Рус
Eng
Оборот не в ту сторону

Оборот не в ту сторону

14 июля 2015, 00:00
Экономика
Алексей Голяков
Товарооборот между Россией и Китаем в первой половине 2015 года сократился на 30,2% в сопоставлении с аналогичным периодом прошлого года и составил 31,1 млрд. долларов. Показательно, что эти данные Главное таможенное управление КНР обнародовало сразу по завершении саммитов БРИКС и ШОС в Уфе, где Москва и Пекин уверяли

Объем экспорта китайских товаров в Россию за первое полугодие снизился на 36,2% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Объем импорта российских товаров в Китай также сократился на 23,9%, до 16,5 млрд. долларов.

Надо признать, что внезапное для немалой части мировых политических и деловых кругов осложнение ситуации на китайских биржах коснулось повестки дня и уфимской встречи на высшем уровне. Владимир Путин, выступая перед соратниками по БРИКС, признал, что Россию беспокоит нестабильность на рынках, высокая волатильность цен на энергетические и сырьевые товары, накопление рядом крупных стран суверенной задолженности.

Глава Торгово-промышленной палаты РФ Сергей Катырин, в свою очередь, выразил опасение, что «такая волатильность создает напряжение и влияет на весь мир». Очевидно, что вызревавшее в течение последних месяцев нездоровье китайского фондового рынка косвенно готовило процесс ослабления и других секторов экономики Поднебесной, в том числе и связанных с импортом-экспортом готовой продукции.

Французская газета Le Monde отмечает в связи с китайским кризисом, что «запад серьезно опасается воздействия тех резких колебаний, которые происходят на биржах КНР и дополняются кризисом в сфере недвижимости… Потери на Шанхайской бирже с середины июня составили порядка 3 трлн. долларов «испарившейся» капитализации».

Старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований Николай Трошин заметил в связи со снижением товарооборота с Китаем, что последствия кризиса, с которым столкнулась российская экономика, сказываются отнюдь не только на европейском рынке. В торговых отношениях с Китаем также дают о себе знать и обесценение рубля, и спад производства. «И я не вижу противоречий в уфимских заявлениях по российско-китайским отношениям, – сказал «НИ» г-н Трошин, – Напротив, как раз наращивание торговли со странами БРИКС и призвано более эффективно решить наши внутренние проблемы». По его мнению, процессы, происходящие сейчас на китайском фондовом рынке, нельзя отнести к экономическому торможению. Это своего рода «выпуск пара», обусловленный теми высокими темпами, которыми рос фондовый рынок Китая за предыдущие месяцы.

С этой точкой зрения не согласен директор Института экономики РАН Руслан Гринберг. «Опубликованные цифры китайских таможенников – это показатель нашей, а не их депрессии, – отметил он в беседе с «НИ». – У китайцев тоже есть снижение роста ВВП и уменьшение спроса на энергоресурсы, и в этом смысле мы, как говорится, друг друга стоим». Но у китайцев, замечает Гринберг, стагнацией считается, когда они переходят от 10% к 7% роста ВВП. Мы о таких темпах можем только мечтать. По мнению Гринберга, нельзя сбрасывать со счетов и ценовой фактор: «Ведь ни для кого не секрет, насколько за первое полугодие 2015-го снизились цены на российские экспортные товары».

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter