Рус
Eng
Приговор по «Уфимской двадцатке» огласили в Верховном суде РФ

Приговор по «Уфимской двадцатке» огласили в Верховном суде РФ

21 сентября , 14:09ПолитикаPhoto: Fb.com
Верховный суд оставил в силе 20-летние приговоры фигурантам «Уфимской двадцатки». Мусульманских активистов из Башкирии судят за причастность к деятельности организации, решением ВС РФ от 14 февр. 2003 г. признанной террористической и запрещенной в России. Защита подсудимых рассказала о противоречиях в материалах дела.

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного суда России сегодня рассмотрела апелляционную жалобу на приговор по делу «Хизб ут-Тахрир»* (организация признана террористической и запрещена на территории России -ред).

Молодым людям из Уфы предъявлено обвинение в террористической организации, приготовление к насильственному захвату, удержанию власти (по ст. 205.5 ч.1 и ч. 2 УК РФ, ст. 278 УК РФ через ст. 30. ч.1 УК РФ). Всех обвиняли также в организации либо участии в деятельности экстремистской организации (1-я и 2-я части ст. 282.2 УК). По этой статье суд первой инстанции приговорил всех к штрафам и освободил от наказания.

Гособвинение продолжает настаивать на лишении свободы для подсудимых на сроки от 6 до 25 лет в зависимости от «роли» в организации.

Верховный суд сегодня сократил срок ключевому фигуранту - с 22 лет до 21 года в колонии строгого режима. Коллегия решила, что осужденный за организацию деятельности террористической организации и приготовление к насильственному захвату власти Халил Мустафин активно способствовал раскрытию преступлений. Ему также был снижен штраф - с 700 тысяч до 500 тысяч рублей. Кроме того, суд снизил Мустафину сумму штрафа по обвинению в участии в деятельности экстремистской организации с 50 тысяч до 30 тысяч рублей и освободил от исполнения этой части наказания в связи с истечением срока давности.

Наказания всем остальным подсудимым апелляционная инстанция оставила без изменений.

Всего по делу «Уфимской двадцатки» проходят 26 человек. Большинство из них были задержаны в феврале 2015 года, с тех пор остаются в СИЗО.

По истечении года заключения под стражей всем, кто не признал вину, было предъявлено дополнительное обвинение в приготовлении к насильственному захвату власти (по ч. 1 ст. 30 ст. 278 УК). Трое обвиняемых — Айрат Ибрагимов, Айнур Клысов и Денис Стаценко — находятся в розыске. Еще трое — Ришат Гатауллин, Ринат Мамаев и Арамис Фазылов — признали вину в участии в деятельности террористической организации. Их перевели под домашний арест, Фазылова позже отпустили под подписку о невыезде, сообщает ОВД-Инфо.

Дело Ришата Гатауллина и Рината Мамаева рассматривалось отдельно. 22 декабря 2016 года Приволжский (ныне Центральный) окружной военный суд приговорил обоих к четырем с половиной годам условно. Однако 9 марта 2017 года военная коллегия Верховного суда заменила им приговор на четыре года колонии общего режима каждому.

На одном из заседаний Ринат Нурлыгаянов, получивший в первой инстанции самый длительный срок — 24 года — рассказал о пытках, которым подвергся после задержания в феврале 2015 года. Защита отмечала, что из дела пропали четыре тома, в которых были описаны обыски, допросы свидетелей и обвиняемых. Позже следствие вернуло часть томов, но подсудимые утверждали, что в них появились изменения, а именно: признательные показания обвиняемых, которые отрицали свою вину.

Летом этого года Европейский суд по правам человека присудил пятерым фигурантам уфимского и казанского дела до 4700 евро компенсации, посчитав, что российские власти чрезмерно долго удерживали обвиняемых под стражей до вынесения приговора, тем самым нарушив подпункт «с» пункта 1, пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Организация «Хизб ут-Тахрир»* решением ВС РФ от 14 февр. 2003 г. признана террористической и запрещена в России. В разных регионах страны последние пять лет заводят дела о терроризме, при этом члены ячеек этой организации обвиняются и приговариваются к различным срокам в колонии строгого режима лишь на основании того, что встречались друг с другом на квартирах, читали религиозную литературу и вербовали новых участников.

«Мемориал» (организация признана иностранным агентом - ред.) признал фигуранатов по делам «Хизб ут-Тахрир»* политзаключенными.

Адвокаты и правозащитники заявляют о необоснованности приговора, существенных процессуальных нарушениях и ошибках, допущенных органами предварительного следствия и судом.

«Все эти нарушения были совершены как самими сотрудниками ФСБ, так и под огромным их давлением. Дело было возбуждено и расследовалось ФСБ, обвинение опиралось на ангажированные экспертизы, разбирательство в суде первой инстанции не могло не закончиться обвинительным приговором – так и произошло. Суть этого процесса – обвинение группы молодых людей в том, что они проповедовали идеи всемирного халифата, объединившись в партию «Хизб ут-Тахрир»*. Фактически людей привлекают к ответственности за взгляды, за мнения, за мысли <…>

Несомненно, из-за этого сама идея создания всемирного халифата, вызывает опасения. Однако среди мусульман есть и те, кто хочет добиться тех же целей мирными способами – именно они объединились в партию «Хизб ут-Тахрир»*. Разумеется, сама идея создания теократии неприемлема для жителей светских демократических государств, в том числе, и для россиян. Возникает вопрос: как относиться к людям с такими взглядами? Сейчас в России под давлением ФСБ реализуется их жесткое преследование под лозунгом защиты конституционного строя. Несмотря на мирное поведение, они лишаются свободы на длительные сроки (вплоть до 24 лет) <…> Я уверен в том, что практика жесткого уголовного преследования мирной организации «Хизб ут-Тахрир»* чревата радикализацией ислама. Если мы несоразмерно жестоко преследуем умеренных исламистов, то это способствует радикализации сторонников той же идеологии», - высказался правозащитник Лев Пономарев.

Апелляция по делу «Уфимской двадцатки» длится с марта.

«Редкий случай, когда рассмотрение в Верховном суде идет вот уже несколько месяцев. Никому не нужны такие дела - ни российскому обществу, ни самим следователям, прокурорам, судьям и ФСБ. Из детей и молодых людей делают террористов и экстремистов, за религиозные воззрения их отправляют за решетку на 24 года. Им самим едва исполнились те же 24 года и ровно на столько же их упекают? Как только такие сроки приходят в голову?» - комментирует защитник нескольких фигурантов «Уфимской двадцатки», адвокат Рустам Чернов.

Защитник рассказал «Новым Известиям», что не так в этом уголовном деле и почему.

Во-первых, гособвинитель заявил, что следствию не удалось установить связь между исламистской партией «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»* (признанная террористической организацией в РФ и запрещена), и той организацией, в которой состояли осужденные. Тем не менее прокурор просил Верховный суд оставить приговор первой инстанции в силе.

В прениях сторон 9 сентября представитель Генпрокуратуры России утверждал, что Хизб ут- Тахрир* в России не имеет установленных связей с заграницей, является самодостаточной организацией, самофинансируется.

«Не установлено противоправных связей осужденных с заграницей», - сказал гособвинитель. Далее развил тезис: «Никакой преступной связи с заграницей согласно вмененных преступлений Уголовный закон не требует». И, наконец пришел к выводу: «Неустановление каких – либо связей с заграницей вообще ни о чем не говорит, - комментирует Рустам Чернов. - Прокурор не представляет, насколько он прав. Если верить его утверждению, то, собственно, подсудимых надо тотчас оправдать, так как Верховный суд РФ решением 14.02. 2003 № ГК ПИ 03-116 признал террористической организацией не вообще наименование «Хизб ут-Тахрир»*, а именно организацию «Партия исламского освобождения» «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»* [организация решением суда признана террористической и запрещена на территории РФ], центр которой находится за пределами России. При таких обстоятельствах тезис доказывания прокурора в прениях о том, что отечественная Хизб ут-Тахрир* никак не связана с Хизб ут- Тахрир аль-Ислами* как международной организацией (как ее и понимал Верховный суд России) представляется, собственно, аргументом защиты, реабилитирующим подзащитных полностью».

Прокурор на суде заявляет, что организация является ячейкой, представительством, но при этом же утверждает, что «каких-либо связей» с головной организацией не установлено. В материалах дела и правда нет ни сообщений, ни писем, ни общих планов, ни финансирования, ни заметок подсудимых на эту тему, ни перехвата звонков, ни встреч с вышестоящими участниками организации. Откуда же тогда берется вывод обвинения о том, что уфимские ребята – это представительство (ячейка) международной террористической организации? Это предположение обвинения, но никак не доказанное обстоятельство. Может быть, связь идеологическая? Скажем прямо - телепатическая? Ну, так у нас мысли-то пока не наказуемы, по-моему. В действиях подсудимых состав ст. 205.5. УК РФ, следуя логике прокурора, отсутствует, отмечает защита.

Какие еще противоречия выявили адвокаты в деле «Уфимской двадцатки»?

Согласно приговору Приволжского военного суда от 30.07.2018, подсудимые якобы проповедуют свою идеологию на конференциях, митингах, путем распространения видеороликов – то есть готовят переворот не просто открыто, публично! При этом живут в со своими семьями, многодетными семьями, по месту будущего захвата власти, ведут открытый образ жизни и прочее, и прочее.

И одновременно они якобы соблюдают жесткую конспирацию - они же готовятся насильственным военным путем свергать государственную власть! И опять же - в материалах нет никаких доказательств, даже намека – на разговоры о насилии, оружии (подсудимые его и в руках-то не держали). Гособвинение не отрицает эти факты, более того признает мирный характер «ячейки».

Получается, если вести мирный образ жизни, соблюдать закон, не касаться оружия, не совершать никакого уголовно–наказуемого деяния, то можно получить за это 24 года лишения свободы? - задает риторический вопрос Рустам Чернов.

Остается только прибавить то обстоятельство, что следователи самостоятельно формировали повод к возбуждению уголовного дела, который сами же и рассматривали. Стадия доследственной проверки устранена. Обычно дело возбуждается после проверки следователем сообщения о преступлении. Проверка же по этому делу выглядела так: следователь сам на себя пишет рапорт о том, что он обнаружил преступление. Наличие рапорта есть, а наличия основания – нет, следователь не прикладывает никаких материалов, и это уже достаточное снование для того, чтобы признавать полученные доказательства по делу недопустимыми.

Получается, что у сегодняшнего суда по этому делу фактически нет иной картины, кроме как органов дознания. В качестве основных свидетелей выступают сотрудники органов дознания. Где очные ставки с подсудимыми? Где доказательства связи ячейки с центральной организацией? Шифровки? Письма? Где собственно доказательства? – резюмирует защитник.

Защита по делу «Уфимской двадцатки» сегодня, 21 сентября, заявила о намерении обжаловать приговор Приволжского окружного суда от 30.07.2018 в кассации, а также ходатайствовать о возврате дела на дорасслеование с последующем рассмотрением его в новом составе судей.

Кроме того, адвокаты просят суд вынести в адрес руководителя СУ ФСБ по Республике Башкортостан частное определение о недопустимости нарушения режима законности (следователи многократно допрашивали задержанных, отказавшихся от дачи показаний и не обеспечили их права на защиту и др. нарушения) и в адрес прокурора - за отсутствие прокурорского надзора.

*организация признана террористической и запрещена на территории РФ.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter