Рус
Eng
Взгляд в неведомое. О чем говорят учителя после трагедии в Керчи

Взгляд в неведомое. О чем говорят учителя после трагедии в Керчи

23 октября 2018, 20:47ПолитикаЮлия СунцоваPhoto: politeka.net
Бойня в Керчи поставила перед российским обществом непростой вопрос – можно ли предотвратить подобные трагедии в будущем? Отсутствие однозначных ответов вызывает тяжёлые эмоции. «НИ» пообщались с учителями ОБЖ, преподавателями Академии МЧС и военными и узнали, как они обсуждают с учениками керченские события.

Министерство просвещения России в лице замминистра Андрея Николаева объявило о принятии дополнительных мер безопасности во всех школах, техникумах, колледжах после чрезвычайного происшествия в Керчи. Но помогут ли любые меры, если нам до сих пор не ясны причины произошедшего?

Многие исследующие трагедию говорят о предпосылках, таящихся в глубинных слоях самого общества – они сложно поддаются выявлению, но, тем не менее, неизбежно ведут к роковым событиям.

Эксперты отмечают, что бойню устроил не радикальный религиозный фанатик и не психически больной подросток, а обычный молодой парень, под описание которого подходит каждый второй, и эти аспекты преступления предстоит осмыслить.

Преподавательское сообщество и ученые сейчас по-разному смотрят на событие в Керчи. Ведутся дискуссии о способах предупреждения таких трагедий, о виновниках, о тактике поведения под дулом оружия массового убийцы-смертника. Одни говорят, что предупредить такие несчастья невозможно, так как такие случаи всегда выходят за рамки каких бы то ни было обычных моделей поведения. Другие говорят, что превентивные меры вполне применимы и что массового убийцу можно распознать заранее. Одни считают, что виновата школа, другие – что только родители. Одни говорят, что есть общие рекомендации по поведению в ЧС с участием массового убийцы. Другие утверждают, что выдача рекомендаций – для ЧС подобного рода преступна, так как жертва должна действовать исключительно по ситуации, а следование строгим алгоритмам как раз быстрее приведет к смерти...

Мнения спорящих разнятся кардинально, и стало отчетливо понятно, что основательно темой никто не занимался и не владеет. Тем временем культ и идеи всепоглощающего «Колумбайна» продолжают по каким-то неисследованным причинам находить отклик в среде подростков по всему миру и в нашей стране.

Только за последние четыре года известно о восьми громких нападениях учеников на своих сокурсников и преподавателей с целью убийства. В последние годы случаи участились. Они фиксируются как в провинции, так и в столичных учебных заведениях.

19 января 2018 года в поселке Сосновый бор в Бурятии вооруженный топором девятиклассник ворвался в полную аудиторию родной школы и бросил бутылку с зажигательной смесью. Когда школьники с учительницей попытались выбежать из кабинета, он их сильно ранил.

15 января 2018 года в Перми в школе двое вооруженных ножами учеников устроили драку, 15 человек в тяжёлом состоянии отправились в больницу. Сами зачинщики тоже получили увечья.

1 ноября 2017 года в московском колледже 18-летний студент убил своего преподавателя ОБЖ, сам молодой человек тоже погиб.

5 сентября 2017 года 15-летний подросток в Ивантеевке Московской области открыл стрельбу в классе. Он напал на учительницу информатики, затем взорвал в аудитории имевшиеся у него самодельные петарды и выстрелил из оружия. Трое школьников получили ушибы и переломы, педагог госпитализирована с открытой черепно-мозговой травмой.

18 марта 2016 года в Находке в Приморском крае 19-летний молодой человек убил свою подругу. Юноша пришёл в учебное заведение, чтобы выяснить отношения с 15-летней школьницей, ворвался в кабинет директора, где она находилась, и нанёс ей удары ножом. Школьница погибла, позже нашли и тело самого нападавшего.

14 апреля 2015 года в Санкт-Петербурге 13-летний подросток поссорился со своим одноклассником. На педагогов, которые пытались успокоить его и поговорить с его родителями, он напал с ножом. Одна из учительниц получила удар ножом в ногу.

3 февраля 2014 года ученик 10 класса школы в районе Отрадное (Москва) расстрелял своего учителя из отцовской малокалиберной винтовки, которую выкрал из домашнего сейфа. Он угрожал оружием охраннику и открыл стрельбу по прибывшим сотрудникам правоохранительных органов.

21 сентября 2010 года десятиклассник из поселка Лоскутова на окраине Томска угрожал своим одноклассникам автоматом. Нападение юноша готовил заранее. Он добыл муляж автомата и черную шапку, происходящее попросил своих знакомых снять на видеокамеру. Сначала молодой человек ворвался к пятиклассникам, после – в седьмые и девятые классы.

- С детьми нужно обязательно обсуждать такие случаи, нельзя ни о чём молчать. Дети в гораздо большей степени, чем взрослые, нуждаются в серьёзном разговоре без дураков на все темы. Не нужно щадить их в этом смысле и тем более врать. Надо всё обнажать, обо всем говорить, надо уметь это делать в очень серьёзном контексте – культурологическом, философском, считает заслуженный учитель РФ, доктор педагогических наук, член корреспондент РАО, директор школы №109 города Москвы Евгений Ямбург. - Истерика по этому поводу идёт со всех сторон. И со стороны фундаменталистов, и со стороны либералов - и те, и другие руководствуются мифами. Фундаменталисты ссылаются на золотое прошлое, либералы считают, что всё спасёт прогресс. И то, и другое – крайности, и то, и другое – от лукавого и не спасёт. Детям нужен честный разговор со взрослыми.

Руководитель Учебного Центра по предотвращению социальных и природных чрезвычайных ситуаций (г. Екатеринбург) Геннадий Чеурин считает, что говорить о таких экстренных ситуациях, как в Керчи, когда они уже происходят – поздно, нужно направлять все силы не на ликвидацию последствий, а на предотвращение трагедий.

- Мой преподавательский стаж более 30 лет. Со своими учениками я принципиально не обсуждаю и не разбираю такие ситуации, потому что подобные разговоры только усугубляют положение. По моему мнению, все постобсуждения, тем более попытки создать «универсальный алгоритм» действий - это всё равно что формировать у молодых людей алгоритм поведения баранов на бойне, а я учу не бороться с такими проявлениями, а предотвращать их, - говорит преподаватель.

Прежде всего, к превентивным мерам Геннадий Чеурин относит заблаговременное «вычисление» потенциальных преступников и принятие мер по их обезвреживанию. Делается это посредством обычных бесед с человеком, узнавании его мнения, мыслей на тот или иной счёт. Спецслужбы в школах и вузах, к сожалению, этим практически не занимаются, поэтому у преподавателей, психологов, учеников нет иного пути, кроме как самим внимательно присматриваться к окружению, считает специалист.

Каковы же признаки потенциальном преступника? Их может быть много - совершенно независимых друг от друга и совершенно «мизерных», на первый взгляд. Но когда не менее семи-восьми таковых сходится в одном месте, в одном человеке, то и происходит катастрофа с его внутренним миром. В итоге получаем событие, подобное обсуждаемому.

Геннадий Чеурин высказывает такое мнение по этому вопросу:

- Однозначно положительное отношение ко всем без исключения «общечеловеческим ценностям» всего мира, принятие всех традиций без критических оценок - является одной из главных составляющих формирования психологии человека, которая приводит к таким трагедиям, как в Керчи, - говорит Чеурин. - Человек в безграмотных пропорциях смешивает в себе традиции полярных по ментальности народов, пытается вобрать в себя лучшее из традиций разных культур, но, увы, создаёт на уровне подсознания условие формирования в себе т.н. девиантного поведения.

Доцент кафедры пожарной безопасности объектов гражданской защиты Ивановской пожарно-спасательной академии МЧС России Владимир Попов считает, что предсказать подобные события – невозможно, это задача на грани фантастики.

Анализ предыдущих нападений свидетельствует, что зачастую у таких смертников нет даже никаких психиатрических диагнозов, в плане душевного здоровья они вполне полноценны. Если у родителей ещё есть какой-то призрачный шанс просчитать намерения детей, то шансы преподавателей сводятся у нулю, говорит Попов.

- Готовящий преступление не будет рассказывать своим будущим жертвам – преподавателям и одноклассникам: «Вот я завтра приду и всех вас убью». Не будет такого. Даже если у него мысли такие есть, он не будет их озвучивать. Естественно, сейчас такие разговоры, какие все любят: виновата школа, виноваты школьные психологи. Не виноваты. Конечно, бывают такие моменты, когда преподаватели относятся к обучаемым не по-человечески, издеваются над ними, оскорбляют. Это катастрофа для подростка с его неустоявшейся, особо подверженной влиянию психикой. Преподаватели, бывает, не до конца понимают, насколько сильно человек может чувствовать себя униженным. И напротив, в классах, где преподаватель ставит ученика в равное с собой положение, где общается на равных, таких ситуаций не возникает.

Тем не менее, учебные заведения сегодня в России не работают индивидуально, обучение идет в группе, а зафиксировать изменения в группе у подростка практически невозможно, если только оно не явное.

Преподаватели, с которыми удалось поговорить на эту тему «Новым Известиям», рассказали, что сейчас, конечно, с ребятами ведутся обсуждения событий в Керчи. Позиция у всех учеников, слава богу, одинаковая: резкое негативное отношение к стрелку, его осуждение. Среди учеников не обнаружились те, кто бы сознался в романтизации поступка Рослякова.

- Самое частное мнение, которое я слышал от детей: «Это ужас!»… и глубокое молчание. Это шоковое состояние. Дети задают мне вопросы: "Из-за чего?", "За что?" Происшествие не укладывается у них в головах, и я очень хорошо их понимаю, - говорит преподаватель-организатор ОБЖ Гимназии № 63 Санкт-Петербурга Александр Забоев.

Учитель отмечает, что в подобных ситуациях нет универсального и выверенного алгоритма поведения для жертв. Даже если бы такой алгоритм был придуман, под влиянием паники люди вряд ли бы стали его соблюдать.

- Даже для взрослых такие происшествия – стресс невероятный, для ребёнка – подавно. Человек интуитивно начинает делать всё, чтобы сохранить жизнь. Самая главная сложность таких ситуаций – паника и страх. Как показывает действительность, дети не способны применить знания на практике, потому что всё происходит неожиданно. Я думаю, нынешним школьникам не хватает знаний по профилактике предотвращения подобных инцидентов. В ребёнке необходимо воспитывать бдительность, то есть способность обращать внимание на любые изменения в окружении (оставленный рюкзак, например), в поведении людей (агрессивность или излишняя замкнутость, странные разговоры), и самое главное - не бояться сообщать об увиденном или услышанном взрослым. А взрослым, в свою очередь, необходимо всегда слышать и слушать ребёнка, - говорит Забоев.

Преподаватель говорит, что ему не хотелось бы судить действия коллег, но негативных последствий могло бы быть меньше.

- Охрана, которая пропустила учащегося с объёмными сумками в здание, равнодушие учеников и сотрудников к оставленному рюкзаку поспособствовало случившемуся. Возникает вопрос, зачем такое количество камер в здании, если они никем не просматриваются в режиме реального времени? К сожалению, они пригодились только, чтобы воссоздать маршрут движения и действий убийцы. Соответственно, наша с вами задача - это профилактика подобных происшествий: рамки металлодетекторов на входе, квалифицированная охрана, регулярные беседы с детьми, сотрудниками и персоналом учреждений, мониторинг психологического здоровья учащихся и бдительность каждого из нас.

В школьной программе темы по поведению в экстренных ситуациях рассматриваются в предельно ограниченном количестве часов, и к тому же в более глобальном контексте, отмечают опрошенные «НИ» преподаватели. В то же время в доступе любого ребёнка – неограниченная информация об изготовлении СВУ (самодельных взрывных устройствах), о продаже оружия. Не может быть так, чтоб время от времени асоциальный человек не захотел бы воспользоваться этими инструкциями. Однако называть интернет корнем зла в таких трагедиях, ровно как и установленные правила продажи оружия, весьма глупо. Истинные причины всегда не в инструментарии, а в мотивации преступника, иначе в такой логике за любое убийство следовало бы судить не человека, а нож, топор, монитор компьютера или керамическую вазу.

- Почему-то в других странах, где тоже есть глобальный интернет, как и любой контент на выбор, каждый год не повторяется эта чудовищная история. Кто когда слышал в последний раз про расстрел школьников в Японии? Население как у нас, между прочим. А в Голландии? В Британии? Почему-то глобальный интернет и вредный контент из почти двух сотен стран мира оказался вреден только для нас, – размышляет руководитель Ижевского киноклуба Андрей Смирнов. - Для меня очевидно, что вредный для молодежи контент на самом деле совсем иной. Это тухлая атмосфера в стране, это тотальная ложь и двойные стандарты, это коррупция и рабство, это разлитая в воздухе агрессия и подмена культуры идеологией и пропагандой. Большинство приспосабливаются, крайняя общественная невротичность сублимируется в семейное насилие, в уличную преступность, в интернет-баттлы, в алкоголизм и наркоманию, в ксенофобию, в навязчивую идею национальной исключительности. Для молодого неокрепшего мозга все происходящее может стать фатальным триггером для возможного схода с катушек и "окончательного решения вопроса". Цветы зла всходят на подготовленной и хорошо унавоженной почве.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter