Рус
Eng
«Пренеприятное известие»

«Пренеприятное известие»

15 ноября 2012, 00:00
Культура
Светлана РУХЛЯ, Санкт-Петербург
Каменноостровский театр представил гоголевского «Ревизора» с музыкой, пением, вкраплениями ненормативной лексики и актуальными предупреждениями «16+», «18+». Классическая комедия идет в сценической версии Михаила Дурненкова, заявлена как «ораториальная драма» и поставлена Андреем Прикотенко. То есть спектакль изначальн

Сегодня «Ревизор» существует в антрепризном пространстве, но в дальнейшем имеет шансы войти в репертуар БДТ. Отрадно, что в отличие от продукции дешевой и сляпанной абы как «Ревизор» является отличным коммерческим продуктом. Великолепный актерский ансамбль, нетривиальный режиссерский подход и серьезные финансовые вложения способствовали появлению в петербургском театральном пространстве спектакля, который можно «продавать» (как бы подобная оценка кого-то не покоробила), и продавать аудитории молодой, в том числе от театра далекой. Назвать эту задачу праздной, если принять во внимание возрастной состав зрителей большинства российских театров, вряд ли получится.

Создание Дурненкова-Прикотенко не претендует на глубокомысленность, но вскрывает авторские посылы ничуть не хуже театра «высоколобого» и традиционного. Вложенный в уста героев текст звучит свежо и доходчиво, и общий «срез» получается вполне современным. Возможно, несколько поверхностным, но вполне созвучным времени.

В новой сценической версии городской голова Антон Антонович трансформируется в бой-бабу Антонину Антоновну (Ульяна Фомичева), провинциальная кокетка Анна Андреевна – в манерного городничихиного супруга (Тарас Бибич), судья Ляпкин-Тяпкин – в пышногрудую фемину (Полина Толстун). Однако вопросов «зачем?» и «почему?» как-то не возникает. Да и так ли уж важна «перемена мест слагаемых» в условиях, когда эти самые слагаемые (персонажи) нужны исключительно для встраивания в раз и навсегда запущенную систему.

«Подложенная» под действие музыкальная партитура (композитор – Игорь Пономаренко) задает ритм и усиливает ощущение монотонности и предсказуемости слов и поступков. Маловыразительный, хоть и изобилующий многочисленными цитатами музыкальный язык и отсутствие «драйва» у оркестрантов неожиданно срабатывают спектаклю «на руку», дополнительно символизируя затхлость системы, устройство которой поневоле проецируется на государство, состоящее из подобных городков. То есть мысли, что где-то «за воротами» существует жизнь, протекающая по иным законам, даже не возникает.

Сцена напоминает гигантский складень, с нотным станом, испещренным нотными знаками, которые выполняют функции окошек. Из них выглядывают поющие хористы. В спектакле много анимации: здесь и вырастающие на глазах «потемкинские деревни», так и не построенная из-за казнокрадства церковь, вызывающие ужас и омерзение у Городничихи огромные крысы…

Заторможенный и даже застенчивый Хлестаков (Александр Кудренко) «стрижет» дивиденды не по умыслу, а по обстоятельствам. Он безынициативен и трогателен. Громогласная же Городничиха в интерпретации блестящей характерной актрисы Ульяны Фомичевой непривычно неоднозначна. Неоднозначен и финал с рождающимся у Марьи Антоновны (Нина Петровская) младенцем. То ли это новоявленный ревизор, то ли надежда на всеобщее обновление…

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter