Рус
Eng
Актриса Ольга Яковлева

Актриса Ольга Яковлева

1 марта 2012, 00:00
Культура
ЛАРИСА КАНЕВСКАЯ
Народная артистка РФ Ольга ЯКОВЛЕВА внимательно следит за политической и социальной ситуацией в стране и в интервью «Новым Известиям» более чем детально обосновывает свои претензии к руководству и к кандидатам в президенты.

– Ольга Михайловна, как вы воспринимаете современную политическую ситуацию в стране? Насколько вы, как сейчас говорят, в теме, следите ли за этим?

– Слежу. Не очень радужная ситуация, несмотря на все обещания. Обещания-то нормальные, но я все время думаю, что если все это так нетрудно сделать, то почему же это не делалось раньше? За эти годы можно было бы авиапромышленность восстановить заново, а не то, что упорядочить чиновничество, которое тем временем все разрастается. Заходишь в поликлинику, а там уже новые бюллетени, которые нельзя складывать, сворачивать, мочить в воде. Раньше они на гербовой были бумаге, а сейчас надо так аккуратно заполнять, что у той, которая это делает, трясутся руки. Зачем этот новый документ, кому мешал старый? Опять вкрадывается мысль, что для «распила» денег. Что касается общей ситуации, то я не знаю, не вижу лидера, которому бы я всецело доверила страну. Я вижу, что дело не в честных выборах, а во всеобщем желании власти.

– Как вы относитесь к тому, что многие кандидаты в президенты окружили себя медийными доверенными лицами?

– Я не против участия деятелей искусства в выборах, но как-то мне представляется это несерьезным. Господин Путин, к примеру, слывет загадочной и скрытной персоной, так какое же доверенное лицо может быть настолько осведомленным, чтобы быть в курсе целей и мотивов его поступков, чтобы своим медийным имиджем влиять на выбор электората? Но, как говорится, «вольному – воля, спасенному – рай». Одно доверенное лицо сбежало с дебатов по ТВ, другое ославили тем, что не поверили в искренность намерений. Некоторым кандидатам в президенты не помешали бы профессиональные имиджмейкеры, которые научили бы перед камерой хотя бы не сыпать готовыми клише. Меня как избирателя надо хотя бы умно обмануть. Один кандидат обещает нам «обустроить» Россию: «Не индексировать пенсию, чтобы в стране была стабильность, иначе внуки этих пенсионеров вообще никакой пенсии получать не будут…» В этот момент от господина Прохорова отвалился весь пенсионный электорат. И еще меня поражает: почему-то люди сегодня добровольно начали своего работодателя называть: «хозяин», «шеф», «босс», «барин», то есть сами себя определяют в слуги…

– Крепостное право отменили всего лишь полторы сотни лет назад, это, по-видимому, слишком маленький исторический срок…

– Нет, это все результат изменения формации. Что строили, никто не определял, а в результате построили феодализм или крепостничество. Плюс отсутствие того образования, которое все-таки было при власти Советов. Грамоту, по крайней мере, знали все. Была читающая страна, а сейчас и грамоте не обучена. Люди живут без воды, без газа, без коммуникаций, а Москва поет, шутит, танцует и ловит сомнительные удовольствия в «Черных комнатах» и «Стеклянных домах» («Дом-2» и т.п.). Шоу-бизнес развлекает нищую страну. Россиянам стал изменять вкус, да и о скромности совершенно забыли. Распространяется определенный стиль холуйства, потому что нищета и зависимость от власть предержащих давит на психику, давит на достоинство…

– Как вернуть людям достоинство?

– Дать им свободу и не унижать!

– Так вроде вот она, свобода: твори, что хочешь, а в советское время была цензура, комиссия могла «зарубить» спектакль или фильм…

– Я раньше не чувствовала унижения. Партийная верхушка отдельно жила, а мы отдельно. И конечно, противостоять идеологии – это более достойное дело, нежели понимать, что сейчас все зависит от количества денег. Это унизительный расклад…

– Что сегодня вас раздражает и унижает?

– Когда продают гостиницу «Украина» в частные руки, я ничего не имею против, собственник есть собственник, значит, есть деньги. Правда, встает вопрос: откуда деньги на такие приобретения?! Гостиницу строило государство на бюджетные деньги, а потом в одночасье кто-то это приобретает. Но у меня сегодня возражение другого порядка. Я не против того, чтобы люди стали богаче и, может быть, ответственней за хозяйство. Но почему вместе с этим приватизируется и гастроном «Украина», в который ходили жители всего Дорогомиловского района, и гастроном исчезает? По всему району теперь вместо продуктовых магазинов «Вологодское масло», «Хлеб», «Молоко», «Кулинария», бывших в шаговой доступности и которые нельзя было перепрофилировать, мы теперь имеем «Элитные букеты», «Элитные лестницы», «Элитная плитка», «Элитные двери», «Люстры». Я теперь ничему не верю. И к тому же я не ем на завтрак лестницы и двери, не рассылаю элитные букеты по всему свету, элитными люстрами я тоже не пользуюсь, в лучшем случае меняю энергосберегающие лампочки. Мне ежедневно не нужна «Оптика из Европы», зато иногда требуется починка обуви, которую теперь нужно выбрасывать потому, что чинить негде. Почему префектура Западного округа в течение двенадцати лет позволила себе перепрофилировать все продовольственные магазины? Что это за приватизация такая? Она направлена против жителей целого спального района «Дорогомилово». По утрам можно видеть, как пожилые люди выходят из домов с сумками на колесах и отправляются на окраины за продуктами в супермаркеты, где лучше выбор и более резонабельные цены, чем в оставленном нам магазине шаговой доступности «Азбука вкуса» и Евроцентр. Я не могу покупать апельсины по 300–400 рублей за килограмм по причине того, что мой пятидесятилетний труд оплачивается пенсией в размере ниже прожиточного минимума, да и вообще не могу понять, почему фрукты должны стоить дороже мяса?

– Ольга Михайловна, давайте отвлечемся от злободневных тем и поговорим о театре. Анатолий Эфрос всегда делал людей на сцене красивыми, благородными. Как бы он отнесся сегодня к современной драме? Что бы сегодня ставил?

– Мне кажется, что его это никак бы не задевало. Он бы посчитал это бузой и продолжал ставить свои спектакли. У него были свои определенные привязанности к Булгакову, Чехову, Шекспиру, Мольеру… За него трудно отвечать, я – не его доверенное лицо…

– А что вам сегодня кажется «бузой», что не нравится в современной культуре?

– Отсутствие этой самой культуры, отсутствие и отрицание общепризнанных авторитетов, пошлость, подмена процесса трюками и механикой, отдаленность от человека и некое головное умствование и вседозволенность, отсутствие интересных личностей, эклектичность и сплошные развлечения вместо искусства…

– Театры тоже сегодня кинулись развлекать…

– И испортили публику. Очень плохо, что не только попса, но и театр приложил к этому руку. И все равно, если с публикой серьезно разговаривают, она начинает откликаться, лица светятся.

– На кого вы ходите в театр или на концерт?

– Можно ходить на Фоменко, на Туминаса, на Гинкаса, на Яновскую, на Женовача, в театр РАМТ, на концерты Спивакова, в консерваторию. Слава Богу, есть куда и есть на кого.

– Кто из современных молодых режиссеров вам интересен?

– Видела несколько спектаклей Богомолова. Не могу, правда, сказать, что меня порадовала его «Чайка», скорее шокировала. Зачем переписывать классиков? Какое ты право имеешь так поступать с авторами? Легче написать свой текст, чем ломать Чехова через колено…

– А что вы читаете, какие авторы вам сегодня интересны?

– В основном я сейчас читаю мемуаристику и поражаюсь, через какие жернова проходили люди, не теряя при этом человеческого достоинства. Недавно Инна Соловьева выпустила блокнотные записки Владимира Саппака – начало режиссуры Ефремова, Эфроса, Львова-Анохина. Как они разговаривали друг с другом, как они относились друг к другу, как они начинали строить театр… Это такое увлекательное чтение! Побольше бы такого и в жизни, и в театре.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter