Рус
Eng
Возвращение без фанфар. Как на станции метро "Киевская" вновь появилось имя Сталина

Возвращение без фанфар. Как на станции метро "Киевская" вновь появилось имя Сталина

4 февраля 2018, 18:15ОбществоЛюдмила Бутузова
Сталин на фресках фигурирует дважды - фамилией на учебнике в руках студентки и инициалами на кабине тепловоза. На привычных – дореставрационных – фресках вождя не было, всякое упоминание о нём замазали в 1956-ом, после официального развенчания культа личности. "НИ" выяснили, чьих рук это дело и кому оно было нужно.

Найти исполнителей оказалось совсем несложно.

- Мы же не отсебятину пороли, - говорит корреспонденту "НИ" художник Владимир Иванов. – Работы писались ещё при жизни Сталина, надписи, соответственно, были, как и изображение двух вождей на знамени – Ленин-Сталин. Всё это хорошо видно на фотографиях 53-го года. Потом, когда политика изменилась, всё затёрли – и надписи, и низверженного вождя. Причём, чтобы место на знамени не пустовало, портрет Ленина непропорционально увеличили. Перед нами стояла дилемма: оставить всё как есть или же максимально приблизиться к первоначальному варианту, что грозило грандиозным скандалом – таким же, как на Курской, когда историческая правда не совпала с текущим политическим моментом.

Несколько раз собиралась большая комиссия – департамент культурного наследия, Архнадзор, мэрия, руководство метрополитена. Да кого там только не было! В конце концов приняли решение – на книжке и на тепловозе фамилию Сталина оставить, а лик на знамя не возвращать. Так что не шейте художникам политику! - восклицает художник Иванов.

Понятно, что аполитичный художник по приказу начальства нарисует что угодно - хоть чёрта лысого. Вопрос исторической правды и справедливости решается в высших сферах. И не всегда логично. Ведь, вернув имя тирана, следует подумать и о других закономерных шагах. В свое время памятники Сталину стояли в каждой деревне, школе, больнице... Почему бы, следуя логике "реставраторов", не вернуть их на место? Тысячи и тысячи каменных, стальных, бронзовых, гипсовых сталиных в виде бюстов, барельефов, в полный рост, анфас и профиль, сидячих и стоячих на гранитных монументах!

Такая чушь, конечно, московским властям в голову не приходит. Но вот подмигнуть идеологически близким товарищам - это можно. Вроде как и душегубам угодили, и жертвы сталинизма не сильно обидятся. Типа не нашим, ни вашим, и все хорошие.

Впрочем, сегодня подыгрывать сталинистам не только - весьма выгодное занятие.

Как узнали "НИ" из системы СПАРК, компания "Китеж" получила за "высокоидейную" реставрацию станции метро «Киевская» более 170 миллионов рублей.

При этом на сайте госзакупок были указаны документы с упоминанием компании-победителя. Так часто бывает, когда конкурс «затачивается» под одного исполнителя. Однако ФАС , видимо, не получал жалоб на данную процедуру.

А это - Приложение к ТЗ, размещенное на сайте госзакупок:

Возможно, что победа на тендере была гарантирована связями владельца "Китежа" со столичной элитой и РПЦ. На сайте указано, что она готова даже помочь с получением государственного финансирования для реставрации объектов РПЦ.

В социальных сетях дискуссия о возникшем вдруг имени Сталина в метро перетекла в ещё одну важную проблему. Это - реставрация интерьеров в метро. По мнению специалистов, сегодня шедевры подземного зодчества подвергаются настоящему насилию - красятся бронзовые скульптуры, кардинально меняются цвет облицовки, витражи и светильники…

«Стрижка под ноль» архитектурного, градостроительного и технологического наследия ХХ века превращает Московское метро в заурядный и нереспектабельный вид транспорта – в subway, underground, в «подземку».-

- Я даже слова такого – «подземка» - не хочу произносить, - говорит Наталья Душкина, историк архитектуры, профессор МАРХИ, внучка известного советского архитектора Алексея Душкина, создавшего станции "Кропоткинская", "Автозаводская", "Маяковская", "Новослободская", «Площадь Революции». - Московский метрополитен был построен как яркий антипод "утилитарному" Западу. По существу, к середине 1950-х годов весь город был продублирован под землей в едином и стилистически цельном ансамбле. Появился второй, разветвленный городской организм, своего рода «параллельная метрополия», дочерняя по отношению к столице, наделенная целым регистром ее визуальных знаков, образных и пространственных функций. Это место, где протекает городская жизнь, где назначаются свидания, где человек чувствует себя достойно. Нельзя сбрасывать со счетов и то, что грандиозная стройка, развернувшаяся под землей, во многом спасла старую столицу от еще более крупных разрушений на дневной поверхности.

Однако сейчас под видом «реставрации» подземных памятников, последние годы у всех на глазах случилось много такого, что сделало станции неузнаваемыми, а людей приучило вставать в стойку при любом «покушении на родную старину». Увы, метро стареет и проблемы реставрации остро обозначились еще лет двадцать пять тому назад.

С начала 1980-х правительство Москвы и архитекторы института "Метрогипротранс" ставили этот вопрос перед управлением метрополитена и предлагали составить план их проведения. Речь шла не о периодическом ремонте, проводимом метрополитеном, а именно о реставрации архитектурно-художественных утрат, возникающих в ряде сооружений и требующих больших финансовых вложений, планомерно, адресно и регулярно направляемых на реставрируемый объект. В 1984-м по заданию метрополитена институт "Метрогипротранс" выполнил предпроектные работы по реставрации станций "Красные ворота", "Маяковская", "Киевская" Филевской линии. По результатам обследований были представлены метрополитену сведения о разрушениях и утратах на каждом объекте и приблизительная стоимость их ликвидации. Дальше об этих проблемах забыли.

В 1997-м опять-таки по заданию метрополитена институт выполнил проект реставрации "Маяковской". Причем было сказано, что проводить ее в таких условиях, в каких находилась тогда станция, преступно. Сначала надо обследовать состояние грунтов, устранить поступление воды в зону пересечения центрального свода с боковыми, затем раздеть ее, обнажив конструкции, высушить, провести антикоррозийную обработку и только потом заняться непосредственно реставрацией облицовки. В итоге, на «Маяковской» были проведены работы по реконструкции и реставрации по другому проекту, но тоже разработанному институтом "Метрогипротранс". Тогда удалось, хоть и не полностью, купировать течи, но произошли множественные утраты подлинных облицовочных материалов. Создавалась видимость, что памятники спасаются от разрушения.

На самом деле то, что происходило, наносило им прямой ущерб. Воспоминания архитекторов о неожиданной реставрации станции "Новослободская" и до сих пор вызывает дрожь. Она была введена в эксплуатацию в 1952 году и находилась во вполне благополучном состоянии. В реставрации нуждались лишь витражи, в которых начала сыпаться свинцовая пайка между стеклами, а некоторые были разбиты. В свое время их изготавливали рижские мастера по эскизам художника Павла Корина. Необходимость вмешаться в судьбу витражей действительно была, они - самый яркий элемент облика станции. Кто мог подумать, что все сделают так по-варварски. Метрополитен заказал работу "Спецпроектреставрации". И произошло то, чего всегда так боятся авторы уникальных сооружений. Спецы прошпаклевали какой-то моментально твердеющей шпаклевкой все арочные обрамления, покрасили их в цвет золота, уничтожив тем самым первоначальный замысел. Эти обрамления были выполнены из алюминиевого литья, анодированного в цвет золотистой бронзы. И далее все остальные аналогичные по материалу детали на станции, вентиляционные решетки, литье на декоративных кабельных шкафах путевых стен - были зашпаклеваны и окрашены в золотой цвет. Станция потеряла свою монументальность, превратилась в дешевую игрушку.

А что же витражи? Они были демонтированы, в них произошла частичная замена подлинного стекла. Восстановить герметично закрывающиеся витражные окна не удалось, и пространство за стеклом стало стремительно накапливать пыль, оседавшую темными пятнами на прекрасных цветных орнаментах. Была нарушена и система освещения, ставшего более ярким. За станцию вступились многие архитекторы. По словам Душкиной, тяга реставраторов к блеску, яркости разрушила ту гармонию, что была создана на станции одним из основоположников отечественной подземной урбанистики. "Новослободская" - последняя работа Душкина в метро. И именно этому памятнику в канун столетия со дня рождения архитектора в 2004 году был нанесён такой вред! Родственников даже не поставили в известность о том, какая здесь была задумана работа.

Бюстам, барельефам, горельефам -на станциях метро особенно не везет: с ними расправляются прямо-таки безжалостно. Вместо того чтобы время от времени приводить скульптурные композиции в порядок, их красят масляной краской. Двойной или тройной слой такой краски обнаружен на бюсте Маяковского скульптора Александра Кибальникова на одноименной станции. Многие барельефы Веры Мухиной, бюсты В. Ленина, Н. Баумана уже покрыты белой эмалью. Полюбоваться на результат такой же "реставрации" бронзовых скульптур Матвея Манизера можно, например, и на станции "Измайловский парк", где в момент ее переименования в «Партизанскую» "высветили" скульптуры Зои Космодемьянской и Матвея Кузьмина, покрыв бронзу отвратительной серой краской.

Не только специалисты, пассажиры вздрагивают: большего уродства для памятника придумать трудно. Самая известная покраска последних лет –ленты барельефов на «Новокузнецкой», ставшие розовыми. Хотя как раз заботой о пассажирах и созданием комфортных условий для них метрополитен, как правило, и объясняет своё вторжение в архитектуру подземных сооружений. Далее, по наблюдениям защитников метро, происходит вот что. От трехчастной композиции метропамятника – наземного вестибюля, наклонного хода и самой станции, исторически проектируемых как единый ансамбль – «живой» в большей степени остается только сама станция.

Полностью уходят эскалаторы, в которых радикально меняется не только техническое оборудование (что понятно), но и сами балюстрады, превращающиеся в безликие металлические короба.Бесследно исчезают оригинальные светильники на эскалаторах – связующие звенья между вестибюлем и самой станцией (из самых громких потерь – утрата целостности темы триумфального факельного шествия на послевоенной станции «Октябрьская»-кольцевая, из которого «вырвали» срединное звено в наклоне). Во время реставрации на «Бауманской», обещавшей москвичам явить станцию 1944 года «в первозданном виде», произошел демонтаж «самых старых тоннельных эскалаторов в мире», а на смену дубовым перилам пришли металл и пластик. А ведь речь идёт о выдающемся памятнике технологического наследия, неотъемлемой составной части станции, созданной (несмотря на все тяготы) в военное время.

Делаются ли попытки сохранить и музеефицировать хотя бы его важнейшие технические и декоративные элементы? Не слышно о таких фактах, разве что какой-нибудь любитель советского декора свезет его к себе на дачу. Входные вестибюли также перелицовываются. Историческая, авторского дизайна столярка, кассовые стойки заменяются хай-теком или дешевой имитацией, не церемонятся с покрытием стен, с которых внезапно исчезает историческое покрытие, уникальные сорта мрамора или керамическая плитка 30-х -50-х годов. Вот так, через детали, уходит целое, резко снижается подлинность и ценность сооружения – важнейших составляющих памятника.

- Что-то у нас неладное с защитой памятников не столь далекого прошлого, - высказался почетный президент Союза архитекторов России Юрий Гнедовский. - Нет числа нарушениям, в результате которых исчезают качество и высокий уровень художественности. Должна быть усилена защита памятников истории, культуры, архитектуры. Сегодня это совершенно упущенная сфера. Я не знаю, как именно должна быть юридически прописана ответственность, но она должна быть непременно, чтобы нельзя было самоуправствовать.

Вы удивитесь, но московское метро при всей его всемирной славе законодательно не является общенациональным достоянием и, соответственно, не наделено «федеральным» статусом. Охранный статус – «региональный», да и тот до недавнего времени был всего лишь у 12 станций. ( «Красные ворота», «Чистые пруды», «Кропоткинская», «Маяковская», «Новокузнецкая», «Автозаводская», «Павелецкая», «Бауманская», «Электрозаводская», «Семеновская» ,) «Партизанская», (бывшая «Измайловский парк», «Университет». Буквально пару недель назад еще три станции - «Белорусская», «Киевская» и «Комсомольская» Кольцевой линии - дослужились до звания региональных памятников и были включены в единый государственный реестр объектов культурного наследия. Ожидается, что до конца этого года все станции Кольца получат этот статус.

Вы опять не поверите, но очередность включения станций Кольцевой линии в реестр объектов культурного наследия выбирали сами москвичи с помощью проекта «Активный гражданин» летом прошлого года. В голосовании приняли участие более 266 тысяч человек. Об этом рассказал СМИ руководитель Департамента культурного наследия города Москвы Алексей Емельянов: «Многие станции Московского метрополитена уже внесены в реестр, однако до недавнего времени станции Кольцевой линии в этот список не входили. Каждая представляет собой уникальный памятник архитектуры, и постановка их под охрану государства — вопрос времени. Поскольку сделать это одновременно со всеми станциями линии в краткий срок невозможно, москвичам было предложено самим выбрать, какие из них попадут в реестр первыми».

Разумного объяснения, почему вопрос постановки уникальных памятников архитектуры на госохрану должен решаться всем колхозом да еще на сомнительном городском портале, а не специалистами в сфере охраны культурного наследия, не последовало. Сами собой возникают подозрения, что игра в демократию на этом поле нужна лишь для того, чтобы создать видимость хоть какой-то государственной заботы о метропамятниках, фактически отданных на откуп руководству метрополитена. Непонятно даже, что именно собирается охранять Москва, дозированно включая в региональный реестр те или иные подземные сооружения.

- Большинство из них поставлены на госохрану исключительно как памятники истории, связанные с событиями Великой Отечественной войны, - рассказывает Наталья Душкина. –Другие сооружения высокого класса (их сейчас 30), созданные крупными архитекторами прошлого века, с 2007 года являются лишь «выявленными» объектами культурного наследия. А это означает, что станции находятся в подвешенном состоянии: до сих пор не решено, брать их в «настоящие» памятники или нет (хотя они и подлежат охране). А ведь закон предписывает оформить окончательный статус в годичный срок. Но так оказывается проще по всем направлениям – видеть в станциях метро исключительно транспортные объекты, через которые проходят миллионные толпы. Не брать на себя ответственность во всей полноте, иметь развязанные руки при осуществлении проектов реконструкции-реставрации, не обращать внимания на исторические утраты, объясняя это необходимостью «поправить бедственное положение» старого метро.

Ради справедливости: активный процесс модернизации исторических станций начался не сейчас, а еще в начале 2000-х, при Лужкове, но перевод его в законодательное и цивилизованное русло идет слишком медленно, а зачастую кулуарно и формально. У общества вызывает сомнения, что московские власти всерьез перестраивают свое отношение к охране подземных памятников, а созданные ими комиссии охранителей профессиональны и не ангажированы.

Отголоски этих «сомнений» сегодня бушуют в интернете. Под прицелом оказалась станция «Киевская», отреставрированная два года назад силами творческих мастерских ООО «Китеж». Время прошло, станция обновилась, награды, в том числе почетный диплом от мэра Москвы, - получены. Что не так? Небольшой экскурс в 50-е. Станция Киевская Арбатско-Покровской линии - одна из наиболее богато украшенных не только в Московском метро, но даже среди станций, построенных в стиле сталинского ампира. Её украшают 25 фресок на тему жизни в Советской Украине. Над оформлением станции работал творческий коллектив известных советских художников: Г. И. Опрышко, В. А. Коновалов, В. Н. Аракелов, П. М. Михайлов, Л. А. Карнаухов, Т. В. Коновалова, А. К. Ширяева, К. П. Аксёнов, И. В. Радоман. Картины здесь ярче, чем на «Киевской»-кольцевой, благодаря использованию художниками приёма, характерного для русской иконописи: небо изображается золотым, а не голубым цветом, что придает картинам необычный объём, глубину и внутреннее свечение.

2 октября 2010 года от воздействия грунтовых вод за одну ночь почти полностью обрушилась фреска в западном торце станции, целыми остались всего несколько небольших фрагментов. После укрепления стены и устройства гидроизоляции художники-реставраторы смогли приступили к воссозданию фрески. Из-за ограниченного пространства на станции, где для работы был отгорожен только узкий участок, фреску пришлось писать два раза: сначала на картоне - полную копию в натуральную величину, затем – по фрагментам - на стене станции. Как уверяет художник-реставратор проекта Владимир Иванов, вся композиция была воссоздана по архивным фотоматериалам, по ним восстанавливались и утраченные детали, и колорит фресок.

Панно на Киевской после обрушения в 2010 году

Один любознательный москвич (имя его после многочисленных перепостов в соцсетях затерялось), как он пишет, «заметил, что фрески на станции подновлены и поярчали, и вдруг обнаружил в углу одной из них, - про детский сад -, игрушку-петушка. Удивился, что раньше никогда его не замечал. А дома залез в Сеть и нашёл снимок этой самой фрески в 2011 году. И понял, что не замечал петушка раньше вполне закономерно... Фрески в зале на "Киевской"-синей реставрируют вроде как по первоначальным эскизам. Но при этом результат во многих мелких деталях отличается от фресок, которые можно было там увидать раньше. Не знаю, как остальные (надо бы посмотреть), но фреска "В детском саду" изменилась весьма заметно. Можно легко и со вкусом поиграть в старую детскую игру "найдите 20 отличий".

В соцсетях поиграли азартно и со вкусом, сравнивая нынешний результат то с репродукциями 1953 года, то с 2011, а то и просто с теми, какие под руку попались. И надо сказать, много чего нашли. Пользователь ФБ Мишуровский Константин, рассмотревший альбом "Московский метрополитен" 1953 года, до сих пор изводит реставраторов вопросами: «Были ли крупные контрастные полоски на юбке у девушки справа, собирающей яблоки? Какого цвета теперь когда-то белый костюм у мужчины, который указывает ручкой на большой проектный лист в центре композиции? Какой орнамент на круглом блюде за спиной у двух девушек, одна из которых расписывает вазу, а вторая держит рушник? Какого цвета комбайн позади жнецов?.. Как располагались блики от раскаленной стали на рабочей одежде у обоих сталеваров? Уверен, что сопоставление с авторскими репродукциями в более крупном разрешении дало бы еще более удивительные открытия».

Анонимные искусствоведы – большой вопрос, кто из них профессиональный, а кто доморощенный - указывают и на другие множественные дополнения: от новых персонажей на фресках (например, фигура деда на главном панно или четвёртый ребёнок, проклюнувшийся в «Детском саду») до кустистого хлопка, который на прежних фото колосился не так. Всё это объяснимо: деда «замазали» во время реставрации 80-х годов – его лицо сильно пострадало после очередной протечки в метро, тогдашние мастера, видимо, решили не возиться с восстановлением, и просто оставили на фреске пятно - на многолюдном торжестве потерю одного лица посчитали незаметной. Та же история и мальчиком, объявившимся в «Детском саду», и с рыбками, которые неожиданно «всплыли» на восстановленной картинке, - их нашли.

Исключительно ради интереса, а вовсе не для того, чтобы брать на себя роль арбитров в споре, «Новые известия» попросили известного архитектора Алексея Кротова высказать свое мнение о реставрации Киевской. Вот его оценки: «Задачу понял. Съездил на Киевскую. Посмотрел живопись. Все сделано достаточно профессионально. Видна некоторая поспешность в работе. Крупное панно в конце зала, изображающее гуляния на праздновании 300-летия воссоединения Украины с Россией, всегда было проблемным из-за высокой влажности и грунтовых вод. Живопись 1953 г. по технике напоминала альфреско, сдержанная по колориту. Уже в 1960 г. потребовалась её реставрация. А в 2010 г она и вовсе развалилась. В существующих условиях настенная живопись в классической технике не жизнеспособна. Эти обстоятельства и послужили причиной выбора специальных красок. Да, не академично, отличается от первоначального колорита. Живопись более яркая. Но работали профессионалы.»

Правда, о качестве работ компании "Китеж" есть неоднозначные сведения. "Китеж" в данный момент судится с храмом «Происхождения Честных древ Животворящего Креста Господня в Кускове» - из-за «недостатков».

Как сказано в решении Арбитражного Суда от 22 июня 2017 года, «ответчик в своём отзыве пояснил, Истец указывает, что «в период гарантийного срока, Истцом были выявлены недостатки, выраженные в появление зелёного налёта на камне, которым облицован цоколь храма, а также пятна на камне, уложенном на ступенях трёх крылец»».

В настоящее время, по информации системы СПАРК, решение проходит кассацию. Кстати, согласно договору, гарантийный срок на реставрацию «Киевской», составляет всего два года. А дальше - опять чинить?

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter