Рус
Eng
Кто борется за "Норебо"

Кто борется за "Норебо"

16 сентября , 18:34
Бизнес
Один из наиболее драматичных процессов для российского бизнеса, разворачивается в Высоком суде Лондона — это так называемое “дело “Норебо” — схватка за долю в крупнейшей российской рыбопромышленной компании из Мурманска.

Иван Петровский

“Дело “Норебо” выделяется из общего ряда судебных споров, которые ведут в английских судах российские бизнесмены. На кону - развитие всей рыбной отрасли страны, которая наиболее пострадала от криминальных захватов и разборок в 90-х. Кроме того, сам судебный кейс изобилует большим числом загадочных деталей, не разгадав которые невозможно объективно оценить всю ситуацию, приведшую в суд двух некогда друзей — Виталия Орлова и Александра Тугушева, отмечает Независимая газета.

Впрочем, подробно суть конфликта описал Forbes, а мы остановимся на основных этапах.

Виталий Орлов и Александр Тугушев окончили Мурманскую Высшую Мореходку. В середине 90-х Тугушев открыл небольшую рыболовецкую компанию с несколькими советскими морозильными траулерами, а Орлов устроился в шведскую фирму, которая покупала рыбу у российских моряков и с выгодой перепродавала их в Норвегию и другие страны. Одним из поставщиков рыбы для Орлова стала и фирма Тугушева.

В 1997 году Орлов вместе со своим норвежским партнером Магнусом Ротом заргестрировали компанию Ocean Trawlers, а в 2001 году вместе с Тугушевым учредили российскую компанию «Альмор Атлантика», в которой Тугушеву принадлежало около 15%.

В сентябре 2003 года Тугушев решил оставить бизнес ради карьеры чиновника — распоряжением премьер-министра Михаила Касьянова, как сообщал “Финмаркет”, он получил пост замглавы Госкомрыболовства. В соответствии с российским законодательством и поэтому оформил сделку по продаже своих акций Роту и Орлову.

Приход Александра Тугушева в госорганы совпал с реформой рыбной отрасли. В правительстве тогда решили отказаться от прежнего распределения квот на вылов рыбы — 40% продавалось через федеральные аукционы, а 60% распределяли в Москве по представлению региональных властей. Такой порядок вылился в тотальную коррупцию на местах, сопровождавшуюся кровавыми войнами в отрасли, отстрелом бизнесменов и чиновников. В связи с этим карьера высшего госчиновника Тугушева оказалась краткой. И с некрасивым концом. Уже в июне 2004 года, как пишет “Коммерсант”, чиновник оказался за решеткой после масштабной операции ГУБОП Москвы — 150 оперативных сотрудников одновременно провели обыски и аресты по 15 адресам в рамках дела о вымогательстве взятки у фирмы «Поллукс» из Хабаровского края. Как сообщает издание, по версии следствия, владельцы “Поллукса” обратились к Тугушеву с просьбой помочь получить им квоты на вылов 50 тысяч тонн минтая. Из-за изменения порядка распределения квот их бизнес оказался под угрозой — по “историческому принципу” молодая компания с Дальнего Востока никак не могла претендовать на объем рыбы, необходимый им для возврата кредита за два купленных траулера.

Тугушев, согласно данным следствия, попросил за свои услуги $3,7 млн — половину наличными, половину переводом в латвийский банк, писал “Коммерсант”. Когда “Поллукс” в итоге своих квот так и не получил, его владельцы потребовали вернуть деньги. В ходе следствия статью за вымогательство взятки заменили на «мошенничество». В феврале 2007-го Тугушев был приговорен к 6-ти годам лишения свободы, констатирует “Коммерсант”.

Этот эпизод еще сыграет важнейшую роль в лондонском деле “Норебо”, но идем дальше. Освободившись, Тугушев пытался начать собственный бизнес, но, судя по происходящему, потерпел неудачу. Бизнес же Орлова, благополучно рос все время отсидки. И тот взял товарища на роль своего консультанта, которую Тугушев исполнял до 2013 года.

Последние 15 лет стали для “Норебо” периодом бурного роста — компания скупала рыболовецкие фирмы на Дальнем Востоке и Северо-Западе, делая ставку на покупку компаний с крупными размерами рыбных квот, что видимо и стало причиной претензий, приведших в итоге в суд Лондона.

Как следует из публикаций СМИ, посвященных конфликту, Тугушев потребовал вернуть ему его долю, ссылаясь на договоренности, которые якобы существовали до его ухода на госслужбу. Орлов наличие таких договоренностей отвергал. По мнению Тугушева, Орлов должен был ему либо треть акций, либо $350 млн отступных. До начала 2016 года переговоры велись в юридической плоскости, хотя уже тогда прозвучали первые угрозы.

В ноябре 2015 года, как пишет издание “Информ-24”, юристы, представлявшие интересы Тугушева - Артем Бегун и Павел Кротов - потребовали выполнить требования их доверителя. ”Если вы не согласитесь, то наступит уголовное преследование», - приводит издание предъявленный Орлову ультиматум.

Как писал РБК, в качестве тех, кто по просьбе Тугушева должен был “помочь решить вопрос”: “Звучали, в частности, фамилии бизнесмена Ильи Трабера, также известного как Антиквар (отвечал за контроль над морскими портами со стороны «тамбовской» ОПГ Санкт-Петербурга), а также депутата Госдумы, друга президента Чечни Адама Делимханова”. Напомним, Делимханов был фигурантом громких расследований и, как сообщал “Интерфакс”, объявлялся в розыск Интерполом после убийства братьев Ямадаевых.

Бизнесмен Илья Трабер также был объявлен в международный розыск — по версии испанских следователей, в связи с делом “русской мафии”, отмывавшей криминальные деньги на юге Испании. «Новая газета», со ссылкой на данные полиции Монако, писала, что Трабер “связан с тамбовской преступной группировкой”.

По публикациям СМИ можно легко проследить связь Кротова с Делимхановым. Как сообщало уральское агентство Ura.ru, Павел Кротов, скупал долги крупных российских бизнесменов. Судя по тому, что пишет издание, можно предположить, что схема было проста: Кротов покупал с большим дисконтом проблемную задолженность, после чего на авансцене появлялся Делимханов, и должник платил весь долг до копейки.

Адвоката Артема Бегуна “Фонтанка” называла “партнером” главы Тамбовской группировки Владимира Кумарина, что, впрочем, сам адвокат всегда отрицал.

Тугушев, к слову, не отрицал знакомство с Трабером, и, как пишет Forbes, называл его “интеллигентнейшим человеком”. Их знакомство, якобы, состоялось, когда Тугушев договаривался о кредите, чтобы выкупить у Орлова его бизнес.

И это не последний раз, когда Илья Трабер появится в этой истории.

В 2016 году Виталий Орлов консолидировал в своих руках 100% «Норебо», выкупив долю своего старого партнера Магнуса Рота. Несколько месяцев спустя Bloomberg, а за ним и Forbes официально признали мурманчанина Орлова обладателем миллиардного состояния — первый и пока единственный случай в истории российского рыбного бизнеса. Правда, неизвестно, учитывал ли Forbes кредитную нагрузку компании, которую она брала для скупки активов.

“Норебо” к тому времени представлял из себя совершенно новый тип рыбопромышленной компании из России с понятным, прозрачным “белым” бизнесом, с финансовой отчетностью по международным стандартам, с филиалами по всему миру и крупными международными контрактами. Дела Александра Тугушева складывались не так здорово — проверки о хищении акций “Альмора Атлантик” не нашли подтверждения (хотя в офисе “Норебо” прошли обыски). Сам же он, как пишет “Коммерсант”, стал фигурантом уголовного дела о вымогательстве акций компании у Орлова. И тут началось самое загадочное.

В июле 2018 года Высокий суд Лондона принимает к рассмотрению иск Александра Тугушева к Виталию Орлову, Магнус Роту и топ-менеджеру “Норебо” Андрею Петрику. Требования Тугушева прежние — $350 млн за долю в компании, сообщал Forbes. Судиться в Лондоне — дорогое удовольствие, позволить которое может себе далеко не каждый бизнесмен. Общая сумма затрат на процесс за два минувших года некоторые эксперты оценивают в сумму свыше 20 млн фунтов.

Откуда у Александра Тугушева такие средства? Кто оплачивает его расходы в английском суде? ..

Основанием для того, чтобы Великобритания была признана подходящей юрисдикцией для рассмотрения спора двух российских граждан по поводу принадлежности доли в российской компании, ведущей основной бизнес в России, стало то, что Виталий Орлов, как сообщает издание Law Society Gazette, часто посещает Великобританию и владеет двумя квартирами в Лондоне. Как можно понять из материалов дела, аргументы Орлова, что он живет в Мурманске, а в Лондон летает иногда по бизнесу и проведать своих детей, которые учатся и работают в Великобритании, суд оставил без внимания — раз бывает, значит есть основания для рассмотрения дела в Великобритании.

Но для начала Тугушеву надо было попасть в Великобританию, а сделать это было непросто. Дело в том, что британцы отказывают в выдаче въездной визы лицам, которые были осуждены по уголовным статьям более, чем на четыре года. В дело вступили юристы, которые нашли правильную лазейку.

Как пишет АПН, “операцией по вывозу Тугушева в Лондон занималась консалтинговая лондонская фирма Effective Advisors Limited, принадлежащая еще одному беглецу из России Юлию Калоеву”.

Калоев, как сообщает “Коммерсант/United Kingdom”, переехал в Великобританию еще в 2012 году, и это переезд можно назвать вынужденным бегством. До кризиса 1998 года Калоев, как рассказывал “Коммерсант”, набирался опыта, работая на руководящих позициях в ряде российских банков. Однако потеряв деньги, вложенные в пирамиду ГКО, решил пересмотреть стратегию и стал известен на рынке как руководитель инвестиционной компании “Ост Вест Групп”. По его словам, он занимался благородным делом, находя иностранных инвесторов в российские бизнес-активы, но при этом имел и собственные проекты — магазины брендовой импортной одежды.

Следующий кризис 2008 года показался Калоеву временем возможностей — активы обесценивались, их можно было выкупить за копейки. Выбор Калоева пал на “Калужский мясокомбинат” — крупное региональное предприятие с большой историей и такими же большими проблемами. Калоев купил завод, пообещав вложиться в реконструкцию. Однако управление реальным активом, возможно, оказалось бизнесмену не по плечу — реконструкции комбинат так и не дождался, а в начале 2012 года коллектив написал заявление в прокуратуру, жалуясь на многомесячные задержки зарплаты, сообщал Regnum.

В ходе проверки выяснилось, что завод по сути банкрот, деньги рабочим (а там работало 600 человек) платить нечем. При этом на комбинате висят кредиты на сумму более 1 млрд рублей (самый крупный кредитор “Сбербанк”) — эти занятые на реконструкцию деньги, как выяснило следствие, собственник вывел в кипрские офшоры, где они благополучно растворились. Калоеву, как отмечало РИА Новости, светил реальный срок и, не дожидаясь решения суда, он сбежал в Лондон.

К слову сказать, разоренный им завод был закрыт и простоял законсервированным почти четыре года, пока не был найден новый инвестор. Более 600 человек потеряли работу.

В марте 2013 года суд, как пишет РИА Новости, заочно арестовал Калоева, он был объявлен в розыск. Но, как известно, выдачи с Темзы нет. Когда Калоев, оказался в Лондоне, пошли разговоры, что его проблемы с законом связаны с политическим преследованием, тем более, что “Вести.ru” писали о том, что после того, как он уехал из России, в его квартире жил бывший топ-менеджер “Альфа-Групп” Владимир Ашурков, известный тем, что он оказывал финансовую помощь Фонду борьбы с коррупцией Алексея Навального. При этом сам Калоев в борьбе с коррупцией никогда замечен не был, но подобные публикации работали на его реноме “жертвы путинского режима” в Великобритании.

Как отмечает АПН, “Тугушеву было тоже предложено разыграть «политическую карту». В британский МИД было отправлено письмо, в котором подчеркивалось, что уголовное дело по вымогательству денег у фирмы “Поллукс” в 2004-м году было «политически мотивированным”.

Разумеется, в материалах дела 16-летней давности не найти ничего о политике. Тугушев и его адвокаты, по крайней мере, ни словом об этом не обмолвились на суде, широко освещавшемся в прессе. И даже близкие отношения с экс-премьер-министром Касьяновым, ставшим одним из лидеров оппозиции к делу не пришьешь — на момент ареста Тугушева Касьянов еще не заявлял о своих политических амбициях.

“Тем не менее, для британского МИД письмо, составленное уважаемой юридической фирмой Douglas Solicitors LLP, стало достаточным основанием, для того, чтобы признать обвиненного в мошенничестве, вымогательстве Тугушева политзэком и дать ему зеленый свет на въезд в Великобританию в начале 2019 года”, - констатирует АПН.

Но кто же те люди, кто оплачивает судебные издержки Александра Тугушева? На первых слушаниях его юристы отказывались раскрывать их имена суду. Формально, делать это необязательно. Однако после многочисленных скандалов, связанных с происхождением денег различных сомнительных личностей, в Британии стали более щепетильно относиться к таким вещам. Спонсоров надо было предъявить. И не просто спонсоров — а таких людей, к чьей репутации не могло бы возникнуть вопросов. И такие люди действительно нашлись. Первыми имена спонсоров Тугушева раскрыл Виталий Орлов. В интервью “Коммерсанту” он рассказал, что, по его сведениям, финансирование процесса ведется через зарегистрированную в ОАЭ компанию 17ARM.

Основателем этой компании, по данным, указанным на ее официальном сайте, является британский аристократ лорд Клануильям. В составе консультационного совета компании указаны экс-глава МИД Великобритании сэр Малькольм Рифкинд, пожизненный пэр Англии лорд Кен Макдональд, ранее возглавлявший британскую прокуратуру, экс-министр по безопасности и борьбе терроризмом баронесса Полин Невилл-Джонс и еще один пэр Англии — лорд Энтони Сент Джон. Эта компания осуществляет финансирование судебных дел. «Обычно мы не беремся за дела со стоимостью спорных активов менее 75 миллионов фунтов», — сообщает сайт компании.

Чуть позже эту информацию подтвердили и британские СМИ, например, The Guardian. При этом издания приводили слова экс-министра юстиции барона Эдварда Фокса, который без особого восторга говорил, что возникший в последние годы в Великобритании бизнес по финансированию судебных процессов по коммерческим делам превращают такие суды не в способ установления истины, а в бизнес для извлечения прибыли.

Виталий Орлов в том же интервью “Коммерсанту” высказал мнение, что британские аристократы со звучными регалиями в этом процессе могут быть лишь ширмой для прикрытия людей, реально финансирующих Александра Тугушева. Просто реальные спонсоры могли бы, мягко говоря, произвести негативное впечатление на чопорный лондонский суд.

Вместе с тем найти их оказалось не так сложно. “В заявлении на получение визы в 2019 году Тугушев указывает название другой компании, которая взяла обязательства по финансированию его судебных издержек — кипрская Akrostar Enterprises Ltd”, - пишет АПН. По данным реестра юридических лиц Кипра компания Akrostar действительно принадлежит 17 Arm со всеми их лордами. Вроде бы все чисто. Но есть одна деталь. По данным издания, “на момент подачи Тугушевым заявления на получение визы, спонсор Akrostar имел другого владельца. 17 Arm стала владельцем этой кипрской компанией лишь с 15 мая 2019 года. А до этого компания принадлежала зарегистрированной на Британских Виргинских островах Vismatic International Ltd”. Судя по базе данных Международного консорциума журналистов-расследователей, компания “засветилась” в так называемых “панамских бумагах”, когда были раскрыты имена тысяч владельцев компаний, зарегистрированных в офшорах. Из этих документов можно сделать вывод, что учредителем Vismatic является гражданин России Роман Спиридонов.

Опять Трабер

Про Романа Спиридонова информации совсем немного. Это непубличный бизнесмен: он не давал интервью, его фотографий нет в обширных фотобанках информационных агентств. Впервые его имя в деловых СМИ появилось в 2011 году. Как сообщал “Коммерсант”, топ-менеджеры группы компаний «Энергетический стандарт» Роман Спиридонов и Игорь Солгаев выкупили у своего работодателя завод “Самараоргсинтез” — производителя фенола и ацетона.

Сумма сделки, по данным издания, составила $100 млн (с учетом долга $60 млн). В течение нескольких месяцев партнеры купили еще два нефтехимических завода в Самарской области — у “СИБУРА” Леонида Михельсона и “Реновы” Виктора Вексельберга, образовав холдинг САНОРС.

С 2013 года начались переговоры о продаже САНОРС. О покупке было объявлено на Петербургском экономическом форуме в 2014 года. Деловые СМИ, со ссылкой на свои источники называли сумму сделки — $1 млрд. Однако сделка была закрыта лишь марте 2015-го и актив подешевел — девальвация рубля и очередной экономический кризис сыграли свою роль и в итоге партнёры, как пишет “Коммерсант”, получили на руки $300 млн.

После закрытия этой сделки пути партнеров Спиридонова и Соглаева разошлись. Как сообщала РБК, Роман Спиридонов стал миноритарным акционером Петербургского нефтяного терминала (ПНТ). ПНТ — актив со сложной судьбой. Отсюда в 1990-х из России уходили нефтепродукты на запад, превращая в миллионеров тех, кто контролировал эти поставки. На рубеже веков петербургский порт стал ареной жестокой войны за контроль над ним. Основным владельцем ПНТ сегодня является Михаил Скигин, пишет РБК — актив ему достался от отца — Дмитрия Скигина, умершего в 2003 году. Советник принца Монако Роберт Эринжер, как сообщала РБК, проводивший расследование происхождения денег российских компаний в этой стране, утверждал, что все не так, а официальных собственников “называл “номинальными” фигурами, утверждая, что система по легализации средств в Европе контролируется “русской мафией” и связанными с ней высокопоставленными чиновниками”. В истории упоминался, в частности, Илья Трабер, который в 1990-х был председателем совета директоров нефтяного терминала.

Еще одним спонсором Александра Тугушева предположительно, может быть Вадим Гуринов.

Гуринов тесно связан со всеми ключевыми героями этой истории — и с Александром Тугушевым, и с Романом Спиридоновым и даже с лордом Клануильям.

Гуринов, как пишет Forbes, начинал свою бизнес-карьеру как производитель потребительских товаров — их совместная фирма с будущим основателем торговой сети “Лента” Дмитрием Костыгиным развивала сеть по продаже турецких джинсов Collin’s, затем переключилась на продукты питания — пельмени, майонез, кетчуп. В 2003 году они продали свою компанию “Петросоюз” американцам из Heinz.

В 2003 году вышедшего из бизнеса Гуринова пригласили на работу в крупнейшую нефтехимическую компанию России “Сибур”. “Сибур” тогда принадлежал “Газпрому”, а возглавлял ее нынешний глава Российского футбольного союза Александр Дюков, до этого работавший топ-менеджером в ПНТ Скигина-Трабера.

Спустя год, как отмечает BFM, Гуринов пришел в более масштабный проект — строительную компанию «Стройтрансгаз» — это один из ключевых подрядчиков “Газпрома” с выручкой в миллиарды рублей. Гуринов занял в “Стройтрансгазе” позицию гендиректора.

Затем, по данным Forbes, Гуринов стал акционером и генеральным директором в компании “Русское море — добыча” (переименована в “Русскую рыбопромышленную компанию”). В рыбном бизнесе Гуринов пробыл недолго — около года. На тот момент РРПК была скорее бумажным проектом. Однако, начиная с 2012 года, она приступила к масштабной скупке компаний на Дальнем Востоке и на сегодня считается держателем второго по объему пакета квот на вылов, уступая лишь “Норебо”.

Но уйдя из РРПК Гуринов не утратил вкуса к рыбному бизнесу. В 2017 году он, как сообщает “Коммерсант”, учредил “Дальневосточную промысловую компанию”, специализирующуюся на вылове скумбрии и сардины на Дальнем Востоке.

С лордом Клануильямом, который выступает в роли легального спонсора в лондонском суде по делу “Норебо” Гуринов оказался связан не позднее 2015 года. Именно в этом году, как следует из раскрытия информации британских юрлиц, лорд стал советником в зарегистрированных в Великобритании фирмах Гуринова Halamar (Golden Gate) Ltd и Halamar (Chancery Lane) ltd. Какой деятельностью занимались эти фирмы — неизвестно, однако, судя по документам, можно сделать вывод, что лорд Клануильям уволился за два месяца до приобретения фирмы, помогающей в судебном процессе Александру Тугушеву.

Неясный образ будущего

В отличие от большинства дел в российских судах предсказать победителя в процессе, который идет в Лондоне, невозможно. Слишком большое количество факторов при вынесении решения находится на усмотрение судьи и важнейшей может оказаться любая деталь.

Очевидно лишь одно — сам процесс, как бы он не закончился, не идет на пользу бизнесу “Норебо” — на него отвлекаются силы и средства действующего акционера. В случае же проигрыша последствия могут быть самыми непредсказуемыми. Треть компании в руках недружественного партнера — всегда большой риск для бизнеса. А как мы видим, по завершении процесса партнер окажется не один — в дело вовлечены люди, связанные с компаниями-конкурентами “Норебо”. А это не просто риски для акционеров, но и проблемы тысяч рядовых сотрудников, обычных моряков, которые оказываются заложниками корпоративной войны своих боссов.

В процессе Тугушев выглядит лишь “фронтменом”, если уже не заложником пестрого сообщества даже не с двойным, а с тройным дном: “делегаты от криминала”, подставные лорды, сомнительные посредники. С таким набором интересантов самого широкого профиля последствия могут не ограничиться простой выплатой денег. Есть вероятность, что актив захотят растащить по кускам. А там и до печальной истории с “Калужским мясокомбинатом” не далеко. И особенно абсурдным выглядит этот запутанный лондонский процесс, поскольку “добивающийся правды” Тугушев, судя по всему, рассчитывает на британское подданство абсолютно безосновательно.

С точки же зрения развития рыбопромышленной отрасли потенциальный разгром “Норебо” мог бы стать негативным сигналом для рынка в том, что строительство большого и прозрачного бизнеса не является гарантией его безопасности.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter