Posted 6 июня, 06:43

Published 6 июня, 06:43

Modified 6 июня, 13:09

Updated 6 июня, 13:09

Новые налоги — новая эра бюджетной политики

Вместо нефти и газа — налоги. Где власти возьмут недостающие в бюджете 4 триллиона

6 июня 2024, 06:43
Фото: 9111.ру
Новые налоги — новая эра бюджетной политики
Дефицит российского бюджета не захотел останавливаться на запланированных на 2024 год 1,5 трлн и уже вплотную приблизился к 4 триллионам рублей. На фоне сокращения доли доходов от нефтегаза кабинет повышает налоги для населения и бизнеса. А если и это не поможет?
Сюжет
Деньги

Елена Петрова, Татьяна Свиридова

Российский Минфин разработал для кампании по повышению налогов в стране маркетинговую стратегию. Чтобы не заострять внимания на пустеющих у среднего класса карманах, в массы кинули лозунг о том, что прогрессивный налог исправит хромающую справедливость в обществе. Но как бы не исхитрялись госпиарщики, слона в комнате невозможно не увидеть, даже если сильно зажмуриться — в казне не хватает денег.

«Дырой» в бюджете пугали весь прошлый год. И действительно, 3 триллиона рублей — значительная сумма для бюджета с доходом чуть больше 29 триллионов рублей. Но на последующие годы власти твердо обещали сокращение дефицита. Например, на 2024 год бюджет сверстан с кассовым разрывом 1,5 триллиона. План был такой: сократить разрыв между расходами и доходами в два раза. По факту, его в два с половиной раза увеличили.

— За 4 месяца по данным федерального казначейства бюджетный дефицит составляет почти 4 триллиона рублей, при том, что предварительная оценка была чуть выше 1,5 триллионов, то есть, больше, чем в два раза. Правительство уже внесло в ГД поправки к бюджету на 2024 год. Если плановый дефицит был 0,9%, то сейчас он повышен до 1,1%. Считается, что это возникло из-за опережающего авансового финансирования по госзаказу, прежде всего, по гособоронзаказу, что последующие месяцы будут более плавными по расходной динамике, что позволит снизить инфляционное давление бюджета, — фиксирует ситуацию в моменте экономист Никита Масленников.

Нефтегазовых доходов будет меньше

Доля доходов от нефтегаза за последние пять лет сокращается, говорят одни эксперты, и приводят цифры. За 12 месяцев 2022 года в бюджет от продажи газа, нефти и нефтепродуктов поступило 11 триллионов 583 миллиарда рублей. Через год на 31 декабря 2023 года нефтегазовые доходы составили 8 триллионов 822 миллиарда. Но это не конец истории, говорят другие специалисты.

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, старший научный сотрудник Финансового Университета Станислав Митрахович не согласен с разговорами о том, что нефть и газ приносят меньше в казну:

— По отношению к чему они падают? Смотря откуда мы их отсчитываем. Если брать последние несколько месяцев и сравнивать их с аналогичными месяцами прошлого года, там просто десятки процентов роста. За апрель +80% по сравнению с апрелем 2023 года. Там, правда, была низкая база. Цена на нефть была ниже, санкции начали действовать. В перспективе, конечно, надо готовиться к тому, что мы будем меньше добывать нефти, меньше будет собираться налогов, чем в пики прошедших трёх месяцев. Но я отношусь к ресурсам совершенно спокойно. Это нормальная часть экономики. Этим надо пользоваться.

Доходы от продажи газа упали, потому что не стало европейского рынка. Дно по газу было пройдено в середине прошлого года. Сейчас, рассказали эксперты «НИ», и добыча, и продажи медленно, но восстанавливаются. На нефтяной фронте таких катастроф, при всех сложностях с оплатой, транспортировкой и санкционным потолком, не было. На этой неделе Россия согласилась уменьшить добычу.

Однако Россия не публикует данных ни о добыче, ни теперь уже и об экспорте, поэтому понять, на сколько уменьшится эта статья доходов — самый настоящий квест, говорит старший эксперт института Энергетики и финансов Александр Титов, проверить, сколько накачали или продали, можно только косвенно, по танкерам:

— Мы знаем, что Россия любит говорить, что сократит экспорт нефтепродуктов и нефти. Добычу же никто не показывает, данные не публикуются, поэтому проверить очень сложно, что на самом деле было. Когда ловят, тогда и начинается разговор об этом.

— То есть, все договорённости просто джентельменские? Все друг другу верят на слово?

— Думаю, что колеблются между «джентельменскими» и «не надо наглеть». Когда всем видно, что у России очень большой экспорт, идут межправительственные переговоры. Не знаю, какая будет добыча по итогам текущего года. Наверное, до 523 миллионов тонн не дотянет, но и 509 миллионов тонн тоже не будет. Что-то между этими двумя цифрами.

Нефтяные эксперты могут легко посчитать, сколько недополучит российский бюджет с каждой тонны. Она дает 16 тысяч рублей НДПИ и НДД.

Изначально в 2024 году планировалось получить 11,5 триллионов рублей. Теперь правительство снизило прогноз больше, чем на полтриллиона — 518,9 миллиардов, и нефтегазовые доходы немного не дотянут до 11 триллионов. Снижение ожидается и в последующие два года.

Это значит, что налоговая реформа при растущих расходах проводится как нельзя кстати.

Расходы — дамоклов меч российского бюджета

— У нас сейчас есть существенный риски. Замысел этой налоговой достройки — обеспечение бюджетной устойчивости в среднесрочной перспективе. Ситуация такова, что нужны дополнительные налоговые поступления, чтобы эту ситуацию удерживать. Нефтегазовые доходы постоянные, они такие, какие есть, и такими будут. Но при этом у них высокая волатильность и изменчивость, в зависимости от ситуации на рынке, решаемости или нерешаемости проблем с расчётами за экспорт, — говорит Никита Масленников.

Плановый дефицит бюджета уже повышен с 0,9% ВВП до 1,1%. Это означает, дЕбит еще больше не сходится с крЕдитом. Эта ситуация намного опаснее, чем даже выпадение нефтегазовых доходов, и ведет к разгону инфляции, перегреву и последующему снижению темпов роста экономики, предупреждает экономист:

— Перегрев — это крайне неприятная вещь, он во многом провоцируется бюджетной политикой, но и в силу необходимости финансировать СВО, тратить на поддержку семьям, повышать социальные трансферты, хотя у нас объём социальных расходов в целом 31%, а расходов на силовой блок — 29%. Сейчас в поправках будет немного увеличена доля социальных расходов и расходов на экономику, но, тем не менее, всё равно проблема остаётся, и она для бюджетной политики наиболее существенна.

Рост налогов на население поможет, но не сильно

В 2023 году активно развивался импорт. Как следствие, таможенные сборы выросли, по сравнению с 2022 годом, на 82%. По другим экспортным отраслям есть еще резервы, считает Станислав Митрахович:

— Можно ещё больше увеличить налоги. Сказали Газпрому в 2022 году, что нужно заплатить 1,2 триллиона рублей, и он заплатил. Правда, тогда у него и доход был большой. Металлурги платят. Можно брать деньги у всех, у кого они есть. Они есть у того, кто что-то экспортирует — химики, металлурги, аграрии. Я думаю, что крутиться будет вокруг истории с экспортными отраслями. Дальше есть деньги населения.

Налоги на доходы населения в 2023 году тоже выросли значительно, на 18%. Сказался рост зарплат во всех отраслях. Результаты первого квартала 2024 года показывают, что и другие налоги, которые выплачивает население, например, НДС, дали большой прирост. Доля граждан в налоге на добавленную стоимость составляет 70%. Если в первом квартале 2022 и 2023 года в бюджет было перечислено около 1 триллиона 700 миллиардов рублей, то за тот же период 2024 года было собрано 2 триллиона 288 миллиардов.

В следующем году вступят в силу новые налоги — НДФЛ и налог на прибыль. Однако у экспертов большого энтузиазма по поводу вклада граждан в стабильность бюджета нет, поскольку неизвестно, как будет выглядеть ситуация с расходами.

— Увеличение расходов будет зависеть от каких источников? Это же не зависит от того, что мы повышаем на 5% налог на прибыль и увеличиваем подоходную прогрессию. Особого выигрыша от этого нет. В целом эти налоговые новации дают доход 2,6 триллиона рублей. До 2030 года — 14,2 трлн рублей. Цифра достаточно умеренная. Вопрос, на что их потратят. Здесь ясности никакой. Есть только принципиальный вектор, что это пойдёт на новые нацпроекты, стимулирование проектов технологического суверенитета, социальные дела. Всё хорошо, но конкретика отсутствует. Пока не примут пакет законопроектов, мы мало что узнаем. Конкретных направлений нет, — критикует Никита Масленников.

Что делать, если денег будет не хватать и после введения прогрессии

Новые налоги не решат принципиальной проблемы Минфина — контроля над расходами. И в 2022-м, и в 2023 годах план по расходам был превышен на 25%. Правительство говорит, что такого резкого повышения этой статьи бюджета на будущий год не будет. В начале года Минфин финансировал Гособоронзаказ авансом, это и вызвало взрывной рост расходов. Следующие месяцы должны быть более плавными, но инфляция выйдет за запланированные пределы. Сейчас финансовые власти прогнозируют 5,1%, но, как говорится, еще не вечер. В мае удорожание составило 8% по году.

Помимо повышения НДФЛ и налога на прибыль, инструментов повышения доходов бюджета у правительства немного. Если точнее, их всего два, предсказывает развитие ситуации Никита Масленников:

— Когда вы ввели НДФЛ и повышенный налог на прибыль, у вас остаётся только два ресурса — акцизы и рентные платежи, НДПИ с более конкретной развёрсткой по отдельным компаниям. Нам предстоят бесконечные дискуссии о повышении акцизов на импортное вино, никотин и так далее, в том числе, на бензин. Здесь до 2030 года возможны разные изменения. По этим двум векторам наша налоговая политика, как лошадь в шахматах, назад не ходит. Естественно, риски повышаются.

Конечно, есть еще резерв «Судного дня» — накопления населения в банках. Из-за крайне неудачных формулировок, когда 8 экономистов из 10 поняли, что правительство собирается конфисковывать часть сбережений, в народе посеяно подозрение. Господа хорошие, мы даже в 90-е годы, когда только учились всему, никогда себе в правительстве этого не позволяли, — не может сдержать недоумения эксперт Масленников. С коллегой согласен Станислав Митрахович.

— Ожидать ли населению, что их накопления тоже пойдут в дело?

— Если вы имеете в виду конфискацию вкладов — нет. Если дело не дойдёт по открытой полноценной войны с НАТО, то до этих вещей не дойдут.
"