Рус
Eng
Орел: медики умирают от коронавируса, а горожане празднуют окончание карантина

Орел: медики умирают от коронавируса, а горожане празднуют окончание карантина

6 июня, 11:22
Общество
После московского жесткого карантина оказаться в Орле все равно, что на другой планете. С окончанием дождей люди вывалили в парки. В масках процентов 10-15, да и то у большинства они висят на разных частях тела. Во дворах - застолья, и при этом не видно, чтобы кто-то соблюдал санитарную дистанцию.

Людмила Бутузова, Орел

Соцсети – катализатор настроений: Очень многие пишут, что устали от шумихи. От постоянных обновлений в статистике. Количество заболевших, количество больных, умерших. Устали от постоянных постов про карантин. Советов о том, кому оставаться дома и чем заниматься во время карантина. Как мыть руки. Как дезинфицировать поверхности. Какие лекарства помогают, а какие могут навредить. Кто в группе риска, а кто нет. Десятки постов от врачей каждый день. И десятки ответов типа того, что "Ковид - это выдумка и хочется пристрелить паникеров, что б не мучались уже от своих страхов».

Губернатор Орловской области Андрей Клычков на днях снял большинство ограничений в регионе. «Учитывалось ли мнение жителей?» - в прямом эфире «Новое радио Орёл» спросил губернатора ведущий.

– Я последние два месяца каждый день выходил в прямые эфиры. Отвечал на вопросы. Начитался такого, что долго спать не буду, вспоминая эти вопросы. Но я благодарен всем, кто высказывает разумные предложения и критикует,– ответил губернатор.

По словам Клычкова навстречу народу пошли потому, чтобы прийти к социальному консенсусу и помочь. Консенсуса требовали прямо в эфире: «Хватит слушать врачей! Сколько народу без работы, сколько влезло в кредиты, что б купить еды? Скоро бо́льшая часть окажется на улице, кредиторы вышвырнут... Открывай!!»

– Мы имели право ничего не открывать. По показателям могли 2-3 недели ничего не открывать до решения федеральных органов. Сказать, чтобы люди и дальше сидели дома без денег. Однако я считаю, что власть должна была взять ответственность. И я эту ответственность на себя взял, – сказал Клычков.

Все закончилось ко всеобщему удовольствию? Ну как сказать… Наутро 5 июня оперштаб области подтвердил 121 случай новых заражений. 2649 – за все время. Область - в пятерке самых зараженных регионов страны. В больницу Боткина привозят заболевших врачей и медсестёр. Переменчивые соцсети тут же застонали, что конца у этой эпидемии нет, все только начинается. И все уже обсуждают не Клычкова, давшего народу волю, а вот этот отчаянный пост: «Это крик уже! Неужели мы медики не нужны стали?? Почему руководство молчит о вспышке kovid19 в ООКБ??? Заражены много медработников!!! Анестезиология-реанимация ( почти весь состав сестёр на больничных с положительными тестами, с пневмониями) врачи заболевают. Хирургия, кардиология, неврология!!!! И хотят замять это дело, заткнуть всем рты!!! Считалась чистой больница, в итоге пациенты реанимации с ковидом, далее сёстры, врачи. СИЗЫ никакие!! Вырядили как матрёшек, а толку нет от них! Да очнитесь же вы! Город под угрозой»

- Я работаю в этой больнице. Не была бы трусихой, сама бы написала такой пост, - говорит Ольга. – Но моей смелости хватило лишь на то, чтобы поставить лайк. И с вами я согласилась говорить только на условиях анонимности. Поймите правильно: нас обещают уволить в случае жалоб или выноса сора из избы. А где в Орле работа? Да и не возьмут никуда, мне пятьдесят. Еще у меня ипотека…

В больнице остались те, кто вынужден работать на этих условиях. Кто поумнее, уволились или при малейшем подозрении на ковид, сразу берут больничный. Неприятно слышать, когда говорят, что медики ухватились за президентские надбавки. Нашей больнице ничего не положено. Ее сразу объявили «чистой», в таком статусе она и осталась, хотя за эти месяцы через все отделения прошли сотни ковидных больных. Я вам расскажу, как это получилось и как происходит зачистка. До середины апреля в области был небольшой, можно сказать, единичный прирост коронавирусных. Депздрав расслабился, думали, наверное, что отдельная больница не понадобится, хватит и одного корпуса на скорой помощи в Семашко. В городе второй год пустует больница железнодорожников, у нас в областной есть отдельно стоящий пустой корпус, недоделанный, но могли бы напрячься и оборудовать под ковид. Когда больные поперли потоком, было уже не до этого. Заполнился корпус в Семашко, людей стали распихивать кого куда – в тубдиспасер, в больницу Боткина на микрорайоне, к нам в областную. Инфекционистов – человек шесть на весь город. Кардиологов, терапевтов, лоров и глазников переучивали по методичкам из интернета, 20 часов обучения, кажется. Медсестрам и того не полагалось, мы должны были вникать в вирусологию по ходу.

При поступлении КТ делают всем, высевают коронавирус. Сразу его не выявишь, человек будет лежать со своей старой болезнью и не подозревать, что у него уже зреет новая. Через несколько дней – оп, пришли тесты. Вызывают санавиацию, больного окружают, увозят, место обработали и на этом все. Врачи, медсестры продолжают обслуживать. И все делают вид, что эпидемию задавили в зародыше. А тот заболевший неделю ходил в один туалет с двумя десятками пациентов, пил с ними из одного чайника, да просто чихал в тряпочку. Потом опять – оп! Вся кардиология – врачи, медсестры – в короне. Их отправляют на изоляцию, отделение оголено, прикомандировывают на сутки-на двое первого попавшегося под руку врача из другого корпуса, выдергивают медсестер. Девчата в чем были, в том и пришли фактически в зараженное отделение. Здесь персонал нужно упаковывать в СИЗы. А их у нас нет – мы же «чистая больница». Вот так все и разносится по корпусам в геометрической прогрессии.

Защитой отделения обеспечены по-разному. Кому то дали хирургические халаты на завязочках, - один халат на 2-3 человека, снял – повесил на гвоздик, второй пришел – поносил, опять снял. А есть отделения, где вообще ничего не дали (ФИЗИО, массаж). Наша старая униформа почти вся с короткими рукавами. При эпидемии это не допустимо. Надшиваем рукава из подолов, делаем себе нарукавники, вместо колпаков натягиваем на головы одноразовые бахилы. Я себе заказала сшить халат. 1000 рублей. Но надо же как-то защищаться… Маски нам выдавали всего два раза. На сколько, вы думаете, их хватило? На два часа работы… Шьем сами – из марли, из тряпок, стираем дома, обеззараживаем. Вечный страх заразиться и притащить вирус в семью. В понедельник умерла сестра-хозяйка. Вроде бы ей поставили ковид. Нам сказал: так как вы все обуты и одеты, то вы не можете заразиться в больнице. Это или дома или в маршрутке…

У старшей медсестры есть запас: дозаторы пустые заливаются, маски имеются – когда кто-то придет с проверкой.

В эту среду всему персоналу дано распоряжение подписать документ о том, нам еще в январе выдали комплекты медицинской одежды. Мы стали возмущаться: две одноразовые маски – это комплект?. Быстро поставили на место угрозой увольнения. Главная медсестра – единственная, кто по-человечески заботился о своих сотрудниках, - в знак протеста подала в отставку. Она хороший специалист, лишиться такого, когда эпидемия нарастает, а в кадрах – одни бреши, это только на пользу коронавирусу. Откуда оперативный штаб берет данные, что все пошло на спад, я не знаю. Просто, видимо, уже нет денег на борьбу с эпидемией, поэтому и решили «кончать с ней».

- Главрачи и их подданные не носят ничего – ни масок, ни перчаток. Они как бы не верят в ковид и на собственном примере демонстрируют, что это не серьезно и не опасно, - поделилась с НИ фельдшер «Скорой помощи» – Может быть, их должность защищает, а мы низшие чины орловского здравоохранения, первыми заболели. Слава богу остались живы, и еще надеемся послужить людям.

Прокуратура Орловской области 29 мая обнародовала результаты проверки по факту массового заражения медиков подстанции скорой медицинской помощи Заводского района Орла. Материалы направлены в следственные органы для решения вопроса об уголовном преследовании виновных лиц. “Установлено, что тестирование работников подстанции на COVID -19 администрацией учреждения проводилось с нарушением предусмотренной периодичности. Не был своевременно определён круг лиц, контактировавших с работниками с подтвержденным диагнозом, и они не были отстранены от работы», – говорится в официальном пресс-релизе прокуратуры области.

Фельдшер Светлана – одна из тех, кого зацепил коронавирус, благодаря халатности и разгильдяйству неустановленных пока «виновных лиц». Ее дневник выживания, публиковавшийся на страницах издания «Орелтаймс» взахлеб читала вся Орловщина. Чиновникам от здравоохранения он может стать учебным пособием, что и как надо делать, чтобы эпидемия широким фронтом прошла по региону.

Из «Дневника фельдшера Светланы»:

18-19 апреля. Две недели была в отпуске. Сегодня, 18 апреля вышла на работу. Отработала смену с 8 утра до 8 вечера. Всё было хорошо. Вызовов немного – не сравнить, как месяц назад. Но на рабочем месте многие – больны: у кого-то температура, кто-то жаловался на боль в глазных яблоках, на потерю обоняния. Мальчик, наш медбрат, отработал смены три. Температура под 40, но руководство от работы его не отстранило. Жалуется на заложенность носа и сама заведующая подстанции, полагая, что это гайморит. Да и вообще все свои недомогания все спихивают на свои хронические болезни. На вызовы, естественно, выезжаем, хотя СИЗов (средств индивидуальной защиты) нет. Ездим в своих костюмчиках, в перчатках и защитных масках. И машины после больных пациентов обрабатываем сами. А тут ещё пациенты часто скрывают свои контакты с приезжими из других стран и из Москвы. Опять же: везём пациентов в приёмное отделение больниц, где не знаем, кто и с чем сидит в коридорах. Такие вот риски.

22 – 23 апреля. Снова моя смена. У меня явно заболевает водитель. У него насморк и кашель. Прошу его надеть маску. Кабинка маленькая, да ещё окна закрыты. С 8 вечера до 8 утра он отрабатывает смену. Утром уходит на больничный. Вроде, простуда.

23- 24 апреля. К вечеру 23 апреля мне стало как-то нехорошо. 24 апреля вышла на новую смену с насморком. Наверное, простуда. Ну не “корона” же! Контактов у меня ни с кем не было. Живу с 15-летним сыном. Дом – работа, работа – дом… Я даже в магазин не хожу, сын всё делает, так как после рабочих смен я “убитая”. От насморка попросила у начальницы гриппферон и закапала в нос. Вроде, ничего. - Потом появились озноб, дрожь, резко пробил пот. Особо жаловаться смысла нет – не только я одна плохо себя чувствую. Вот ещё одна сотрудница в этой же смене жалуется – на сильную боль в глазных яблоках. Сообщила об этом нашей начальнице, на что ей та сказала: “Оставайся пока на рабочем месте”… Ослушаться начальства нельзя.

26- 27 апреля. Наша подстанция – это маленькая трёхкомнатная квартирка, где находятся все – и фельдшеры, и водители, и уборщицы. Очень тесно.

Выхожу снова на работу, всё время в маске. Горло не болит, кашля нет. Сегодня вдруг не стала ощущать вкуса еды. Появляются сомнения, что это не ОРВИ. О своих недомоганиях говорю начальнице. Но всё встречается “на хи-хи”. Если бы у меня температура или кашель, а так…. Думаю, ничего, простою, потому что по больничному выплатят копейки. У нас так каждый думает. На больничный мы идём уже в крайнем случае, когда сляжем.

Если бы нас тестировали, как положено раз в неделю!

28 апреля. Сегодня первый раз протестировали сотрудников на COVID-19. У меня тоже взяли мазок.

29 апреля.Утром позвонили из Роспотребнадзора и сообщили, что анализ положительный. У меня стресс, как будто земля из-под ног ушла. Ведь у меня сын дома! Как теперь он?! Пришёл дежурный терапевт из поликлиники, назначил лечение, но оно симптоматическое. Терапевт была экипирована в легкий одноразовый халат, очки, бахилы.Узнаю, что наш чихающий-кашляющий водитель попал в Семашко с пневмонией. Говорят, что первый тест на COVID-19 у него был отрицательный, а уже потом, как пишут наши, у него был второй тест, и он оказался положительным.

30 апреля. Со вчерашнего дня места себе не нахожу. Вчера у сына взяли анализ на коронавирус, жду звонка из Роспотребнадзора. За себя не так боялась, как за него. Ещё меня моя мама беспокоит.

Взяли анализ у ребёнка. Потом пришёл педиатр из поликлиники № 1. Она была только в перчатках и в маске. Говорит, что у них нет средств индивидуальной защиты и что их тоже не тестирует никто. То есть она пришла ко мне в дом, зная мой положительный тест, осмотрела ребёнка, который тоже был под вопросом. И пошла дальше в другие семьи. Конечно, она фонендоскоп обработала антисептиком… Это, конечно, не её вина! Все медики работают практически в одинаковых условиях – без защиты.

Приезжал муж. Оставил у двери пакеты с продуктами, вынес мусор. Если бы не муж, мы пропали. Помощи не у кого просить.

1 мая. Встретила праздник ударным трудом - намывала квартиру с хлоркой. Мой нос постоянно меня подводит. Из-за коронавируса я не чувствую запахов, даже хлорки. А тут ещё эта слабость… Добавила бОльшую норму и едва не сожгла слизистую, когда вдохнула на себя. Надо быть осторожней. Но квартира блестела как никогда.

2 мая. Я стараюсь адекватно оценивать ситуацию и быть терпимой к людям. Но сейчас всё для меня за гранью понимания. Эти необоснованные обвинения в том, что я якобы стала переносчиком коронавируса на подстанции! У меня и моей коллеги у первых выявили положительный анализ 28 апреля. Но ведь до этого не тестировали ни водителей, ни уборщиц. У нас уборщица была бессимптомная и оказалась с положительным результатом. И другие медики оказались из разных смен, с кем я не контактировала и не пересекалась. И вот, выходит, кого первого поймали, то есть меня, на того и решили скинуть всё, чтобы, видимо, не платить нам эти выплаты по профзаболеванию, как за несчастный случай на рабочем месте. Решили списать, что якобы мы либо в магазине заразились, либо с родственниками контактировали. Зацепились за Москву! А мои ребята (сестра и её муж работают на “скорой” в Москве) – не причём, я с ними с Нового года не виделась. У них работа, работа, работа… И сейчас на меня льют откровенную ложь. Собираюсь обращаться в прокуратуру, потому что это – клевета!

3 мая. Списывались через Ватсап с коллегами. Девочка, которая со мной была протестирована 28 апреля и получила положительный результат, идёт на поправку. Другая, которая раньше нас жаловалась на недомогание, всё же сегодня обратилась в больницу Семашко. Ей там сказали: “Ничего у вас страшного”. В КТ лёгких ей отказали, сделали флюорографию, потом сообщили, что низкие лейкоциты, но всё нормально, лечитесь. Сегодня она узнала, что у неё положительный результат на COVID-19.

Везде такое наплевательское отношение… Мне знакомые говорят, вот ты, медик, у вас взаимовыручка… Есть, конечно, кто сочувствует, помогает как коллега коллеге. Но таких немного. Люди стали очень жестокими. Может, когда-то и было медицинское братство. Но сейчас такого в нашей среде нет.

4 мая. Появился повод для радости: почувствовала первый запах – горелость от зажжённой спички. Аж заплакала от радости.

6 мая. Силы постепенно ко мне возвращаются. Конечно, после уборки в квартире я ещё устаю, но уже не падаю без сил на кровать. А вот голова ещё кружится, но это от недостатка кислорода, потому что респиратор не снимаю сутками, свежего воздуха не вижу. Я, наверное, похудела в половину своего веса за всё время болезни. Ухудшений, слава богу, нет.

8 мая. Сегодня ближе к вечеру звонили из полиции. То ли следователь, то ли оперуполномоченный (не запомнила, так как не ожидала звонка), но он представился. Спрашивал про видео (видео-интервью с депутатом Орловского облсовета Русланом Перелыгиным), достоверная ли там информация, в том числе про родственников из Москвы. Я ответила, что да, на 100% достоверная. Спросил про медбрата с моей работы, который тоже есть на видео, попросил его данные. Я сказала, что они есть у нашего руководства. Полицейский предупредил, что после моего выздоровления ему надо будет официально меня опросить. Я ответила, что согласна, но только под повестку. Я уже направила заявление, документы в прокуратуру, чтобы разобрались в ситуации.

10 мая. Опасаюсь всё-таки влияния COVID-19 на лёгкие. Но пока не паникую. Если всё-таки что-то будет не так, симптомы интоксикации будут, и слабость, и температура проявятся. Буду следить за общим состоянием, организм подскажет, когда бить тревогу. Выходила на связь с родными по видеосвязи. У них всё хорошо. Мои “москвичи” (сестра и её муж работают на “скорой”) трудятся. У них постоянно берут анализы – всё хорошо.

12 мая. Моё состояние стабильное. Написала терапевту (мы на связи в Ватсапе), спросив про анализ. Результатов ещё нет. Да что ж такое?! Скоро уже неделя, как у меня взяли мазок! Узнала от коллег, что нам выплатили обещанные губернаторские деньги. Мне тоже кусочек достался за несколько рабочих смен, так как я была в отпуске.

13 мая. По сей день мои результаты анализа не известны. А сегодня должны взять третий анализ на коронавирус. Меня начинает эта ситуация волновать. Почему так? Терапевт не в курсе.

19 мая.Сегодня утром узнала третий результат анализов, он – отрицательный. Я теперь абсолютно здорова! Ураааа! Сегодня же сходила в поликлинику и закрыла свой больничный. Прошло 20 дней моего заточения из-за COVID-19. Это мой первый день, когда я вышла на улицу после болезни. Какое же это счастье дышать воздухом, слышать пенье птиц, идти по улицам! Какое же это облегчение дома находиться без маски!

Завтра, 20 мая я стою в графике дежурства на “скорой”. Моё рабочее настроение – не очень. Раньше для меня подстанция была как родной дом. Ведь я, по сути, выросла на” скорой” – мама всю жизнь проработала фельдшером, и я часто к ней приходила на работу, да и сама я почти 20 лет работаю на “скорой”. Но после случившегося увидела сущность людей, кто чего стОит, кто и как себя ведёт в той или иной ситуации. Без разочарований не обошлось… Но самое интересное – впереди, ведь идут разбирательства.

Но мой настрой – боевой. Я буду доказывать свою правоту относительно того, что заразилась я не в магазине или где-то по дороге домой.

Сейчас оправлюсь и через неделю-другую пойду на Станцию переливания крови и сдам свою плазму. Если есть антитела, может, моя плазма поможет кому-то в борьбе с COVID-19.

Из комментариев к «Дневнику фельдшера Светланы»:

Работников «скорой» не тестировали на коронавирус очень долго, первые два месяца точно.. Машины не обрабатывались. Объясню, чем это опасно: “скорая” могла перевозить больного коронавирусом в стационар, а потом везти человека с неподтверждённым COVID-19.Многие люди, которые оказались положительными, были контактными. А потом, 30 апреля, нас собрали в маленьком помещении подстанции – 40 сотрудников. Там были и водители, и фельдшеры, и медсёстры. И многие на тот момент уже заражены коронавирусом. Не зная об этом, все продолжали жить своей жизнью: ходить в продуктовые магазины, общественные места, продолжать работать. Закрыли подстанцию 2 мая, когда выявили ещё положительных с коронавирусом. Всех , отправили на самоизоляции».

«Более-менее тестировать начали только после заявлений активиста Дмитрия Серёгина. Если бы не он, нас бы вообще исключили из тестов. Мы боялись об этом спрашивать. Нам не дали премию, объяснив тем, что закупили на 2 млн то ли защитных костюмов, то ли масок. Чего мы вообще не видели. Только два костюма стираем. А квартальной премии нет…”.

«Мы надеялись, что губернатор Клычков в своем вечернем эфире пояснит орловцам, по чьей вине произошло заражение и будет ли кто наказан за это. О ЧП не прозвучало ни слова. Понимаю, ведь тогда пришлось бы объясняться за каждого зараженного медика».

«Вчера узнали от губернатора, что за все время пандемии в областной больнице заразились 47 врачей. Названа только одна больница…А остальные? Если посчитали всех, то коронавирусных медиков больше сотни. Они не будут считать. Хотя бы потому, что тогда надо делать страховые выплаты за заражение на рабочем месте. Это 68 тысяч рублей по больничному. Пока комиссия нашла «профзаболевание» только у 8 врачей.. И уже глава депздрава Иван Залогин заявил, что ряд медиков якобы заразились в домашних условиях».

«Вся страна пожинает сейчас плоды своего безмолвного согласия на скотское к себе отношение. Молчали раньше, значит нас всех все устраивало. Молчим и сейчас, и значит и дальше ничего не будет меняться. За врачей безумно обидно!!! А отношение к врачам есть отношение государства к качеству жизни и здоровью нации! И видно, что отношение это наплевательское. Лёгкое форма заболевания - повезло, выкарабкаешься! А серьезно заболеешь - лечить не выгодно экономически, проще заплатить за рождение новой рабсилы маткапитал. А заболевших - в топку истории!»..

ЖЕНА ВРАЧА

Орловчанка Елена Шураева записала на видео «откровения жены врача» в своем Facebook. Она рассказала, что и сама почти 10 лет отработала терапевтом на участке. В своем видео женщина показала, какими негодными средствами индивидуальной защиты снабжают медиков и предположила, что обещанных государством выплат они тоже вряд ли дождутся.

- В конце марта, когда я узнала, что один из корпусов больницы Семашко, где работает мой супруг, будет перепрофилирован под пациентов с Covid-19, я забила тревогу. Я понимала, что нормального обеспечения врачей СИЗами добиться будет очень сложно, - рассказывает Елена Шураева. - написала в соцсетях губернатору Андрею Клычкову, руководителю департамента здравоохранения Ивану Залогину и в общественный совет при департаменте. Задала всем один и тот же вопрос, что предпринято в плане защиты? Ни Клычков, ни Залогин мне не ответили, а вот из общественного совета написали, что по их данным в больнице Семашко достаточно СИЗов. На тот момент это было абсолютной неправдой, потому что тогда в больнице Семашко не было даже одноразовых масок. Людей снабжали марлевыми повязками, которые были пошиты частным образом на одном из орловских предприятий. Сделала запрос в Роспотребнадзор, и почти через месяц, 24 апреля, пришел официальный ответ, что на эту дату в больнице Семашко было 300 штук респираторов FFP3 при суточной потребности – 105. 142 одноразовых костюма при потребности в сутки – 35. Это минимальная обеспеченность, но я этому была рада. Какого же было мое удивление и возмущение, когда мой муж с очередного дежурства прислал фото респираторов, которые им выдают. Это был респиратор класса защиты FFP1. При том, что по рекомендации Роспотребнадзора, утвержденной Минздравом, респираторы должны быть не ниже, чем класс FFP2. Кто экономит либо издевается над врачами?

Снова обратилась к губернатору Андрею Клычкову. Напомнила ему также, что с врачами не заключены дополнительные трудовые соглашения, а это значит, что очень под большим вопросом будут те выплаты, которые обещает наше государство за работу с зараженными пациентами. На тот момент в больнице уже был первый инфицированный доктор.

Андрей Клычков снова мне не ответил. Но на следующий день в Instagram вышел его пост о том, в каком количестве были закуплены СИЗы для наших медучреждений. Я, конечно, очень порадовалась за Андрея Клычкова, но не имея особых надежд на наше правительство, заказала своему супругу четыре респиратора класса FFP3, положила ему в карман, и на всякий случай добыла моему супругу одноразовый комбинезон и одноразовый халат. Он меня за это отругал, ведь Клычков же уверил, что СИЗы для больницы закуплены. Какого же снова было его удивление, когда на очередном дежурстве ему выдали все тот же слабенький респиратор и чей-то ношеный-переношеный халат.

- Я рассвирепела, - не скрывает негодования ь Шураева. – Результатом этого разгильдяйства стало то, что в больнице Семашко уже пять инфицированных медработников, в поликлинике №3 два инфицированных участковых врача, Плещеевская больница давно закрыта на карантин, подстанция скорой помощи Заводского района закрыта на карантин – там уже более восьми зараженных медработников. Кто в этом виноват? Ведь мы давно били во все колокола. Сдаваться не собиралась. Все эти дни мне присылали фото медсестёр из красной зоны без респираторов и врачей «скорой», которые носили пакеты на ногах вместо бахил. Однако никто не хотел предоставлять эту информацию в открытую. Ок. Рассылала фото-инфу по всем инстанциям – прокуратура, депутаты Госдумы, Роспотребнаадзор, правительство. Не могу сказать, что удалось изменить все и сразу, но прокуратура по депутатскому запросу начала проверку обеспечения больниц СИЗами, кое-где они сразу же появились. У администрации нашлись деньги и что-то удалось прикупить миллонов на 50. Стали наводить порядок с договорами…. – Меня благодарили за смелость … Ребята, я не Жанна-Д’арк. Я не считаю, что я сделала что-то из ряда вон выдающееся. Я просто сказала правду. Правду, которую до сих пор боятся говорить 99% медработников. Вы удивитесь, но за честное слово не наказываю! Моего мужа не уволили и даже не пожурили. Работает, все нормально, никакой зависиости от начальства не испытывает.

К слову, сама Елена давно ни от кого не зависит. У нее собственное предприятие медицинского профиля. Ну и, конечно, принципы, которые она не считает нужным скрывать. Оказалось, что их разделяет не так уж мало коллег. Стоило поднять флаг, люди стали просыпаться. Пишут совершенно революционные для затхлой Орловщины вещи. Вот такое, например: «– Вся страна пожинает сейчас плоды своего безмолвного согласия на скотское к себе отношение. Молчали раньше, значит нас всех все устраивало. Молчим и сейчас, и значит и дальше ничего не будет меняться. За врачей безумно обидно!!! А отношение к врачам есть отношение государства к качеству жизни и здоровью нации! И видно, что отношение это наплевательское. Лёгкое форма заболевания - повезло, выкарабкаешься! А серьезно заболеешь - лечить не выгодно экономически, проще заплатить за рождение новой рабсилы маткапитал. А заболевших - в топку истории!»..

Просто подумайте обо всем этом, когда в следующий раз захотите посмеяться над эпидемией COVID-19 и назвать врачей паникерами.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter