Рус
Eng
Не наивный лубок

Не наивный лубок

29 апреля 2013, 00:00
Культура
Мария МИХАЙЛОВА
В двадцатых числах апреля в Москве открылась выставка работ замечательной русской художницы Татьяны Мавриной «Волшебство кисти». Эти акварели в середине 1990-х годов были подарены самой художницей коллекционеру Владимиру Цурко и его семье. Выставка продлится до середины июня.

В каталоге, изданном к этой выставке, профессор Владимир Цурко вспоминает о своем общении с художницей: «С Татьяной Алексеевной мы сблизились не сразу, хотя на протяжении многих лет я был дружен с ее мужем – художником Николаем Васильевичем Кузьминым. Консультируя в поликлинике художников МОСХа, мне приходилось иногда лечить Кузьмина. Наши встречи неизменно заканчивались прослушиванием классической музыки, без которой Николай Васильевич не мыслил своей жизни <…>. Татьяна Алексеевна по отношению ко мне часто была непредсказуемой. Помню, в начале нашего знакомства она устроила мне взбучку за то, что я назвал ее живопись наивной».

Родилась Татьяна Алексеевна в 1900 году в Нижнем Новгороде в семье педагога Алексея Лебедева (Маврина – девичья фамилия матери, которую художница взяла в качестве псевдонима в 30-е годы). В 1921 году она поехала в Москву, где поступила во ВХУТЕМАС. Сначала она училась в мастерской Георгия Федорова, а на старших курсах – у Роберта Фалька. Вспоминала она это время как самое счастливое: «Учились главным образом в двух галереях французских художников: Щукинской и Морозовской. Счастливые годы… Весь ВХУТЕМАС держался на цветовых сочетаниях». В 1929 году Маврина вошла в объединение художников, которое называлось «Тринадцать». Члены группы выступали за живое, свободное писание с натуры, не скованное установками академической системы. Художников объединяла склонность к быстрому, летящему рисунку-наброску. Входил в эту группу и художник Николай Кузьмин (впоследствии известный иллюстратор Пушкина), ставший вскоре мужем Татьяны Мавриной. В 1930-е годы художница много писала и маслом, и акварелью. Особенно ей удавались этюды обнаженной натуры.

Во время войны Маврина создала серию акварельных московских пейзажей. «Любовь детских лет к русскому искусству и художественный темперамент зрелого человека, слившись, породили уникальный мавринский стиль – соединение лубочности русского народного искусства и колористического эстетизма французской живописной традиции», – считает искусствовед Анна Чудецкая.

Маврина и Кузьмин еще до войны начали собирать коллекцию икон и предметов декоративно-прикладного искусства. Несколько икон из этого небольшого, но ценного собрания были подарены Третьяковской галерее, а основная часть находится в ГМИИ имени Пушкина. Там в 1997 году в отделе личных коллекций в постоянной экспозиции был открыт зал Татьяны Мавриной, где представлены предметы народного творчества – прялки, расписные подносы, керамика, вышивки, а также собственные работы художницы.

1960–1970 годы были периодом увлеченной работы над книжными иллюстрациями – все сказки Пушкина, вышедшие тогда в издательстве «Детская литература», были проиллюстрированы Татьяной Мавриной. Все годы художница не переставала путешествовать по старинным российским городам и запечатлевать «уходящую натуру» – уездный быт российской провинции. В ее работах он превращался из реального и разрушающегося в символический вневременной образ «Руси изначальной».

Вплоть до последнего дня (скончалась Татьяна Маврина в 1996 году) художница продолжала интенсивно работать. Почти ежедневно она писала с натуры – букеты, натюрморты, портреты; продолжала вести дневник, где размышляла о том, что было главным в ее жизни, – о живописи и литературе.

"Кольцевая"



«Я очень рад, что имя Татьяны Алексеевны Мавриной включено в программу фестиваля «Черешневый лес», – сказал «НИ» художник Борис Мессерер на открытии выставки. – Она родилась в начале прошлого века, выставляться стала в 1930-е годы. Я хорошо помню ее выставки уже послевоенного времени. Маврина училась у Роберта Фалька, и можно сказать, что она осуществляла в российском искусстве соединение русской традиции и свободного французского начала, идущего от импрессионистов – Матисса, Ван Гога, которых она очень любила. Все эти имена были запретны с точки зрения цензуры и официальной идеологии. Маврина привносила в это свою любовь к русскому народному искусству, к лубку и ко всему, что этому сопутствовало: и прялкам, и дугам, и расписным игрушкам – всему, в чем преломлялось народное творчество. Она делала замечательные иллюстрации, которые неоднократно выставлялись и были знаком – я очень ясно это помню – прогресса и свободного взгляда на искусство. Это была невероятная редкость! Татьяна Маврина и ее супруг, замечательный художник Николай Кузьмин, проповедовали интерес к пушкинскому началу в искусстве. Своим творчеством они как бы противостояли тогдашнему напору официального бездарного искусства соцреализма».

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter