Рус
Eng
Трудовая миграция в тень

Трудовая миграция в тень

4 апреля 2013, 00:00
Экономика
ЕВГЕНИЯ ЗУБЧЕНКО
Вчера вице-премьер Ольга Голодец, выступая на международной конференции по экономическому и социальному развитию, заявила, что 38 млн. человек трудоспособного населения России работают в непрозрачных условиях, тем самым создавая угрозу для «всего общества». Именно из-за них, по мнению вице-премьера, у государства не хв

По словам Ольги Голодец, лишь небольшая часть рынка труда в России действует по прозрачным правилам – из 86 млн. граждан трудоспособного возраста только 48 млн. человек работают в легитимном секторе. «Где и чем заняты все остальные (порядка 45%), мы не понимаем», – отметила вице-премьер, курирующая в правительстве социальную сферу. По ее словам, эти люди создают проблему для всего общества, поскольку из-за них идет «недофинансирование всех социальных расходов». Г-жа Голодец также выступила против снижения страхового взноса на самозанятых. «Надо понимать, что тогда, если они недоплачивают, этот груз ложится на все общество, то есть шахтеры должны оплатить пенсии не только своих родителей, но и тех, кто не платит», – заявила чиновник.

В действительности на проблему, о которой говорит вице-премьер, у экономистов есть разные взгляды. В частности, эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Игорь Поляков считает, что масштабы явления не столь ужасающие, как их представляет г-жа Голодец. По его словам, далеко не все из 38 млн. человек находятся в «сером» секторе экономики. «Далеко не все из этих людей, что называется, вне закона, – сказал «НИ» г-н Поляков. – Значительная часть населения в трудоспособном возрасте не хочет заниматься экономической активностью, а просто ведет домашнее хозяйство, живя при этом на доходы, которые есть в семье. Вряд ли это тот потенциал, который реально можно привлечь. Они входят в число безработных, а их сейчас, по официальным данным, 4,3 млн. человек». К безработным, по словам эксперта, относятся также те, кто длительное время не может найти работу, то есть находится в подобном положении вынужденно. Есть также такая категория людей, как собственники, получающие доход от владения предприятием или компанией, – иными словами, дивиденды. «То есть в скрытой зоне экономики много вполне нормальных явлений», – поясняет Игорь Поляков.

Вместе с тем, по его словам, есть категории граждан, действительно работающих по «серым» и даже «черным» схемам. «Сюда входят индивидуальные предприниматели, работающие в сфере торговли и сфере оказания услуг, – продолжает экономист. – Не все из них официально платят налоги. В частности, это таксисты. Также очень часто не совсем легально работают автосервисы. Это как раз пример непрозрачной сферы деятельности. Другой пример – это сфера строительства. Правда, речь идет не о строительстве каких-то крупных городских объектов и жилых домов, а, к примеру, о возведении коттеджных поселков. Также это работники, которые на самостоятельной основе оказывают ремонтные услуги. В сфере торговли это имеет место быть, когда трудоустраивают не официально. Но масштабы этого явления не наносят серьезного урона экономике».

Руководитель Центра социального анализа Института глобализации и социальных движений (ИГСО) Анна Очкина, напротив, убеждена, что ситуация в действительности намного хуже, чем представляется властям. «В серый сектор входят те, кто трудоустроен вполне официально, но занимается подработкой, – говорит собеседница «НИ». – Вот простой пример: учитель, который в свободное время репетиторствует. Это самый настоящий «серый» сектор. То есть речь идет о любых услугах, которые не облагаются налогом. Сюда же входят и люди, которые занимаются подсобным хозяйством. В Поволжье до 40% товарного продовольствия дают личные подсобные хозяйства». При этом г-жа Очкина обращает внимание, что на участие в «серых» схемах работников часто толкает работодатель: «Ему выгодней работать именно так: он уходит от всех возможных налогов, в том числе и от обязательств перед своим работником. Это уже проблема бесправия работников. Они вынужденно соглашаются».

Бизнес в свою очередь жалуется на то, что в России быть открытым для государства выходит себе дороже. «Ты становишься уязвимым для незаконных действий налоговиков и людей, которые обладают определенными полномочиями, – поясняет г-жа Очкина. – То есть ты элементарно открываешься для рейдерства. Характерный пример – это наш Налоговый кодекс, где каждое положение можно трактовать двояко. Люди беззащитны. Государство, чтобы оно ни говорило, как правило, проявляет себя даже большим хищником, чем кто-либо другой. Людям не нужны эти «серые» схемы, они хотят чувствовать достойно, но им созданы такие условия. Так что государству нужно обратить внимание именно на себя».

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter