Рус
Eng
«Дело ее должно быть продолжено...» К 70-летию со дня рождения Валерии Новодворской

«Дело ее должно быть продолжено...» К 70-летию со дня рождения Валерии Новодворской

22 мая , 12:03Политика
Одной из важнейших исторических задач современной России Валерия Ильинична Новодворская считала десоветизацию, которая подразумевала проведение своего рода Нюрнбергского процесса по всему советскому периоду истории.

На днях Валерии Ильиничне Новодворской исполнилось бы 70 лет. Ее жизнь была тяжелой, но при этом чрезвычайно насыщенной. Политик, диссидент, писатель, основатель политической партии «Демократический Союз».

Алина Витухновская, писатель

Уже с юности, практически с детства, Валерия Ильинична была яростной антисоветчицей. 5 декабря 1969 года на праздничном вечере, посвященном Дню Конституции СССР в Кремлевском дворце съездов, перед премьерой оперы «Октябрь», Новодворская разбросала рукописные листовки с антисоветским стихотворением собственного сочинения. После чего против нее было возбуждено уголовное дело.

Ее поместили в одиночную камеру Лефортовской тюрьмы. Ее резкое поведение с представителем карательной психиатрии из института Сербского, обрекло ее на дальнейшие мучения. Если бы она вела себя иначе, дело бы передали в комсомольскую институтскую организацию.

Летом 1970 года диссидентку этапировали в Казань. С июня 1970 по февраль 1972 года она находилась на принудительном лечении в специальной психиатрической больнице в Казани. Новодворская вышла на свободу в феврале 1972 года.

Волею судьбы я познакомилась с Валерией Ильиничной в суде, на своем процессе, сфабрикованном ФСК (ныне ФСБ). Меня защищала вся прогрессивная общественность, в том числе мировая. К защите подключился и Русский ПЕН-Клуб, его ныне покойный директор, писатель и правозащитник Александр Петрович Ткаченко. Также Андрей Битов, Андрей Вознесенский, Лев Тимофеев, Александр Ваксберг и другие. Валерия Ильинична приходила и в ПЕН-Клуб и в суд, регулярно писала статьи в мою защиту. Моему адвокату Карену Георгиевичу Нерсисяну удалось пронести в тюрьму и передать мне ее письмо, которое я хотела бы процитировать полностью, дабы сохранить столь ценный документ для истории.

«ПИСЬМО ОТ ВАЛЕРИИ ИЛЬИНИЧНЫ НОВОДВОРСКОЙ АЛИНЕ ВИТУХНОВСКОЙ В БУТЫРСКУЮ ТЮРЬМУ, 1997 г.

Простите, не предвидела сговора Президента и Думы. Эта большая и грязная компашка имела неизбежным следствием Ваш арест, потому что советский макрокосм убивает все непокорное и чужеродное, просто ради кайфа. Как рыб. Какой смысл в Рыбьем Яре? Такой же, как в Вашем аресте. Вы из другого измерения. На Западе порой за это тоже убивают, но не всегда, чаще отправляют в аквариум отчуждения. А здесь таких как Вы убивают всегда...

Вы — имеете право, ибо Вы — настоящий поэт. Я наконец-то поняла Ваши стихи, я научилась их читать. Это другой язык, другая форма жизни. вы нашли вход в мир, где нет иллюзий, в мир подсознания Бытия. Почище Алисы в Стране Чудес. И Вам дано войти в этот мир, жить в нем, хотя бы 2 часа в сутки (больше не советую: не удастся вернуться) и описать его, переводя на наш язык. Я войти в Ваш мир, например, не могу. Но я могу заглянуть Вам через плечо. А большинство не может. Вы их пугаете.

Вы абсолютно свободны и абсолютно правдивы. Вы не знаете страха, а они в нем живут. Вы сделали то, чего не сделал Бодлер. Он написал «Цветы зла». Но он надушил и накрасил. И посадил в горшок, и обвязал ленточкой. Красота не ужасает. Она — иллюзия. А вот Вы показываете и цветочки и ягодки зла. И Бытия. И Небытия. Без майи, без лучистого обмана. Достоевский делал что-то вроде, но не выдержал и соврал: Мышкин, Алеша Карамазов, мораль, христианство. Кафка — Ваш аналог в литературе. В поэзии Вам аналогов нет. Я все знаю о поэзии, хотя сама не пишу.

Дали и Босх — аналоги в живописи. Вы очень дорого стоите, Алина. Ваш дар уникален. Хотя и страшен. Поэтому Вы имеете право плюнуть на все и писать как Бродский, там, «за бугром». Здесь голодная и варварская страна. Здесь никому не до Вас. Но Вы, видимо, персонаж из Ануя и Камю. «Маленькую Антигону схватили, маленькая Антигона может стать сама собой.» Читали ли Вы "Постороннего" Камю, «Антигону» и «Медею» Ануя? Это же про Вас.

Мы с Вами очень похожи, но Вы пытаетесь умереть за Абсолютную Правду, а я всегда старалась заменить одну нестерпимую и тупую ложь на другую. Потоньше, поумнее и почеловечнее. «Западная ложь». Поэтому меня называют революционером, правозащитником и демократом (хотя последнее парией — чушь), а Вас — парией, изгоем, исчадием ада. То, что делаю я, нужно какой-то части людей. И даже Чубайсу и Гайдару. Поэтому я еще жива. А Вы себя обрекли на одиночество («Мы курим злые сигареты среди неблизких нам людей.»)

Вы побили все рекорды героизма: и Войнович, и Аксенов, и Бродский, и Владимов , и многие диссиденты в Вашем положении бежали на Запад. А Вы назло им — остаетесь. Как Мерсо из Камю, который предпочел смерть той лжи, которой требовало от него общество. Я очень Вас уважаю. А я мало кого уважаю, Алина. Вы все делаете правильно. Ни жизнь, ни смерть не стоят лжи. Я поступила бы так же. Я очень Вас люблю, ибо такой талант и такое мужество не часто совпадают. Я не спрашиваю откуда Вы черпаете этот римский стоицизм. Талант и интеллект Вам это дают поверх жизненного опыта и сакральной идеи, которую Вы отвергаете, ибо любая сакральная идея — иллюзия.

Просто мне очень жаль, что у Вас нет таких отдушин и передышек как у меня. Я счастлива, когда читаю, смотрю фильмы и спектакли, ношу красивые платья, ем что-то вкусное. Я люблю кошек и капитализм. Мне легче. Я не люблю жизнь, но я сибарит и эпикуреец. Я люблю иллюзии того, западного мира. Но я очень прошу Вас выжить. Зачем? Объясняю на Вашем языке. Смерть имеет смысл, когда мир хочет, чтобы Вы остались жить в виде компромисса. Тогда смерть — вызов и поступок. И плевок. А сейчас — совки, ФСБ и МВД , а также все идиоты (а их здесь много) хотят Вашей смерти. Это их устроит. Поэтому сделайте им назло. Они очень плохие люди. Ваша жизнь для них — мука, поэтому — живите. Ваша смерть убьет Сашу Ткаченко, Андрея Битова, Диму Быкова, Вашу бабушку и Леву Тимофеева, а они хорошие люди, их не стоит убивать. В крайнем случае — плюньте на приговор: есть комиссия Приставкина по помилованию. Надеюсь, сидеть Вы не будете, ведь даже ООН на ушах стоит. Меня тоже бы посадили, если бы не чисто политическая статья. И прошлое, и репутация. Поэтому надо продержаться еще немного. Помните о том, что их цель — свести Вас с ума или довести до самоубийства. Вы разочаруете их. Осталось не долго.

Я не хожу на суд, потому, что если я это увижу, я начну ломать клетку или плюну в лицо судье. А новый адвокат хочет работать спокойно. Но я все время о Вас думаю, Вы мне снитесь. Мою статью в «Новом времени», надеюсь Вам принесут. ТВ я тоже использую на все сто. Мы из разных поколений и разных миров, но Вы мне близки, Алина, мне очень хочется сводить Вас в театр, кино и кафе-мороженое. И купить Вам медведика. Целую Вас, Лера

В девяностые я была еще политическим ребенком. Свобода, полученная Россией практически даром, казалась мне естественной и бесконечной. Тем более, я никогда ментально не жила в Советском Союзе. А Валерия Ильинична, если судить по ее тогдашней риторике, уже предвидела и консервативную революцию, и ту сансарную историческую петлю, в которую буквально через 20 лет затянет Россию. Она предостерегала всех нас от повторения жуткого сценария. Валерия Новодворская была пророком, но, к сожалению, непризнанным.

Ее наследие не должно быть забыто. А ее дело должно быть продолжено. И одной из важнейших исторических задач современной России должна стать задача по десоветизации — аналогичная той, что была проведена в Германии — по денацификации. Иными словами, должен быть проведен аналог Нюрнбергского процесса по всему советскому периоду истории.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter