Рус
Eng
Все дело в скрепах

Все дело в скрепах

18 февраля 2016, 00:00
Культура
ОКСАНА ГАВРЮШЕНКО
Спродюсированный братьями Альмодовар «Клан» (копродукция Аргентина–Испания) принес Пабло Траперо «Серебряного льва» за режиссуру на последнем Венецианском кинофестивале, где он поразил видавшую всякое фестивальную публику и бывалое жюри. А у себя на родине, где фильм вышел в августе 2015-го, он стал абсолютным рекордсм

Чтобы оценить феномен редкого гостя, латиноамериканского кино, в нашем ограниченном прокате (на 15–16 экранах выходит у нас лауреат Венеции), не обязательно досконально разбираться в аргентинском политическом контексте тех лет. Довольно и того, как умело выстраивает режиссер свою историю, выросшую из криминальной хроники 1980-х. Когда одно респектабельное семейство несколько лет занималось похищениями людей с целью выкупа, чаще убивая заложников, которых прятали прямо в подвале собственного дома. С освобождением последней жертвы в августе 1985-го и последующим арестом и процессом над семьей Пуччио шокирующая история получила огласку.

Все имена подлинные, фактография соблюдена. «Я услышал об этом деле первый раз в 1985 году, когда мне было 13 или 14 лет, – рассказывает Пабло Траперо. – История мне запомнилась, и я продолжал возвращаться к ней. В 2007-м, когда я понял, что о деле и семье существует очень мало информации, я начал сам готовить материалы и провел собственное расследование со своей командой». И сегодня, как рассказывают очевидцы, остается много полумистического, не укладывающегося в голове, и тем выше интерес к кинематографическому воплощению.

Глава семьи, обладатель благообразной седины и пронзительно голубых глаз по имени Архимед Пуччио, всегда элегантно одет, подтянут и строг. У сеньора Пуччио идеальная семья: жена Эпифания, три сына и две дочери. Один из сыновей известный регбист, дочь преподает изобразительное искусство в католической школе. Большой дом в богатом пригороде Буэнос-Айреса, свой магазинчик, в котором продаются аксессуары для водных видов спорта. По вечерам семейная идиллия продолжается за длинным столом, а трапезы неизменно начинаются с молитвы. Кстати, и церковь неподалеку, и каждое воскресенье семейство исправно посещает мессу.

В недавнем прошлом, как можно догадаться из отдельных телефонных разговоров Пуччио, он занимал некую должность в военном ведомстве и был одним из тех, кто во времена хунты способствовал ликвидации неугодных властям личностей: в стране десятки тысяч пропавших без вести. В 1982 году в Аргентине на смену военной диктатуре пришла демократия, но Архимед предпочел не заметить этого факта. И не смириться. Тоскуя о старом режиме, он уходит в подполье, продолжая заниматься тем, что хорошо умеет, чему научили за годы верные генералы и прочие соратники. Из подвала большого дома периодически доносятся крики и стоны…

Интересно, но в картине Траперо сцен кровавых расправ не так уж много, при этом они зачастую монтируются со сценами свиданий старшего сына с девушкой или с семейно-бытовыми зарисовками. Лейтмотивом здесь звучит легкомысленно-веселая Sunny Afternoon, и эффект от нее такой же, как от «В краю магнолий плещет море…» у Балабанова в «Грузе 200». Поп-песенка теперь персонифицирует зло.

Траперо превращает жуткую историю в отчасти черную до цинизма смесь триллера с комедией о том, как слишком крепкие семейные скрепы разрушают жизнь очень многих людей, и близких, и дальних. Ощущения происходящего ужаса режиссер добивается за счет обострения обыденного, повседневного.

Отдельно стоит сказать об исполнителе главной роли. Голубоглазый Гильермо Франселья известен в стране в основном как комический актер. И Траперо опасался отказа, что он не захочет так портить амплуа, играя реального злодея. Но, напротив, актер очень заинтересовался проектом, тем более что, как оказалось, он жил в те годы в квартале от описываемых событий и был в числе тех убежденных (поначалу) людей, которые, как и соседи Пуччио, не сомневались, что последний стал жертвой ошибки. Люди не могли поверить фактам, и этот момент в «Клане» тоже реалистически отражен. Вероятно, у нас, где события в одной кубанской станице кинематографистами были «переварены» в формате телемыла, «растворившего» криминальную суть под пеной для домохозяек, «Клан» следует смотреть как образец жанра.

84-летний Архимед Пуччио, выйдя из тюрьмы, интересовался проектом, искал контактов с Пабло Траперо, настаивая, чтобы режиссер выслушал его версию событий. В преступлениях, за которые он был осужден, так и не признался.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter