Рус
Eng
"Петь не умею, но попробую" (репортаж с поминок Иосифа Кобзона)

"Петь не умею, но попробую" (репортаж с поминок Иосифа Кобзона)

4 сентября 2018, 11:42Культура
Весёлые поминки - это лучшая память об артисте, который умел и погулять, и угостить, и повеселиться.

«Да, погиб, погиб, но мы-то живы!» (Михаил Булаков, «Мастер и Маргарита») - такой эпиграф предпослал своему посту о поминках по Иосифу Кобзону журналист Феликс Грозданов:

Поминки по Иосифу Кобзону были назначены в дважды символичном месте.

Во-первых, гуляли ниже уровня земли, где находится теперь, увы, и прославленный певец, - в неизвестном мне прежде гигантском банкетном зале.

Во-вторых, дело было возле бывшей гостиницы "Украина". Ведь и легендарный исполнитель родился на Донбассе, который сейчас тоже юридически вроде пока Украина, а по факту и уже не совсем.

В зале на 600 мест собрался весь отечественный бомонд - от пришедшего на траурное мероприятие с густо подведенными глазами и юным спутником пародиста Александра Пескова до всегда зачем-то кричащего Владимира Жириновского, призывавшего признать покойного "великим гражданином всей Земли". Вспомнился роман "Мастер и Маргарита", где после известия о гибели Берлиоза кто-то "суетился, кричал, что необходимо сейчас же, тут же, не сходя с места, составить какую-то коллективную телеграмму и немедленно послать её". Но, как говорится в той же книге Булгакова, "погиб он, и не нужна ему никакая телеграмма. Все кончено, не будем больше загружать телеграф" "

У нас сегодня подчеркнуто светское мероприятие", - пояснила ведущая торжественного вечера Яна Чурикова и просила не увлекаться постами в социальные сети, ибо "не то событие, чтобы хвастаться". За щедро накрытыми поминальными яствами и питиями столами с подобающей поминкам по еврею православной кутьей было не только много монашек, но и ортодоксальных евреев, муфтиев.

Иосиф Кобзон в последний раз собрал всех, с кем был дружен, общался, кому помогал. И угостил всех напоследок так, что поминальный банкет по размаху можно было бы сравнить с недавним юбилеем миллиардера Михаила Гуцериева в Кремле, когда от обилия омаров и устриц тошнило. Горы черной и красной икры, семги, осетрины, отбивных, "Мимоза", оливье, еврейский форшмак, маринованные грибочки, баклажанная икра, арбузы и персики очень хорошо шли под виски и элитные коньяки, дорогую водку, морс или итальянскую минеральную воду, как в моём случае.

Тон вечеру задал Полад Бюль-бюль оглы. "Давайте не будем сегодня скорбеть, а проведём этот вечер так, будто Иосиф с нами", - предложил артист и чиновник.

Так всё и пошло. И гости, поначалу сидевшие со строгими, кислыми лицами, расслабились, выдохнули, разгулялись! Как писал все тот же писатель-земляк Кобзона, "взметнулась волна горя, но подержалась, подержалась и стала спадать, и кой-кто уже вернулся к своему столику и – сперва украдкой, а потом и в открытую – выпил водочки и закусил. В самом деле, не пропадать же куриным котлетам де-воляй? Чем мы поможем Михаилу Александровичу? Тем, что голодными останемся? Да, погиб, погиб, но ведь мы-то живы!" Вот и накативший за упокой души друга по сцене и синагоге Александр Розенбаум а-капелла спел "По чарке", которую часто исполнял в компаниях дуэтом с Кобзоном. Но это было трогательно и уместно. "Не надо мне гитару, я так", - пояснил певец.

Олег Газманов заёег хитом про "Москва, звонят колокола", а потом решил спеть до кучи и "Офицеров". Лев Лещенко под аккомпанемент Левона Оганезова предложил гостям хором спеть "Надежду". Клара Новикова пояснила всем: "Да, я люблю выпить" и пошла каламбурить в духе "У каждого свой резон, у каждого свой Кобзон".

Представители землячества Донбасса, политики и спортсмены рвали друг у друга микрофон, заранее извиняясь: "Петь не умею, но попробую". Звучали тост "За любовь!", "За прекрасную Нелли Кобзон", за детей и внуков, звенели бокалы... За образование и ирригацию Узбекистана, как в романе "12 стульев", к счастью, не пили - поводов и без того хватало. Легендарному диктору Светлане Моргуновой, правда, хватило пары бокалов красного, и потом 78-летнюю звезду увели под руки.

К середине вечера за столами курили, делали селфи на фоне портрета покойного, в голос хохотали и клали в сумки бутылки, которые не успевали носить официанты. Какая-то неопрятная дама громко кричала, что она "тайный Советник Путина". С полным ртом черной икры она назойливо предлагала всем выпить "за счастливое будущее нашего Донбасса в составе России". И обещала после банкета немедленно выехать в Ново-Огарево на экстренное совещание к президенту. Видимо, там не начинали, ждали, пока поминки закончатся. А потом спохватилась и приказала всем сидящим рядом накрыть "виски или что там у вас налито" куском хлеба - мол, не знаю, как у евреев, а у нас, христиан, так принято.

Долина и Бабкина, Малышева и Петросян, Хазанов и Бутман скорбели так искренне, что официанты с ног сбились, подкладывая им и подливая.

Наверное, такие весёлые поминки - лучшая память об артисте, который умел и погулять, и угостить, и повеселиться. Он смотрит сверху и улыбается, видя, как светло отмечают его уход.»

Оригинал здесь

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter