Рус
Eng
Ад российской реанимации. Почему к больным так и не пускают родственников

Ад российской реанимации. Почему к больным так и не пускают родственников

4 марта 2018, 10:55ОбществоPhoto: prokazan.ru
Где проходит грань между интересами врачей, спасающими больных и самих больных, многие из которых, угодив в реанимацию, уже никогда не выйдут из ее стен и умрут, так и не простившись с родственниками? Почему их туда не пускают, хотя такая возможность теперь есть?

"В реанимациях за закрытыми дверями врачи борются за жизни пациентов и почти всегда делают невозможное. При этом мало кто, выйдя из отделения живым, хочет вспоминать о проведенном там времени. И даже не только потому, что было больно и страшно, но и потому, что было стыдно. Почему пациентам в российской реанимации положено лежать голыми и можно ли спасать людей, не унижая их достоинство? - поднимает важную тему сайт "Православие и мир".

Операционная медсестра одной из клиник Парижа Мария Борисова поделилась историей своей пожилой мамы. У пенсионерки случился приступ мерцательной аритмии, на скорой ее доставили в реанимацию Московской городской клинической больницы № 4.

– Буду перечислять только факты: к ней обращались исключительно на "ты".

Сразу же сказали: "Раздевайся догола, снимай все, носки и трусы включительно".

Лежала мама в большом коридоре, где ходило огромное количество народу, громко разговаривали, смеялись.

Маленькая подробность: чтобы справить малую нужду, ты должен встать голый со своей кровати перед большим количеством людей, которые ходят взад и вперед, сесть на судно на табуретку, которая стоит рядом с кроватью, и справить свою нужду прилюдно. Обращаются с тобой исключительно грубо и раздражительно. Возникает такое ощущение, что простое твое присутствие здесь уже мешает, – написала Мария в фейсбуке.

Нонна Ивановна провела в реанимации совсем немного времени. Приступ купировали и перевели женщину в отделение кардиологии, однако этот случай заставил Марию задуматься о небольшой, но важной революции в российской медицине: если сделать реанимации открытыми для родственников, с больными не будут обращаться как с биомассой.

– Честно вам признаюсь, еще до переезда во Францию, когда я работала доктором в одной из московских больниц, меня эти голые больные в реанимации не шокировали. Странно, правда? Но теперь мне есть с чем сравнивать – рассказывает Мария "Правмиру". – Я понимаю, есть врачи забубенные, у них мощная профессиональная деформация, и для них люди – это уже просто тела. Подумаешь, лежат холодные, голые.

Но мы ведь с вами социальные существа. Здоровому человеку, если он ляжет голым посреди комнаты, пусть даже в ней никого нет, будет некомфортно и холодно.

А больные люди – они же беспомощны. Они уже и так наказаны болезнью, а их еще и неуважением наказывают.

Одно то, что человеку говорят "ты", когда он находится в беспомощном состоянии, недопустимо, а если он лежит голый – это уже вообще ни в какие рамки.

Рассказ Марии получил большой отклик в фейсбуке. Многие поделились собственным неприятным опытом из реанимации.

– Когда у моей бабушки случился второй инфаркт, меня к ней не пустили. Я приезжала каждый день, просила, умоляла, объясняла, плакала. Меня выгнали из отделения – я сидела на лестнице, потом они вызвали охрану, чтобы меня вывели. Никакие мольбы не помогли. Бабушка с 6 лет заменила мне и маму, и папу, кроме нее, никого не было. Но мне так и не дали с ней хотя бы поговорить и попрощаться. Потом уже ее соседки мне рассказывали, что лежали одни, медсестра почти не заходила, когда бабушке надо было в туалет, она сама с трудом вставала и из реанимации по коридору ходила в туалет.

– После кесарева сечения я лежала в реанимации. Голая. Три дня просила сорочку. Будучи медработником, более того, акушером-гинекологом. Так же, голой, перевели в палату. Система гнилая насквозь, говорю как врач. Больной человек уязвим. И в нашей стране в больнице игра идет на выживание не только физическое, но и моральное.

– Я тоже попадала в реанимацию и, когда пришла в себя, увидела страшную картину: я голая лежу в окружении голых людей. Жуть, холод собачий, стыд.

На требование принести хотя бы одеяло мне ответили – не положено. Кем? Почему? За что? Я думаю, сами врачи этого не знают и не понимают.

Были в комментариях истории, когда родственники платили персоналу, для того чтобы хоть какое-то время побыть рядом с больным близким. Дополнительная возможность заработать, по мнению Марии, – это одна из причин, почему двери реанимаций в подавляющем числе наших больниц закрыты. Однако основной проблемой она считает укоренившуюся в российском обществе традицию безжалостно относиться к людям.

– Говорят, что так было и будет, я в это не верю. Главное, с правильного конца подходить к решению проблемы. Если начать говорить, что это вопрос нашей медицины в целом – это гора неподъемная. А вот история с родственниками – это очень даже подъемная история. Пустите сейчас родственников в реанимации, и больные сразу перестанут лежать голыми. Потому что ни один заведующий, ни одна старшая сестра не будут рисковать своим теплым местом.

Быть реаниматологом в России – сложное и неблагодарное дело, говорит Сергей, врач-реаниматолог региональной больницы, который пожелал остаться анонимным. Огромный объем работы, большая психологическая нагрузка и низкие зарплаты, при том что реанимация – это сердце больницы.

– Честь мундира мы, реаниматологи, защищаем, чтобы больной не умер. А больные бывают очень тяжелые, больные умирают, уже ты получаешь травму. Потом приходят родственники, начинают тебе по голове стучать, почему он умер, угрожают судом. Проходит время, крышу сносит конкретно, ты не можешь спать, не можешь по улицам ходить спокойно.

Зарплата никакая, людей не хватает. Почему в реанимацию сейчас молодежь после мединститута не идет? Потому что знают, что это очень тяжелый труд, такое напряжение. В Москве в реанимации я работал каждый день в день и через одну ночь в ночь. Это огромная нагрузка на организм, а хочется ведь заработать, жить на что-то нужно.

Больным положено лежать голыми, и в этом реаниматолога Сергея не переубедить. А пациенты, которые жалуются на свое положение, просто не понимают, что все это делается для их блага. Нагота обеспечивает моментальный доступ к телу в экстренных ситуациях, за голым телом проще ухаживать медсестрам и санитаркам.

– Представьте, поступает в реанимацию больной. Он мечется на каталке, у него все болит, он синий весь, дышать нечем. Понятно, сразу с него снимают вещи. Женщина это, мужчина – неважно, а важно интубировать, подключить к ИВЛ. Или прооперировали черепно-мозгового больного. Он обездвижен, но он ходит в туалет в таком состоянии. Если что-то останется на теле, будет инфекция, будут пролежни. Поэтому никаких вещей.

В реанимации больной лежит максимум в памперсе. И надо сказать, что лежит укрытый. Зимой это одеяло, летом – простыня, хорошая, чистая. Не дай Бог на ней будет кровинка или соринка, сразу присоединяется инфекция. Медсестру или санитарку, которые недосмотрели, в нормальном реанимационном отделении накажут.

На самом деле родственники имеют право посещать реанимации и отделения интенсивной терапии. Действующий федеральный закон "Об основах охраны здоровья» разрешает визиты по решению главного врача. В 2016 году после петиции, собравшей более 360 000 подписей в пользу допуска, Минздрав направил в регионы информационно-методическое письмо «О правилах посещения".

Врачам еще раз напомнили, что не могут находиться в реанимации только дети младше 14 лет и люди в нетрезвом состоянии. Кроме того, нельзя находиться в палате во время процедур, а количество посетителей ограничивается двумя. Однако письмо в российских больницах осталось незамеченным.

– Закон этот кто создавал? Медики, которые понимают, что такое септика, асептика, что такое борьба с инфекцией, что такое ослабленный иммунитет у больного? Я не знаю такого закона и не думаю, что его могли создать в Минздраве, – говорит Сергей.

Сам он пускает близких в редких случаях, когда "набитым глазом" видит, что пациент не выживет, по ночам, после долгих уговоров, когда начальства нет в больнице, но это на свой страх, потому что утром медсестры могут "сдать", или с запиской от главврача.

– В реанимации с больными проводят специальные процедуры. Если родственники их увидят, они не поймут, что это делается на благо больному. Например, когда мотор останавливается, проводят закрытый массаж сердца, грудную клетку качают. Одно из мероприятий – кулаком в солнечное сплетение бьешь от души, конкретно от души.

Если со стороны на это посмотреть, скажут, что я над ним издеваюсь, я его избил. А для чего бьют кулаком? От этого удара мотор заводится. И обязательно в протоколе пишу, что я проводил такой удар. Это нормально, мероприятие такое. Но родственник, далекий от медицины, этого не поймет.

Еще одна важная причина: ослабленный иммунитет. С улицы пришел, хоть халат надел, хоть в бахилах, все равно заносишь инфекцию. Она присоединяется к больному, он осложняется, а потом эти родственники спрашивают: "Откуда у него пневмония взялась внутри отделения?!"

Против мнения Сергея – зарубежный опыт, где реанимации открыты уже много десятков лет. В США, Германии, Великобритании, Франции родственники и друзья могут посещать больного с некоторыми ограничениями по времени. Пациентам реанимационных отделений выдают специальные рубашки, которые при необходимости можно легко снять или порезать. Если есть возможность, мужчин и женщин размещают отдельно, часто между койками ставят ширмы.

– Есть принципиальная разница в подходе к больному в реанимации, в блоке, да везде во Франции и в России, – объясняет медсестра одной из клиник Парижа Мария Борисова. – Когда учат на медсестру во Франции, существуют такие понятия, как достоинство больного, его стыдливость, и они чрезвычайно важны. На экзамене могут простить, если ты упустил какой-то технический жест. Но если ты оставил на две секунды человека голым лежать на кровати, значит, ты этот экзамен не сдал. Когда ты раздеваешь больного по необходимости, занимаясь низом, ты прикрываешь верх, занимаясь верхом – низ. У нас в блоке в какой-то момент пациенты голые, потому что их нужно оперировать, но как только этот момент кончается, сразу же рефлекс накрыть человека, согреть.

Во всем мире родственников в палаты пускать можно, и только у нас почему-то говорят про септику и асептику. Все врачи и все медсестры знают: самая злая инфекция – внутрибольничная, потому что там все адаптировалось к антибиотикам. А внутрибольничная инфекция относится не к родственникам, а к персоналу. Если бы посетители действительно усугубляли состояние больного, тогда в США, во Франции тоже об этом знали бы. Они ведь не идиоты, которые будут своим больным вредить. Или у них другие больные, другие родственники?

В этом году в Госдуму внесен законопроект, предлагающий на законодательном уровне разрешить членам семьи посещать больного в реанимации и отделениях интенсивной терапии. И если рекомендации, изложенные в письме Минздрава, игнорировать можно, то за нарушение закона руководству больниц придется нести ответственность...

В российской медицине осталось много пережитков советского дефицитного прошлого: люди радуются тому, что есть, и не пытаются ничего менять...

Памятка родственнику

Документы, на основании которых родственники имеют право находиться в реанимации с близкими, в том числе детьми:

– информационно-методическое письмо Министерства здравоохранения РФ от 30 мая 2016 г. № 15-1/10/1-2853 "О правилах посещения родственниками пациентов в отделениях реанимации и интенсивной терапии (реанимации)" (лучше иметь при себе в распечатанном виде);

– п. 3 статьи 51 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323 "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Правила пребывания родственников в отделениях реанимации:

1. Не заходите в отделение, если у вас имеются признаки заразных заболеваний(насморк, кашель, боль в горле, недомогание, повышение температуры, сыпь, кишечные расстройства). Сообщите медицинскому персоналу о наличии у вас каких-либо заболеваний для решения вопроса о том, не представляют ли они угрозу для вашего родственника и других пациентов отделения.

2. Перед посещением ОРИТ надо снять верхнюю одежду, надеть бахилы, халат, маску, шапочку, тщательно вымыть руки.

3. В ОРИТ не допускаются посетители, находящиеся в алкогольном (наркотическом) опьянении.

4. В палате ОРИТ могут находиться одновременно не более 2 родственников, дети до 14 лет к посещению в ОРИТ не допускаются.

5. В отделении следует соблюдать тишину, не брать с собой мобильных и электронных устройств (или выключить их), не прикасаться к приборам и медицинскому оборудованию, общаться с вашим родственником тихо, не нарушать охранительный режим отделения, не подходить и не разговаривать с другими пациентами ОРИТ, неукоснительно выполнять указания медицинского персонала, не затруднять оказание медицинской помощи другим больным.

6. Вам следует покинуть ОРИТ в случае необходимости проведения в палате инвазивных манипуляций. Вас об этом попросят медицинские работники.

7. Посетители, не являющиеся прямыми родственниками пациента, допускаются в ОРИТ только в сопровождении близкого родственника (отца, матери, жены, мужа, взрослых детей).

Что делать, если вас не пускают в реанимацию

1. От лечащего врача/заведующего отделением/главного врача требовать предоставить обоснованный письменный отказ с указанием нормативного документа, на основании которого они не пускают к родственнику/ребенку.

2. Звонить на горячую линию Минздрава РФ 8 800 200 03 89.

3. Подать обращение через сайт Росздравнадзора или на горячую линию Росздравнадзора 8 800 500 18 15".

Впрочем, ситуация всегда разная в зависимости от конкретной больницы.

"Не знаю, что за ужасы творятся в этой московской больнице, но за всю мою жизнь я не видел, чтоб люди лежали голые в коридоре, - пишет dmitrykron. - Даже при бардаке 90-х такого не было. Также не припомню, чтоб "тыкали" пожилым пациентам. Хотя у меня и мама, и тёща, и бабушка не раз лежали и в обычном отделении, и в реанимации".

ушь какая-то, - пишет sigma_s. - Муж лежал в 36 больнице Москвы, в реанимации. Пускали прекрасно. Все больные лежат в памперсах. Не надо никому вставать в туалет в голом виде. Пусть ерунду не пишет эта медсестра из Парижа. Никому не хамят, всех называют на "вы".

"Это какая-то прям фантастическая больничка, - возражает atrox777. - Была в реанимашке дважды. Очень сердили три вещи:- расхлебененные окна и сквозняки (холод, да!);- необходимость топать в туалет босиком, в одной руке держа капельницу, другой сжимая кое-как обёрнутую вокруг туловища простынку;- пофигизм и равнодушие инспектирующих по утрам заведующих (не дежурных врачей, не медсестёр)".

"Я лежала в реанимации 4 раза и каждый раз это было по - разному, - пишет lyll2001. - После первого кесарева в теплой палате , специально для рожениц, под двумя одеялами, с постоянным присутствием медсестры. Ребенок рядом, в двери видно пост детских медсестер, которых можно позвать. Палата двухместная, Сначала хирургическая рубашка, и спец кровать, через сутки бокс в сопровождении. В боксе душ и туалет. Скажете заграница? Ничего подобного! Курганский роддом! И ни копейки сверху. Просто заведующий знающий нужды пациентов.

Вторая реанимация - госпиталь для ветеранов, после операции на глазах. Был плюс - я не видела кто и что вокруг, но помогли переодеться в чистую сорочку, утку подавали лежа, и "уезжая" оттуда на каталке я искренне всех благодарила. Третий раз снова там же, да еще и беременная. Тут уж я себя почувствовала золотой, так меня опекали.

Вот 4 раз был сложнее. Холодно. Очень холодно. Постовая медсестра ходила завернувшись в одеяло поверх теплого хала и обычной одежды. Она тоже мерзла, но ей хоть чай горячий можно было. Лежали голые, под простынками, стучали зубами. После просьбы укрыли вытертым одеяльцем, и даже второго не нашлось. Детей принесли на кормление и все, но я и радовалась, в такую холодину и не надо. В общем надо ли удивляться, что я простыла? Все понимаю, одежда может помешать, ну тогда закупите новые толстые одеяла, и заведите ширмы или занавески, потому что идти голой по коридору в туалет зажимая прокладку между ног , при том что врачи - мужчины"...

"К сожалению, это не фантазии, - пишет Лена Джения. - Есть небольшая неточность в названии отделения. С "мерцалкой" кладут в кардиореанимацию. Я работала именно в этом отделении, этой больницы. Всё так. При поступлении всех раздевали. Людей в сознании оставляли в трусах. Нет сознания- нет и трусов, сразу мочевой катетер. Более стабильных людей оставляли в ночнушках, ну, и через 2-3 дня, ночнушки появлялись у всех, как правило. Но точно никаких халатов и брюк ни у кого не было. Все пациенты на строгом постельном режиме".

Туалет: судно, стоящее на стуле рядом с кроватью. Стены в коридор прозрачные. Женская палата напротив мужской. Куча народа: по 2 дежурных врача и сестры, заведующая, старшая сестра, сестра хозяйка, манипуляционная сестра- эти в будни до 4-6 часов, плюс заходящие: работники кафедры, студенты медучилища и института, врачи-консультанты".

"В этом году в реанимации в США лежала вся моя семья, - пишет texrej. - Старший сын с пневмонией в одном госпитале и жена после родов в другом. При первом посещении мне выдали брелки на руку с информацией о моих родственниках. И больше ни разу нигде не останавливали. В обычной одежде я проходил до койки в любое время дня и ночи. Рядом с кроватью родного всегда были диванчики с постелью для меня. Я мог звонить на рецепшн и просить еду для себя. Неограниченно соков и бутербродов в холодильниках в холле. Я не знаю, как это работает. Лечение сына было бесплатным. За роды и 3 дня после я заплатил 275 баксов... Счет в 28500 долларов ушел в страховую."

"Есть принципиальная разница между медициной на Западе и у нас, - пишет osa_mayor. - На Западе всем начхать на осложнения, которые могут возникнуть при отсутствии асептики и антисептики.Задавят антибиотиками. Поэтому пускаю туда кого угодно и куда угодно. У нас прямо противоположный подход, избежать осложнений любой ценой. Представите себе, организм до предела ослаблен. когда больной в реанимации, а тут припрется родственник с вялотекущим гриппом".

В любом случае проблема посещения родственниками больных в реанимациях не только медицинская и даже не социальная. Иногда это, увы, последнее свидание в жизни сумирающим больным. Последний разговор. Прощание. Которое могло бы состояться, если бы не споры о больничных инфекциях.

"Всю жизнь буду каяться, что быстро опустила руки, что не добивалась, и моя мамочка ушла, думая, что я ее бросила. В кардиологической "реанимации" в Люберцах. Да, лежала она в рубашке, и уход был, но она ушла, потому что решила - раз меня нет, значит, она мне больше не нужна", - пишет golos_iz_tumana.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter