Рус
Eng
Бег с препятствиями

Бег с препятствиями

30 июля 2014, 00:00
Культура
МАЙЯ КРЫЛОВА
О музыкальном сезоне 2013–2014 можно сказать: он был богат удачами. А неудачи, которых, впрочем, хватало, тоже оказались в определенном смысле интересными: они будили зрительскую мысль, заставляя анализировать причины неуспеха.

Большой театр, во-первых, сменил художественного руководителя прямо посреди сезона: вместо внезапно уволившегося Василия Синайского пришел молодой маэстро Туган Сохиев. Сразу возник вопрос о новой метле, которая, как известно, метет по-новому. Во-вторых, театр представил четыре спектакля – «Летучего голландца», «Дона Карлоса», «Царскую невесту» и «Так поступают все женщины». Первый на самом деле не премьера, это возобновление давней постановки Петера Конвичного, сделанное в связи с юбилеем Вагнера. Спектакль ждали с нетерпением, помня прежние прекрасные впечатления. Увы, дважды в одну реку и впрямь не войти, и то, что казалось неординарным режиссерским словом, теперь смотрится как скучноватый необязательный повтор. Что ж, хороший урок. «Царская невеста» с Геннадием Рождественским за пультом – тоже не премьера, а перелицованный «реалистический» спектакль из золотого фонда Большого. Главная задача тут мемориальная: обновление и сохранение «древнерусских» декораций Федора Федоровского. Декорации сохранили, а свежий художественный дух не смогли, и никакой пиетет не помог. «Дон Карлос», с замечательными вокальными работами баса Дмитрия Белосельского (Филипп) и баритона Игоря Головатенко (маркиз ди Поза), оказался концептуально невнятным, под предлогом «у Верди все сказано» режиссер ограничился пересказом сюжета. Но сюжет мы и так знаем. А вот моцартовская опера оказалась превосходной. Голландец Флорис Виссер так свежо использовал прием «театра в театре», как будто придумал его сам. Да и молодые российские певцы в целом не подкачали.

Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко показал три новинки – «Тангейзера», «Аиду» и «Дон Жуана». Вагнеровский спектакль, как и вердиевский, делали именитые гости – Андрейс Жагарс и Петер Штайн. Обе версии вызвали споры как по части зрелища, так и по музыкальным характеристикам. Оперу Моцарта поставил главреж театра Александр Титель, который (к восторгу одних и недоумению других) поместил персонажей среди разбитых пианино, в прямом смысле оставив людей наедине с музыкой. По вокальной части спектакль стал бенефисом блистательной Хиблы Герзмавы. А споры как раз плодотворны: никогда не вредно обсудить, что такое хорошая (или плохая) театральная условность и с чем ее едят.

Театр «Новая опера» начал с «Пиковой дамы», продолжил «Школой жен» и закончил сезон проектом «Дидо». Режиссер Юрий Александров пожелал вставить в пушкинскую историю краткий курс нашего недавнего прошлого, но Чайковский такой публицистической нагрузки не выдержал. «Школа жен» вызывала интерес задолго до премьеры: это был авторский проект режиссера Юрия Любимова и композитора Владимира Мартынова. Но поскольку Любимов во время репетиций заболел, считать «Школу» любимовской не приходится, разве что по авторству либретто, а лоскутный характер зрелища и партитуры вполне соответствует нынешним художественным модам. Больше всего радости было испытано на «Дидо» – оригинальном спектакле, органично соединившем «Дидону и Энея» Перселла и «Дидо», современный пролог к барочному Перселлу, написанный минималистом Майклом Найманом. Тут впору задуматься о непредсказуемости искусства, где и соединение ужа с ежом плодотворно, если уж и еж могут найти общий художественный язык. Удачи не обошли и другие оперные театры Москвы: Камерный музыкальный театр имени Покровского выдал эксцентрично-гротесковую «Мавру» Стравинского, а театр «Геликон» – «Бал-Маскарад» Верди, построенный, как и оригинал, на сочетании мести, политики и любви, но в современном изводе. Поразил Детский музыкальный театр имени Сац: там не побоялись поставить оперу для юных на музыку Штокхаузена, справедливо полагая, что из детского театра не стоит делать резервацию.

Концертная жизнь Москвы оказалась богатой событиями. Один фестиваль «Опера априори» чего стоит: его открывал концерт Юлии Лежневой, одной из лучших барочных певиц нашего времени. А ведь был еще и Йонас Кауфман с «Зимним путем» Шуберта. Неповторимая Чечилия Бартоли представила авторскую программу «Героини Генделя». Много интересного, как всегда, было на концертах Московской филармонии, продолжающей знакомить московскую публику с редко исполняемыми шедеврами. Взять хотя бы концертное исполнение оперы Глюка «Орфей и Эвридика» и «Чужестранки» Беллини при участии мировых оперных звезд. Или трехдневный уникальный проект «Похитители огня» дирижера Владимира Юровского, объединенный увлекательным словесным рассказом маэстро и фигурой Прометея: как образ античного героя оказал влияние на мировую музыку.

Дирижер-аутентист Уильям Кристи и его ансамбль «Цветущие искусства» порадовал вечером музыки Рамо. Сенсацией стало первое в России исполнение (тоже аутентичное) «Вечерни пресвятой девы Марии» Монтеверди в евангелическо-лютеранском кафедральном соборе св. Петра и Павла. Сольный вечер Ильдара Абдразакова позволил тем, кто слышат его впервые, понять, за что этого великолепного баса приглашают петь в лучшие театры мира. Фестиваль Мстислава Ростроповича познакомил, среди прочего, с прекрасным исполнением «Военного реквиема» Бриттена. А сказочным по качеству апофеозом сезона стал приезд Венского филармонического оркестра, за четыре дня сыгравшего все симфонии Бетховена.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter