Рус
Eng

Крутые деды

Крутые деды

Крутые деды

28 августа 2012, 00:00
Культура
ВИКТОР МАТИЗЕН
В прокат вышел сиквел недавнего боевика Сильвестра Сталлоне «Неудержимые», снятый Саймоном Уэстом. К прежнему актерскому составу добавился, невозможно себе представить, Чак Норрис в роли самого себя. Единственное, о чем можно пожалеть, что он дробит скалы огромной фрезой, а не ногой с разворота, как в былые годы. Но вс

Успех «Неудержимых» – своего рода загадка, хотя и нехитрая. Казалось бы, с какой стати молодняку должно нравиться это даже не папино, а дедушкино кино? Ведь Норрису – 72 года, Сталлоне – 66, Шварценеггеру – 65, Уиллису – 57, Ван Дамму – 52, а качество сценария и цветовая гамма (цвета детской неожиданности) намного хуже, чем у образцовых представителей жанра. Ответ прост – дедушка Чак, дедушка Слай и дедушка Арни воспринимаются юной аудиторией, взращенной на 30–40 летней давности экшнах с их участием, как родные дедули, а взрослыми – как постаревшие приятели. И когда Шварц в десятый раз произносит сакраментальное «Я вернулся», на голубые глаза зрителей наворачиваются чистые, а на прочие – предательские слезы. Выручает, конечно, и юмор – точнее, откровенная самоирония, с которой герои представляют себя.

При этом следует признаться, что 15-минутное вступление в виде налета «неудержимых» на какую-то базу в Непале (в конце которого они нежданно находят Шварценеггера с мешком на голове), способно обескуражить зрителя – человека, зашедшего в зал не только посмотреть на фонтаны краски, сопровождающие каждое попадание пули в безымянного врага, но также поностальгировать и посмеяться.

Впрочем, после начала основного действия недоумение исчезает, и начинаешь с любопытством изучать устройство чуднОго экранного мира, одновременно выявляя его связи с заэкранным. Уже само появление Чака Норриса в одном кадре со Сталлоне и Шварценеггером свидетельствует о демократической революции в голливудском кино и отмене сегрегационного режима, отделявшего би-муви от мейнстримовских экшнов. При этом, конечно, возникает вопрос, почему в объединенном экранном сообществе нет, скажем, Стивена Сигала или Джеки Чана (лично я люблю обоих), но рождается утешительная мысль, что оба оказались заняты в других проектах и не смогли высвободить время для визита на съемки «Неудержимых-2», но дали согласие на участие в «Неудержимых-22».

Трогает также относительная деликатность, с которой подается бесконечное членовредительство: пресловутые фонтаны и оторванные головы предъявляются буквально на долю секунды, что сильно отличается от маргинальной тарантиновской манеры и тем более от того кровавого беспредела, который наблюдается в японских боевиках – вопреки известнейшему постулату «Белого солнца пустыни», гласящему, что Восток – дело тонкое.

То, что боевики пренебрегают законами логики и законами физики, понятно даже тем зрителям, которые не смогли окончить среднюю школу, – хотя все же трудно удержаться от радостного смеха, когда видишь, что радиоактивный плутоний, который балканские крестьяне под автоматами бандитов извлекают из старой советской шахты, валом косит рабочих и ничуть не вредит охранникам. Новость состоит в том, что источником дополнительного комизма становится вольное обращение с законами арифметики. Вот вам задача из учебника арифметики для 4-го класса уголовной школы: в помещении находилось 20 бандитов люберецкой группировки. Туда ворвались 5 бандитов из Чертаново с автоматами со скорострельностью 120 выстрелов в минуту, причем каждые два выстрела сражали одного люберецкого бандита. Сколько времени потребовалось чертановцам, чтобы уничтожить своих конкурентов? Правильный ответ – 4 секунды, а теперь посмотрите «Неудержимых-2» и ответьте на дополнительный вопрос: во сколько раз скорость внутреннего времени фильма меньше (именно так) скорости реального времени? Результат пришлите в редакцию. Доброго просмотра!

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter