Рус
Eng
Гендиректор Московской международной валютной ассоциации Алексей Мамонтов

Гендиректор Московской международной валютной ассоциации Алексей Мамонтов

19 августа 2015, 00:00
Экономика
АРИНА РАКСИНА
Российскую экономику настигла новая волна девальвации рубля, пусть и не такая сильная, как в конце прошлого года. Официальный курс составил уже 65,5 рубля за доллар. Всего за две недели американская валюта укрепилась на 5 рублей, уверенно приближаясь к отметке в 70 рублей. Аналитики спорят, вмешается ли Центробанк в хо

– Алексей Николаевич, какие факторы сейчас толкают рубль вниз?

– По сути, валютой рынок всегда насыщают три источника – счет текущих операций, счет капитальных операций и поступления из золотовалютных резервов. Понятно, что сегодня рубль прежде всего следует в кильватере цен на нефть и ситуации на внешнем рынке. Потому что традиционно предложение валюты на нашем рынке зависит от потока экспортной выручки, и тем более так обстоит дело сейчас – в отсутствие других источников. Прежде этими источниками были поступления по счету капитальных операций – в основном портфельные инвестиции, долгосрочные кредиты. Но в условиях санкций, когда доступ российских компаний к внешним ресурсам сильно ограничен, предложение валюты стало фатально зависимым от внешней конъюнктуры.

– Значит, зависимость прямая – куда нефть, туда и рубль?

– Степень зависимости, конечно, можно вывести, но здесь играет роль не только поступление валюты от сырьевого экспорта, но и действия регулятора – Центробанка. Они могут совершаться в двух направлениях: валютные интервенции и введение неких ограничений для участников рынка. Например, таких, как обязательная продажа части экспортной выручки. Но если ничего этого не будет и на курс будут влиять чисто рыночные факторы, то он может выйти на рубежи не менее высокие, чем были на пике прошлого года – в районе 70–80 рублей за доллар и 90–95 рублей за евро.

– Совсем недавно президент Владимир Путин похвалил главу ЦБ Эльвиру Набиуллину за поддержание стабильности курса. Центробанк действует правильно?

– По-моему, действия ЦБ выходят за все рамки разумного. И похвала президента просто обескуражила участников рынка. Так как это означает, что либо глава Центробанка вводит высшее руководство страны в заблуждение, либо само высшее руководство не хочет знать правду и поэтому удовлетворено тем, что ему говорят. Скажу больше: я не могу вспомнить ни одного случая в новейшей истории России, чтобы в течение такого длительного времени, как за последнюю пару лет, наблюдалась настолько большая турбулентность национальной валюты. И вызвана она прежде всего неадекватными действиями ЦБ, особенно в этом году.

– Какие именно действия регулятора вы имеете в виду?

– Все, что предпринимается им в области валютного рынка с октября прошлого года и до настоящего момента – манипуляция ключевой ставкой, скупка валюты в резервы – это провал. Как, впрочем, и в других областях. Так банковская система, о стабильности которой также докладывал ЦБ президенту, на самом деле рушится буквально на глазах. Результат усилий ЦБ по стабилизации национальной валюты может увидеть каждый россиянин в ближайшем обменнике. И какие после этого нужны еще комментарии и оценки?

– Есть ли вероятность, что регулятор как-то изменит свой подход?

– Нет, поскольку руководство ЦБ ведет себя неадекватно, оно, по-видимому, так и не набралось никакого опыта в течение последних двух лет. А потому никакой возможности того, что ЦБ созреет для проведения иной политики, я лично не вижу.

– И что же ждет дальше валютный рынок?

– А дальше ждет хаос. Что ждет человека, если он не оценивает реально состояние своего организма и не прибегает ни к каким мерам, чтобы его вылечить? Так что если нет верного диагноза, верного «лечения» и программы действий, то всю систему ждет плачевный результат. Еще два года назад российская банковская система давала прирост 20–22% по активам и 10–15% по капиталу. Но в первом полугодии 2015-го показала убыток, даже притом что в нее вливаются гигантские средства: 1 трлн. рублей вложен в банки в рамках антикризисной докапитализации. Если бы этой меры не предприняли, проблемы в настоящий момент были бы даже у банков первой десятки.

– Но, если ситуация обострится, хватит ли у денежных властей резервов на новые вливания?

– Их уже фактически нет. И чтобы продолжать эти вливания, нужно либо сокращать другие статьи бюджетных расходов, либо пополнять бюджет налоговыми поступлениями. Но увеличивать налоги дальше невозможно, так как экономика и так уходит в минус – за I полугодие это падение даже опередило прогнозы. И подобный шаг только усугубит кризис, который возникает в связи с тем, что нет достаточного платежеспособного спроса. Внешнего спроса – в силу ряда конъюнктурных причин. А внутренний спрос ограничивается тем, что сокращаются рабочие места, заработные платы, нет кредитных ресурсов, а те, что есть, очень дорогие. Что в свою очередь подстегивает рост невозвратов кредитов – до 18% от общего их объема в настоящий момент. При этом высок процент невозвратов именно от изначально добросовестных заемщиков, которым просто оказалось нечем платить. И также обстоят дела у предпринимателей, для которых риск безвозвратной потери денежных средств в банках, лишающихся лицензии, становится дополнительной демотивацией вести бизнес.

– И что в таком случае предприниматели могут предпринять?

– Ничего. Они даже не могут строить бизнес, планировать свои доходы и расходы по курсовой позиции, так как не знают, что дальше будет с рублем. Например, он всю весну укреплялся, но почему – никому не понятно. В такой ситуации нельзя строить какие-либо прогнозы. Какой может быть курс? Да какой угодно.

– Может быть, все дело в том, что еще весной и Минфин, и ЦБ заявляли, что слишком сильный рубль не выгоден бюджету и не способствует экономическому развитию. То есть нынешняя ситуация удовлетворяет желанию ведомств?

– Забота Минфина – это прежде всего наполнение бюджета. И когда экономика стоит, приходится искать другие источники. А слабый по отношению к доллару и евро рубль создает гораздо больший приход денежных средств в бюджет. Поэтому для Минфина выгодна нынешняя ситуация, которая помогает наполнять бюджет. Но это краткосрочный фактор. А в долгосрочном плане – стратегия слабой национальной валюты разрушительна, так как сильный бюджет опирается на сильную экономику. Поэтому текущее наполнение бюджета является слабым утешением.

– Почему?

– Это гигантская угроза для бюджета на будущее. Потому что обесценение денег – самый легкий способ его пополнения. Но он мало что решает, так как инфляция все время растет и бюджету приходится все больше и больше тратить – на социальные статьи, на всевозможные компенсации и индексации.

– В нынешних условиях в чем хранить средства населению?

– Бесполезно задавать эти дежурные вопросы. У населения денег нет – ему просто нечего вкладывать и сберегать. Недавно, правда, прозвучали заявления, что вклады населения выросли на 2%. Но более чем уверен, эти проценты съедаются простой курсовой разницей. Население все больше тратит на текущие расходы – на обслуживание кредитов, ипотеки, просто на повседневные потребности.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter