Рус
Eng
Жизнь на колесах

Жизнь на колесах

4 апреля 2012, 00:00
Культура
Сергей СОЛОВЬЕВ
Масштабный смотр «Фотобиеннале-2012» достиг кульминации: в Центральном Манеже открылось около десятка проектов из разных стран и разного художественного уровня. Вместе с тем заявленная организаторами тема «Америка» (к Году США в России), наконец, получила реальное воплощение. Правда, основная пятерка американских выста

То, что для американцев дорога и машина – некий культурный символ, а не средства передвижения из пункта А в пункт Б, стало понятно еще в ХIХ веке, когда американские пейзажисты все как один пустились в поездки по прериям. Американский ХХ век уже невозможно представить без художественного взгляда из автомобиля. В Европе, например, такого «дорожного движения» среди живописцев не наблюдается. Оно и понятно – слишком пестрый ландшафт, слишком много национальных наслоений: пока доберешься от Польши до Испании, проживешь десяток жизней. В Старом Свете со времен пилигримов больше практикуются пешие прогулки. Про Россию и говорить нечего: дай бог, километр проехать и не застрять на ухабе. У нас лучше спокойно постоять на месте, окинув окрестный ландшафт взором, затуманенным слезами умиления.

Чего-чего, а умиления от родных просторов в американском фото не встретишь. Одна из первых выставок биеннале сразу задала тон автомобильной специфической романтике. В очень парадоксальном ракурсе. Классика жанра – Ли Фридландер «Взгляд из машины» (с 1992 года) – бесконечное число черно-белых пейзажей, сделанных изнутри любимого авто. И в данном случае автомобиль выступает как соавтор: в его стеклах отражается то, что невидимо «невооруженным» глазом – физическая и духовная пустота ландшафта, которая поглощает человека, страхи и комплексы Нового Света. Словно ветровое стекло превратилось в линзу, направленную на мир насекомых-сограждан.

На постере к манежным выставкам красуется розовый автомобиль из серии Эндрю Буша «Векторные портреты», начатой в 1989 году. Прием тоже довольно банален: простаивая в пробках на автострадах Лос-Анджелеса, художник фиксировал «соседей» – тех, кто попадал в объектив его камеры, прикрепленной к дверце машины. Получались своего рода натюрморты – человек в железной коробке. «Железный конь», само собой, похож на хозяина – у них общий характер и общий путь (в прямом и переносном смысле).

Настоящей пародией на артистический подход Буша выглядит проект Джона Рафмана «Девять глаз Google Street View». Там также действует камера, прикрепленная к автомобилю. Только в отличие от бушевской, она снимает все подряд без разбора в разных городах мира (так компания Google создает свои интерактивные карты). Просматривая бесконечное количество уличных видов, Рафман выбрал те, где пулеметная очередь съемки «подстрелила» нечто странное и цепляющее. Неожиданно в объектив попал мужчина с пистолетом в руке, явно намеревающийся сделать нечто нехорошее. А вот проститутка демонстрирует потенциальному клиенту свои формы. Здесь – семейный скандал, тут – хичкоковская атака чаек, а там – сидящий инопланетянин (некто в костюме). Только тогда и понимаешь, что нет ничего безумней обыденной реальности.

Еще один пример буквального слияния с «железным конем» – довольно претенциозный проект Гонсало Лебриха «Тостер R75/5». Тостером в данном случае названы две пластины мотоциклетного бака – именно через них заядлый байкер решил взглянуть на окружающий мир. Этот мир, само собой, поплыл, помутнел, но все же сохранил все признаки типично американской глубинки. Не сказать, чтобы тостерные пейзажи особенно вдохновляли зрителя: куда как больше здесь про любовь к мотоциклу, чем к родным (по большей части скучным) просторам.

Между тем главной и лучшей выставкой об Америке в пути оказался знаменитый проект Стивена Шора «Удивительные места» (серия была опубликована в 1982 году). В названии уже заложена уорхоловская ирония: места, запечатленные Шором, до боли обыденные, банальные, лишенные всяческого характера. Будь это виды заправок или стандартной комнаты в мотеле, они словно погружены в летаргию. За попсовой банальностью мотивов и сюжетов, как в картинах Эдуарда Хоппера, вдруг возникает какая-то зловещая мистика. Поп-арт (а Шор – выходец из «Фабрики») словно вывернут наизнанку. Никакой тебе эйфории от бесконечных просторов – всегда утыкаешься в стандартный двор панельного дома, радость «общества равных возможностей» превратилась в тоску одиночного потребления. Впрочем, социальной критики здесь не больше, чем в любом кадре путешественника: ведь нет более несчастного существа, чем человек в дороге.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter