестоком беспамятном мире.

Так случилось, что вот уже 26-й год трагедия наших соотечественников, вернувшихся в Россию и оказавшихся ей ненужными, стала для меня главной темой не только в журналистике, но и в жизни. Пытаюсь газетными строчками и конкретными действиями помогать, как могу, этим разнесенным ветром по России. Не выдержала бы я, конечно, столь долгой добровольной каторги, если бы не было у меня постоянной поддержки Союза журналистов.

Сколько круглых столов, семинаров по проблемам миграции, встреч с учеными, общественными деятелями и ответственными чиновниками удалось провести то в Мраморном, то в Каминном зале Дома журналистов. Всероссийские журналистские конкурсы… Последний назывался «Искусство жить вместе». Давний концерт в Домжуре «Беженцы не плачут, а поют» до сих пор вспоминают наши переселенцы в трудную минуту. И теперь, когда ни придешь к Богданову, обязательно встретишь в приемной кого-то из украинских журналистов – беженцев.

Особую благодарность хочу выразить Союзу за то, что приютил наш Клуб ветеранов «Комсомольской правды». Десять лет подряд мы, работавшие в разное время в этой светлой когда-то газете, собираемся в Домжуре, чтоб порадовать друг друга своим новым фильмом, новой книжкой, просто тем, что мы пока живы… И вместе снова становимся молодыми. Намоленные это стены… Неужели кто-то посмеет их у нас отобрать?

Что значит «выселить» Союз журналистов? Лично у меня такое чувство, будто у нас землю вырывают из-под ног. Мы сейчас терялись в догадках: кто ж этот могучий инкогнито, который вознамерился завладеть нашим Домом? Ведь с самого начала советских времен этот флигель бывшей Гагаринской усадьбы принадлежит журналистам (в московском пожаре 1812 года усадьба сгорела, а этот флигель уцелел). Узнать толком ничего не удается, так что невольно приходится думать, что это не просто рейдерский захват, оплаченный большими деньгами, а у кого-то появились более серьезные намерения: самой российской журналистике нанести удар, превратив наш Союз в бездомного беженца.

Сегодня государство так выстраивает свои отношения с прессой, что СМИ лишаются всякой экономической независимости и, значит, воздуха. Один только монополизм почты в распространении периодики – уже удавка на горло. Настоящей журналистики у нас становится все меньше и меньше. Под журналистику маскируется пиар, пропаганда, заказуха. А ведь читатели не дураки, они «торчащие уши» сразу видят.

Союз журналистов долгие годы борется за то, чтобы российская журналистика, следуя традициям великой русской литературы, в центре внимания держала человека, заражала читателей протестным оптимизмом, призывала каждого из нас достойно строить свою неповторимую короткую жизнь. Вопреки всему творящемуся вокруг безумию и абсурду! Важно отметить, что стиль борьбы СЖР совсем не агрессивный. Таков уж характер у Всеволода Богданова, возглавляющего Союз уже двадцатый год – не умеет он идти напролом, топтать противника. Ему ближе борьба не против, а борьба «за». На съездах Союза, на всех встречах с журналистами Богданов, неисправимый романтик, говорит о своей любимой «формуле доверия», с которой настоящий журналист должен идти к читателю, вспоминает о таких забытых сегодня понятиях, как доброта, совесть, нравственность…

Но чем же провинился наш СЖР перед властями? Неужели претензии Росимущества продиктованы тем, что кому-то «вверху» просто не нравится независимость Союза?

Вспомню под конец почти символичный эпизод. В прошлом году Домжур предоставил один из своих залов для проведения Конгресса российской интеллигенции. Собрались известные писатели, ученые, правозащитники, много было уважаемых пожилых людей. Они пришли, чтоб обсудить свои конструктивные предложения правительству об экстренных мерах, которые необходимы в связи с обостряющимся кризисом. Кому-то эта инициатива «снизу» показалась, видимо, опасной. И был разыгран пакостный спектакль. Мало того, что делегатов Конгресса встречала перед входом орущая шпана с оскорбительными плакатами, так в самый разгар дискуссии в зал ворвался один из нанятых мерзавцев и распылил зловонный газ. У многих разболелась голова, некоторые были вынуждены покинуть заседание. Ну прямо дьявольщина. В нашем Домжуре, бывшем флигеле Гагаринской усадьбы, чудом не сгоревшем в пожаре позапрошлого века, долго не выветривался «запах серы».

Ну разве не похож этот хулиганский метод борьбы со свободомыслием на те бредовые претензии, которые предъявляет теперь Росимущество, чтобы вытолкнуть наш Союз на улицу?»

Та активность, которую проявили в упорной борьбе за СЖР известные люди и целые редакционные коллективы, наглядно показала, что наш Союз многого стоит. СЖР – старейшее творческое объединение страны, через три года ему исполнится сто лет. И в отличие от ряда других творческих союзов, давно расколовшихся, Союз журналистов держится стойко. Делались, правда, попытки создать альтернативные объединения, но про их дела как-то не слышно.

Итак, в марте удалось отстоять рабочие помещения Союза. Компетентные юристы доказали, что претензии Росимущества о якобы «грубых нарушениях в пользовании…» по сути – придирки. Какие-то недостатки в хозяйственной деятельности СЖР были (да у кого их не бывает?), но все они были устранены. Большую роль в спасении Союза сыграл журналист Борис Резник, депутат Госдумы. Он привлек к делу других депутатов, привел на пресс-конференцию в Дом журналистов председателя комитета по печати Госдумы РФ Леонида Левина. Журналистская солидарность победила.

Но Союз по сей день не в состоянии нормально работать. Не может, например, продолжать обучающие семинары для крымских журналистов (пока успели провести только три в Севастополе). Неизвестно, удастся ли провести, как прежде, традиционный Фестиваль прессы в Дагомысе. Больше тысячи журналистов съезжались из самых дальних уголков России, и я хорошо помню, какой заряд сил и вдохновения все мы там получали. И удастся ли провести на достойном уровне декабрьскую встречу с семьями погибших журналистов? Много лет подряд их собирают не только для того, чтоб морально поддержать, но оказывают и материальную помощь особо нуждающимся – заранее проводят опрос.

Вот упомянула вновь о наших погибших и неловко, просто рука не поднимается писать о меркантильных причинах, из-за которых все перечисленные мероприятия оказались сейчас под угрозой срыва. Увы, что ж поделать, живем-то мы не на облаке. Причина проста: после того, как была одержана победа над бюрократами из Росимущества, финансовое положение Союза сильно осложнилось. Союз пытаются ущемить, как говорится, не мытьем, так катаньем… Когда чиновники ищут, к чему бы придраться, повод всегда найдется.

СЖР, как известно, работает на самообеспечении. Добываются деньги у спонсоров (сегодня многие из них, к сожалению, обеднели), помогают Союзу многие личные друзья Богданова. Одним из источников финансирования был ресторан Домжура. Москвичи часто устраивали в этом популярном ресторане юбилеи, свадьбы, корпоративные вечера и наконец – поминки. Теперь все это стало невозможным. Вот уже больше года управление торговли московской мэрии отказывается продлить ресторану лицензию на спиртное.

Понимаю: упоминание о спиртном в тексте, где в начале шла речь о 350 погибших журналистах, может прозвучать кощунством. Но иду на этот риск в надежде, что номер газеты попадет на глаза мэру Москвы Сергею Собянину, и он просто удивится излишней ретивости своих подчиненных. Стоит заметить, что Сергей Семенович, когда был губернатором, в партнерстве с Союзом открыл в Сибири региональный Союз журналистов. И там, разумеется, есть свой ресторан, работающий нормально, как, впрочем, и другие журналистские рестораны страны. Почему же для Москвы сделано такое «исключение»? И это тот случай, когда журналистская солидарность бессильна.

В заключение хочу сказать о главном, что меня сегодня волнует.

Вот когда начиналась перестройка и на наше общество обрушилась безбрежная гласность, я опубликовала в «ЛГ» статью под названием «Свобода слуха». Вскоре это тревожное предчувствие сбылось: на дарованную нам сверху свободу слова власти стали демонстративно отвечать… «свободой» слуха. Вы, мол, говорите, что хотите, а мы тоже свободны то ли слышать, то ли пропускать мимо ушей. Но времена меняются. Сегодня Россия находится в критическом состоянии. Кроме экономического кризиса и западных санкций, оставшиеся богатства страны в панике сжирает коррупция, пронизавшая, как раковая опухоль, все клетки государственного организма. И вот справиться с этим главным врагом без опоры на честную журналистику, которую поддерживает СЖР, конечно, не удастся.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter