Рус
Eng

Почувствуй себя королем

Почувствуй себя королем

10 ноября 2014, 00:00
Культура
МАЙЯ КРЫЛОВА
Гастроли ансамбля старинной музыки «Цветущие искусства» прошли на Новой сцене Большого театра. Французские гости привезли программу «Рамо, мэтр танца». Это «балеты с пением», созданные композитором Жаном-Филиппом Рамо в эпоху барокко.

Барочный ансамбль Les Arts Florissants («Цветущие искусства») назван его основателем, клавесинистом и дирижером Уильямом Кристи, в честь старинной оперы Шарпантье. С момента создания оркестра (1979 год) он играет на исторических барочных инструментах. «Цветущие искусства» называют эталоном аутентичного исполнительства. Погружение в старинность, которому немолодой уже Кристи до сих пор предается с детским воодушевлением, завоевало множество сторонников, хотя противники тоже есть: мол, мы не можем доподлинно знать, как музицировали предки триста лет назад. Как будто дело аутентистов именно в этом – рабски подражать умершему былому.

На самом деле тут другая история. Аутентичный оркестр подобен осуществленной утопии. Это современный маскарад в древних костюмах, радость открытий, счастливый культ прошлого, интересный настоящему. Ни грамма фанатизма и формальной археологии, но пленительная культурная игра. Что не исключает, а, наоборот, требует точного исторического знания стилей и приемов.

Две цитаты Кристи – «Поездка в Большой театр – все равно как полет на Луну» и «Мы будем смотреть музыку» – определили уровень и эстетику вечера. «Цветущие искусства» привезли два редко звучащих произведения Рамо, которые дирижер – после долгого забвения – возродил для широкой публики.

Рамо сочинил виртуозные безделушки для развлечения Людовика XV в его охотничьем замке Фонтенбло. Хореографические костюмированные представления «Дафнис и Эгле» и «Рождение Осириса» давались в интимной обстановке, вне официального монаршего протокола, для узкого круга – королевского двора. И всеми – и автором музыки, и слушателями – воспринимались как завуалированное славословие власти. Героическая пастораль 1753 года («Осирис») прославляла рождение царственного ребенка, будущего короля Людовика XVI, опера-балет «Дафнис» (1754) аллегорически воспевала страсть Людовика XV и маркизы де Помпадур.

Впрочем, роялистские детали не взволновали режиссера Софи Данман. Точно так же, как хореографа Франсуазу Деньо мало трогало соответствие поставленных ею танцев эпохе Рамо, а создателя костюмов Алена Бланшо не интересовало, похожи ли его легкие, простонародные женские платья на тяжелые, широкие, длинные юбки, в которых дамы танцевали балеты при дворе. Соавторы не поддержали строгость аутентизма Кристи, создав свой, не барочный, а реалистически-вольный образ XVIII века. Спектакль пространственно связан с оркестром, находящимся тут же, на сцене. И он, как музыка Рамо, наполнен торжественной и в то же время простодушно-наивной чувственностью.

Из двух историй – про Озириса и Дафниса – Данман сделала своеобразную дилогию. В «Дафнисе» бродячая труппа актеров разыгрывает историю об идеальных влюбленных, которые не знали, что они не просто друзья, пока Амур с бумажными крыльями не открыл паре глаза. Доставая из деревянных ящиков немудреный реквизит, сопрано и тенор-альтино объясняются друг с другом на фоне сарабанды, жиги и гавота, выплясываемых восхищенной толпой. Во втором балете поют те же исполнители, но героиня ходит с большим животом, а в финале рожает Озириса, появление которого на свет (из ложи театра) провозглашает бог Юпитер. Амур и Грации снова ликуют от души, в то время как простые пастухи и пастушки могут испытывать томление и грусть. Мифологический флер совершенно не мешает человечности: в конце концов, все понимают, что такое счастье взаимной любви или рождение ребенка – и короли, и пейзане из пасторали, и современные зрители.

Хореограф Деньо предоставила танец, местами далекий от барокко. Конечно, она читала – и использовала – старинные хореографические трактаты по записи па, которые при Бурбонах в обилии печатались во Франции. Конечно, и тезис искусства той эпохи – «изящество как добродетель» – служил хореографу путеводной звездой. Но комбинации движений менуэтов и контрдансов отдают гораздо более поздним временем (скорее романтическим балетом XIX века), а партия босого Амура отсылает к неоклассическому танцу. Это понятно: небожители не могут двигаться, как люди.

Оркестр Кристи, приезжающий к нам в четвертый раз, как всегда – порадовал: серебристое журчание клавесина, грохот металлического листа, изображающий гром, нежное жужжание барочного фагота, певучий шарм виолы да гамба (барочная виолончель) и специфический мюзет, французский инструмент, со звуком как у шотландской волынки. Идиллия – редкий гость в современном искусстве. Это поистине королевская роскошь. Кристи и его «Цветущие искусства» дали публике возможность – через музыку – почувствовать себя королями. А знаете, приятное было чувство.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter