Рус
Eng
Канны: главная награда впервые уезжает в Корею

Канны: главная награда впервые уезжает в Корею

26 мая, 08:50Культура
«А паразиты – никогда!» - вертелось в голове все последние часы перед вручением призов Каннского фестиваля. Вот тебе и «никогда». «Паразиты» корейского режиссера Пон Чжун Хо стали обладателями «Золотой пальмовой ветви» 72-го Каннского фестиваля. 

Екатерина Барабаш, Канны

Впервые главная каннская награда уехала в Корею, хотя Пон Чжун Хо – пожалуй, самый известный и чтимый корейский режиссер.

Герои этой картины – две семьи. Можно сказать, зеркальные отражения. Одна семья – из низших слоев, мечтающая выбраться из нищеты. Им давно отключили свет, интернет и газ за неуплату, а на жизнь они зарабатывают склеиванием коробок для пиццы, причем делают это отвратительно. Но вдруг подваливает счастье – 20-летний сын устраивается на работу в богатую семью заниматься с девочкой английским. Постепенно ему удается устроить туда же остальных членов семьи – сестру чуть постарше, мать и отца. Сестра принимается заниматься с младшим сыном богатых родителей сомнительной «арт-терапией», отец возит главу семейства на роскошной машине, а мать становится домоправительницей. Надо ли говорить, что все эти манипуляции производятся совсем не чистыми руками?

Обе семьи состоят из четырех человек, обе живут в замкнутом пространстве своего скучного бытования и смотрят друг на друга с плохо скрываемым презрением. Эти две семьи не могут друг без друга, как не могут паразиты без чужого тела.

Начавшись как фарс, фильм постепенно выруливает в сторону жесткой сатиры, которая, в свою очередь, выруливает в сторону трагикомического хоррора. Вроде бы невинная проделка оборотистой семейки оборачивается такими сюжетными виражами, что малейшая попытка намекнуть на них неминуемо скатится в спойлер.

«Паразиты» выстроены идеально – и по драматургии, и по актерской игре, и композиционно. Режиссура Пон Чжун Хо не оставляет места ни единому случайному актерскому движению, ни единой детали в кадре. Фильм даже не балансирует на грани фарса и трагедии – он живет сразу в двух стихиях, поворачиваясь к зрителю то одной, то другой ипостасью.

Прогнозы наблюдателей перед церемонией вручения призов разделились примерно пополам – одни прочили победу корейцам, другие ставили на «Боль и славу» Педро Альмодовара, грустного фильма-рефлексии о собственной его жизни. Надеялись, что наконец-то испанскому классику повезет, и он уедет с Лазурного берега с «золотом». Каждый фильм Альмодовара приглашался в каннский конкурс, всякий раз ему прочили победу, но ему по очереди доставались все существующие призы, кроме главного. А тут еще подкралось 70-летие – ну как не уважить талант неистового испанца? А вот нет. уважили, но чуть-чуть, в обход, дав приз за лучшую мужскую роль Антонио Бандерасу. Ну хоть так. Тем более что Бандерас и правда заслужил – это лучшая роль в его карьере, которая без Альмодовара представляла бы собою скопище необязательных появлений в необязательных фильмах. И чтобы два раза не вставать – о призе за лучшую женскую роль. В этом году претенденток было немало, а победила британская актриса Эмили Бичем, сыгравшая с отменным минимализмом в картине австрийского режиссера Джессики Хауснер «Малыш Джо» - довольно средней картине с претензией на умный постмодернизм о выведении цветка, дарящего людям счастье. Но актриса предельно органична даже в этом выморочном полухорроре-полуфэнтези.

На этом хорошие новости кончаются.

Очень по-разному отнеслись ко второй по значимости каннской награде – Гран-при. Этот увесистый приз достался 36-летней Мати Диоп, режиссеру сенегальского происхождения, родившейся в Париже, за фильм «Атлантика». Диоп вроде неплохо скрестила в фильме лирическую историю любви с жесткой социально-политической проблематикой, прикрыв эту горячую смесь красочной местной мифологией. Получилось красиво и экзотично. Под жарким африканским солнцем существуют бедняки-мигранты, сочные темнокожие женщины-красавицы и белоглазые монстры. Но под экзотикой похоронено главное – цельность высказывания. Так бывает, и нередко – все ингредиенты собраны, все в правильных дозах, а блюдо не получилось. Одни критики остались очарованными этой поэтической социальной сказкой, другие – и думается, не без оснований – упрекнули жюри в конъюнктурности.

Другое решение жюри – приз жюри – вызвал и вовсе однозначное неприятие публики. «Отверженные» Ладжа Ли, темнокожего парижанина, о проблемах парижских пригородов, населенных мигрантами, и их распрях с несправедливой полицией, - вполне мог бы быть показан в какой-нибудь небольшой параллельной программе и пройти незамеченным. Но в этом году каннское руководство и жюри откровенно взяли курс на «социально значимое» кино (привет Мединскому) и с огорчительным упорством прошли этим курсом до конца. Правда, социально-политическую «обязаловку» уравновесили вторым призом жюри – бразильскому «Бакурау» Клебера Мендосы Фильо и Жулиано Дорнеля, мистической драме о странной деревне с упоительным Удо Киром.

Двукратные «пальмоносцы» братья Дарденны, снявшие свой худший за много лет фильм – «Молодой Ахмед» о мальчике-мигранте с исламско-радикалистской кашей в голове и ножом в руке, которым он хочет зарезать «неверную» учительницу, - на этот раз упустили «золото» и уехали в Бельгию «всего лишь» с призом за режиссуру. Что заставило жюри под председательством Алехандро Гонсалеса Иньярриту сделать этот неожиданный жест в сторону именитых братьев – мы никогда не узнаем, да и не больно бы и хотелось. Все равно завтра все обо сем забудут.

Если бы «Золотую пальмовую ветвь» получили не «Паразиты» - можно было бы считать, что нынешнее жюри приняло самое неприличное в своей убийственно конъюнктурной логике решение. Но историю, как известно, пишут победители. Так что Канны-2019 теперь записаны в анналы как фестиваль, дотянувший свою пальмовую ветку до новой страны.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter