Рус
Eng
Актриса и певица Наталья Рожкова

Актриса и певица Наталья Рожкова

15 мая 2014, 00:00
Культура
Елена ЧАЛЕНКО
Театр «Около дома Станиславского», у которого в этом году юбилей, можно сказать, широко известен в узких кругах. Но на самом деле эти круги не так уж узки. У этого театра есть поклонники, которые посещают все спектакли не по одному десятку раз. Иностранная публика замирает от восторга и приглашает на все новые и новые

– Наталья, как вы, эстрадная киевская певица, оказались в уникальном камерном театре Юрия Погребничко?

– В течение десяти лет я вела замечательную эстрадную жизнь. Закончила я харьковское музыкальное училище, потом поступила в киевское эстрадно-цирковое. Пела на эстраде, побеждала в разных конкурсах. В 1980-м на всесоюзном конкурсе артистов эстрады стала лауреатом первой премии, потом поехала на Братиславскую лиру, получила диплом ЮНЕСКО. Работала в киевском мюзик-холле… А потом стала писать стихи. И не столько на бумаге, сколько напевала сразу. Выпустила одну пластинку с эстрадными песенками, она пользовалась успехом. А потом написала совсем другие стихи – кричалки, плачи – и попросила московского композитора Глеба Мая написать на них музыку. Так вышла вторая моя пластинка, аудитория у нее была уже несколько другая, совсем не такая обширная. И существовала я, тоскуя по чему-то необычному. И тут мне позвонила Лилия Загорская, моя подруга, с которой я вместе училась в Киеве и которая уже к тому времени была актрисой театра Юрия Николаевича Погребничко и его женой. Она предложила мне приехать, спеть пару романсов для спектакля «Три сестры». Так я попала в Москву, работать в которой раньше боялась. И в этом театре я осталась навсегда.

– Как вы поняли, что это именно то, чего вам не хватало в жизни и творчестве?

– Потому что это действительно место необыкновенное. Главное здесь – личность самого Юрия Николаевича, его способ работы с актерами. Здесь его мир, с которым ты «сплавляешься», и тебе там хорошо.

– Кстати, почему ваши спектакли так любят за границей? Разве иностранцы понимают что-то в нашей русской тоске?

– Они очень хорошо все понимают. Но что мне очень нравится, что они не пытаются найти в наших спектаклях что-то особенное, не анализируют их. Они смотрят их так, как человек может смотреть на то, как плывут облака. На огонь или воду… Люди могут долго смотреть на это, не отрываясь, и никогда не скучают. И в наших спектаклях есть что-то такое, необъяснимое. В других театрах – своя другая история, а зритель этого театра, если он, придя сюда, находит свое пространство, то он сам приходит потом и пять, и десять раз, и потом приводит своих друзей.

– В вашем театре и костюмы словно отдельные персонажи? А кто художник в «Около»?

– У нас был совершенно необыкновенный художник – Юрий Кононенко. Юрий Николаевич Погребничко учился с ним в молодости. И очень долгое время Кононенко делал декорации ко всем спектаклям. Как он мог оформлять пространство! Получалось, как в моей любимой «Сказке сказок» Норштейна. Художник был потрясающий, и вот на его волне театр продолжает жить и сегодня. Некоторые наши старые спектакли идут с тогдашними декорациями. Для новых рисует эскизы и делает костюмы Надежда Бахвалова. Она, конечно, делает их по-своему, но все-таки старается не потерять настроения Юрия Кононенко и самого Погребничко, конечно.

– Кажется, что когда поете, то вы совершенно не защищены, открыты зрителю...

– Да, я не умею закрываться от зрителя. Когда я работаю, я, естественно, открываюсь человеку, который приходит в зал. Он видит это и тоже открывается навстречу, и это нам позволяет дышать вместе, в унисон.

– Когда вы почувствовали, что станете певицей?

– Из детства мне сразу вспоминается картинка: степной город Оренбург, жаркое лето, бабушка Зина приехала ко мне из Подмосковья, она ведет меня за ручку, мне четыре года, и я громко-громко на всю улицу пою: «Огней так много золотых на улицах Саратова»! Тогда только вышел фильм «Дело было в Пенькове»… Так что я всегда пела: и в детском саду, и в школе, везде-везде.

– Вы исполнили роль певицы в сериале «Ликвидация» и на встрече с режиссером Урсуляком сказали: ну вот, жизнь моя изменилась, теперь люди меня узнают. А не было желания использовать эту историю как трамплин, начать выступать в больших залах?

– Ну, так и есть, теперь, когда заходит речь об актрисе Рожковой, говорят: «Это певичка такая эстрадная была, еще в «Ликвидации» пела». И сразу все узнают. Я хотела, может, и большие залы собирать, и популярной быть. Только мало одного желания, нужны силы, средства, возможности. Недавно у меня был творческий вечер в «Доме актера». Но это было, по ощущению, будто позвал гостей в воскресенье, в хороший день, чтоб попеть какие-нибудь песенки и что-нибудь вспомнить.

– В Интернете выложили клип на вашу песню о пожилых актерах?

– Клип? Я просто песню записала. Это, наверное, кто-то из поклонников постарался, видеоряд записал. Считаю, что помощь пожилым актерам – вещь необходимая, хотя обычно им рассчитывать приходится только на себя.

– Наталья, когда у вашего театра наконец появится полноценное помещение?

– Хотелось бы уже что-нибудь построить. Так получилось, что десять лет театр без сцены. Но каждый раз приходится заново собирать документы: то бумажки не хватает, то запятой в ней. И все это крутится бесконечно. Но мы ждем и надеемся.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter