Рус
Eng

Сплошная порнография

Сплошная порнография

Сплошная порнография

15 октября 2007, 00:00
Культура
Сергей СОЛОВЬЕВ
Сплошная порнография

Лично я очень переживаю за психику нашего министра культуры Александра Соколова. Когда один только вид целующихся милиционеров (в одежде и среди поэтичных русских берез) вгоняет его в бешенство и заставляет залиться краской стыда за Родину и Третьяковскую галерею, что же с ним произойдет, если вдруг наш экс-директор консерватории увидит в кино постельную сцену и, упаси Бог, совершенную не в целях детопроизводства. Полетит тогда весь «Мосфильм» вверх тормашками. И уже не помогут, как в случае с Третьяковкой, разные отговорки и оправдания типа: недосмотрели, исправим, уберем.

Понятно, что милиционерам негоже целоваться при исполнении. Но и чиновнику нужно понимать, с кем имеешь дело – группа «Синие Носы» (художники Вячеслав Мизин и Александр Шабуров) не первый год известны в галерейной среде как эдакие шуты арт-сцены. Притом прославленные на весь мир. Они передергивают газетные клише, навязчивые стереотипы и нелепые метафоры, доводя их до абсурда. Кто говорил о русской духовности и братской любви? Получите – стражи порядка подают пример в фотокартине «Эра милосердия». Кто утверждал, что у нас насквозь народный президент? Вот вам композиция «Ребята с нашего двора», где парни в трениках отплясывают гопак в масках с лицом Путина. Выставлялись эти вещи сотни раз, сотни раз перетирались в прессе и в каталогах, в том числе и на зарубежных выставках. И то, что министр вдруг открыл их для себя в качестве мишени для стрел праведного гнева, не прибавляет ему очков.

Вячеслав Мизин в комментарии «НИ» резонно заметил: «Удивил не запрет на картину, а то, как маргинально мыслит министр культуры. Он нашел в ней только один ракурс – хотя доктору музыкознания стоило бы помнить о многозначности любого произведения. В итоге нас, художников, загоняют в маргинальное стойло и на собственном примере показывают то, над чем мы иронизировали, – штампы и клише».

Относиться к произведениям Мизина–Шабурова можно по-разному. У друзей где-нибудь на рублевской кухне господин Соколов мог бы обложить их еще и покруче. Но когда из уст высокопоставленного лица в качестве официального заявления вылетает фраза «та самая порнография, которая была на биеннале в Венеции», поневоле хочется уточнить две вещи. Во-первых, какая такая порнография? Видимо, где-то в министерских кулуарах соколовские юристы давно уяснили, что есть запретное порно, а что – дозволенная эротика, но нам, смертным, так и не потрудились объяснить. По слухам, некие директивы на этот счет выйдут только в ноябре. Во-вторых, что министр имеет против Венецианской биеннале? Если речь идет о 51-м смотре, где Мизин с Шабуровым действительно принимали участие, то, опять же никаких беззаконных действий там они не совершали. Александру Сергеевичу стоило бы немедленно отправиться в Венецию, пока там еще работает, например, английский павильон. Вот бы он насмотрелся прелестей главной британской художницы Трэси Эмин – милицейский поцелуй поблек бы на фоне летающих членов и влагалищ. И этот павильон – один из главных претендентов на «Золотого Льва».

Повторю еще раз – к современному искусству можно относиться по-разному. Но когда чисто личная неприязнь чиновника становится поводом для прилюдной порки серьезного музея (а музею, конечно, ничего не остается, как, стиснув зубы, сносить унизительные удары – ведь он на министерском бюджете), когда в министерстве действуют двойные стандарты (дома – хоть жесткий секс в латексе, а во Францию изволь надеть кокошник), когда таможня становится последним органом цензуры – это и впрямь порнография. В греческом смысле этого слова – «непристойное писание», то, что явно не пристало делать государственным мужам.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter