Рус
Eng
Закон о финансовом крахе потерпел крах

Закон о финансовом крахе потерпел крах

3 октября 2016, 22:48
Общество
Дмитрий ДОКУЧАЕВ
Закону о банкротстве физических лиц исполнился ровно год. До того, как он вступил в действие 1 октября 2015 года, практически 15 лет продолжалась история с его разработкой и принятием. Результат получился плачевным.

Законом о банкростве физических лиц занимались несколько составов правительств и несколько созывов Государственной Думы практически весь 21 век. На закон этот возлагались большие надежды. Он должен был позволить как-то разрешить проблемы с колоссальным долговым бременем граждан страны.

Изначальный замысел авторов законопроекта был такой, чтобы законопослушные заемщики, оказавшиеся в сложной жизненной ситуации (скажем, лишившись работы) не оставались лицом к лицу с могущественными кредиторами, способными выбивать долги всеми правдами и неправдами.  Как именно – свидетельствуют многочисленные скандальные истории последнего времени с похищением детей и бросанием гранат в квартиры должников со стороны коллекторов – беспредельщиков.

Закон же, по идее, дает возможность людям реструктурировать свои долги, договариваться об отсрочках платежей и реализовывать свое имущество для уплаты долга в рамках прозрачных юридических процедур и под защитой государства.

Но гладко было на бумаге! В реальной жизни все эти благие начинания потерпели полный крах. Об этом наглядно свидетельствует официальная статистика применения данного закона, которую привел финансовый омбудсмен Павел Медведев. За год от физических лиц было подано всего лишь 33 тыс. заявлений на банкротство, из них суды приняли к рассмотрению менее половины, а до конца довели менее 500. И это при том, что людей, у которых безнадежные долги (с просрочкой более трех месяцев), в России насчитывается около 7,5 миллионов. В общем, такую «результативность» закона даже каплей в море не назовешь.

Причина в том, что закон, обросший за 15 лет написания различными смыслами и формулировками, в конце концов оказался очень запутанным и дорогим. Его применение обходится гражданину по меньшей мере в 100 тыс. рублей: столько стоят, по цоенке Павла Медведева, затраты на финансового управляющего, объявление о банкротстве, на адвоката и судебные издержки. Возникает вопрос – откуда взять такие деньги человеку, если он не мошенник, а настоящий банкрот, оставшийся без средств к существованию?

Впрочем, если бы суды приняли заявления о банкротстве от всех граждан, которые в этом нуждаются, судопроизводство бы тут же захлебнулось: 7,5 млн. дел рассмотреть в разумные сроки невозможно. Следовательно, чтобы механизм личных банкротств заработал, нужно немедленно переписать закон о банкротстве так, чтобы разделить должников по размеру их обязательств.

Очевидно, что обращение граждан с относительно небольшими долгами – скажем, от 500 тыс. до 2 млн. рублей – не требует дорогостоящей юридической поддержки. Для таких долгов заемщик может сам быть своим финансовым управляющим (как, собственно, и предполагали первые варианты закона). А самый массовый мелкий заемщик с долгом менее 500 тыс. рублей и вовсе не должен обращаться в суд. Его, к примеру, можно пропускать через аппарат финансового омбудсмена, который для физлиц работает бесплатно.

Пока же ситуация с долгами физических лиц – тупиковая. Многие граждане, чтобы расплатиться с банками, либо влезают в новые долговые обязательства перед кредитными организациями, либо одалживаются у своих знакомых и родственников, по сути, затягивая долговую петлю на собственной шее.

Чем это может закончиться, наглядно продемонстрировала недавняя резонансная трагедия с хоккеистом Петром Девяткиным, который покончил жизнь самоубийством из-за того, что не нашел никаких способов для того, чтобы справиться со своими долгами. И никакой закон о банкротстве ему не помог!

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter