Рус
Eng
Сезонное обострение

Сезонное обострение

26 октября 2010, 00:00
Культура
ВИКТОР МАТИЗЕН
Сезонное обострение

Присуждение Нобелевской премии по литературе (НПЛ) давно стало вызывать в стране нападки на шведскую академию – особенно тогда, когда награждался неугодный власти представитель русской литературы, будь то Пастернак, Бунин или Солженицын. С «теоретической» точки дискредитировать знаменитую награду попытался в конце 1980-х советский литературовед Вадим Кожинов, задетый тем, что в 1987 году ее получил Иосиф Бродский. В этом году повода для атаки, казалось бы, нет – нынешний лауреат Марио Варгас Льоса пишет не по-русски и давно признан классиком. Однако претензии к литературной премии Нобеля зазвучали вновь и приобрели столь общий характер, что задевают и другие международные награды в области искусства.

На прошлой неделе литератор Александр Мелихов, повторив без ссылки на Кожинова часть его инвектив, обрушился на Нобелевский комитет и самого Альфреда Нобеля с новыми, крайне резкими обвинениями. Назвав всех причастных к присуждению премии «чернью», а саму премию «навязанным авторитетом, забивающим наши души подделками фабрики им. А. Нобеля», он заявил, что «изобретатель динамита сумел взломать систему культурной обороны всех стран», а «Нобелевская премия по литературе есть величайшая афера всех времен и народов».

Чем же не угодила премия своим противникам? Оказывается, вот чем:

1. НПЛ миновала ряд прославленных писателей, в том числе Толстого, Ибсена, Стриндберга, Кафку, Горького, Борхеса.

2. В числе лауреатов НПЛ есть имена, которые не вызывают резонанса в душах обвинителей: Сюлли-Прюдом, Бьернсон, Хосе Эчегарай-и-Эйсагирре, Кардуччи и другие.

3. НПЛ европоцентрична: львиную долю лауреатов составляют европейцы.

4. НПЛ либероцентрична: лауреатов из демократических стран гораздо больше, чем из тоталитарных и монархических.

5. Нобелевская премия литературоцентрична и не замечает другие искусства.

6. Учредив НПЛ, Нобель «откупил у народов мира право самим определять собственных великих писателей и поэтов» (Мелихов).

Очевидно, что эти обвинения применимы ко всем межнациональным премиям. Взять хотя бы «Оскар», имеющий номинацию «Лучший фильм на иностранном языке». Знаете ли вы, сколько полузабытых ныне картин получило эту престижную награду? И сколько замечательных лент не были удостоены «Оскара»? Знатоки премии за минуту перечислят вам десятка два подобных случаев. А соотношение европейских и африканских лауреатов «Оскара» разве не такое же, как у НПЛ? И разве американская киноакадемия не отмечала французские и немецкие картины гораздо чаще, чем, допустим, саудовские и египетские, а фильмы стран свободного мира – чаще, чем фильмы государств с диктаторскими режимами? А что сказать о кинофестивалях, руководители которых присуждают почетные награды «за вклад в кинематограф» представителям других народов? Почему бы не назвать это «попранием прав наций на культурное самоопределение» и «злостной попыткой навязать миру свои приоритеты в искусстве»?

По сути, противники НПЛ требуют согласия с тем, что национальные культуры несоизмеримы, а интернациональные награды являются средством культуроцида.

Вот тезисы, опровергающие эту позицию:

1. Любая премия в области искусства, международная или национальная, отражает признание лауреата современниками и не может отвечать за то, что через полвека предпочтения читателей изменятся.

2. Для нации нет ничего обидного в том, что принадлежащего ее культуре автора оценили за рубежом.

3. Ни один народ не станет меньше почитать своего художника из-за того, что его обошли заграничные или национальные премии.

4. В демократических странах значительных художников больше, чем в тоталитарных, а в этих последних действительные явления в искусстве, как правило, связаны с духовным сопротивлением режиму.

5. Национальные премии так же уязвимы, как международные. Против гонкуровских и букеровских лауреатов можно выдвинуть те же возражения, что против нобелевских.

6. У международных премий есть важнейшая культурная миссия: они стремятся распространить убеждение, что человечество, при всех различиях между народами, едино не только в генетическом, но и в культурном смысле.

Собственно говоря, камнем преткновения является именно вопрос о культурном единстве человечества. Для единства необходима общая мера – ее-то и предлагают интернациональные премии. Отсюда и ярость, с которой сторонники апартеида культур нападают на международные институции. Думается, однако, что человечество не согласится упразднить то, к чему оно пришло в результате многовекового культурно-исторического развития. Во всяком случае, до тех пор, пока принадлежит к одному виду homo sapiens.

Автор – кинообозреватель «НИ»

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter