Игорь Злобин
Итак, президент Ирана Эбрахим Раиси и министр иностранных дел этой страны Амир Абдоллахиян погибли в результате крушения вертолета в горах.
Это событие уже вызвало бурную реакцию во всем мире, равно у сторонников этой страны и у ее противников. Все гадают, как изменится теперь иранская политика, поскольку не секрет, что от нее во многом зависит стабильность не только на Ближнем Востоке, но и Азии, да и во всем мире, в целом.
Верховный лидер Ирана Хаменеи уже заявил, «иранскому народу не стоит беспокоиться, нарушений в функционировании государства не будет».
В случае смерти Раиси при одобрении Верховного лидера Хаменеи его полномочия возьмет на себя первый вице-президент Мохаммед Мохбер. 69-летний Мохбер — самый старший из 12 вице-президентов. Согласно конституции Ирана, первый вице-президент, спикер парламента и председатель Верховного суда отвечают за организацию внеочередных выборов нового президента в течение 50 дней, сообщает The Washington Post.
В то же время, издание The New York Times напоминает, что гибель Эбрахима Раиси произошла в деликатный момент для международных отношений.
«Всего через несколько дней после того, как высокопоставленные американские и иранские официальные лица провели переговоры через посредников, чтобы попытаться снизить угрозу более широкого конфликта на Ближнем Востоке».
Советник Белого дома по национальной безопасности Джейк Салливан заявил на пресс-конференции на прошлой неделе, что «угроза, которую Иран и его доверенные лица представляют Израилю, региональной стабильности и американским интересам, очевидна».
Старший научный сотрудник Карнеги-Центра (*внесен Минюстом в реестр НКО-иноагентов) Карим Саджадпур со своей стороны, пишет, что смерть Эбрахима Раиси создаст кризис преемственности в Иране, поскольку он и Моджтаба Хаменеи — единственные претенденты на замену 85-летнего Верховного лидера аятоллы Хаменеи (отца Моджтабы). В конспиративной политической культуре Ирана мало кто поверит, что смерть Раиси была случайной.
Назначение Моджтабы Хаменеи на пост Верховного лидера может спровоцировать народные волнения. Отсутствие у него легитимности и популярности означает, что он будет полностью полагаться на Стражей исламской революции в поддержании порядка. Это может ускорить переход режима к военному правлению или его потенциальный крах.
Издание Sky News: тоже опасается нестабильности, поскольку Эбрахим Раиси является одним из самых стойких сторонников жесткой линии в Иране, фанатично и абсолютно верящим в иранскую революцию и ее миссию.
«Если он погиб на склоне горы на севере страны, что становится все более вероятным, это станет важным событием для страны и всего региона. Это уберет с Ближнего Востока одного из самых жестких и бескомпромиссных игроков.
Человек, который впервые в истории своей страны совершил прямое нападение на Израиль, и сторонник жесткой линии, при котором сотни иранцев были убиты в ходе жестокого подавления недавних протестов, возглавляемых женщинами, Раиси имеет на своих руках огромное количество крови.
Его страшная репутация уходит корнями в 1980-е годы — период, который принес ему сомнительное прозвище «Тегеранский мясник».
Эксперты издания отмечают, что с приходом Раиси на пост президента Иран все активнее вмешивается в дела за пределами своих границ: «При нем Иран помог хуситам угрожать международному судоходству в Красном море; „Хезболле“ втянуть Израиль в семимесячную дуэль на северной границе; ополченцам в Ираке напасть на американских солдат, а в некоторых случаях и убить их; и помог ХАМАС вести войну против Израиля».
Как известно, именно Израиль является непримиримым врагом Ирана, а потому израильские аналитики особенно активно комментируют смерть Раиси. Так издание The Times of Israel уверено, что это событие не изменит иранскую политику, но вызовет борьбу за власть.
«Президент Исламской Республики является исполнителем, а не лицом, принимающим решения… Поэтому политика Ирана, ее основы останутся прежними», — считают эксперты издания, Но при этом, внезапная потеря президента Ирана создаст вакуум власти, которым начнут пользоваться высокопоставленные фигуры.
Самое же важное, что именно Раиси считался главным кандидатом на замену Хаменеи: «Его уход с поля боя или его недееспособность, смерть и так далее — это настоящий шок для политики системы».
Кроме того, может оказаться значительной и потеря министра иностранных дел Ирана Амира Абдоллахияна, поскольку он был чрезвычайно эффективным министром иностранных дел.
В то же время, эксперты считают, что теперь Иран будет немного больше занят собой, «погрузившись во внутреннюю политику, пока будет разбираться с выборами следующего президента»
Издание The Atlantic пытается ответить на вопрос, кому выгодна смерть Эбрахима Раиси?
Эксперты издания отмечают, что время пребывания его на посту с 2021 года говорит не только об абсолютной некомпетентности Раиси, но и о его политической неактуальности. Некоторые называют его «Невидимым президентом». Во время движения «Женщины, жизнь, свобода», которое сотрясало Иран с 2022 по 2023 годы, лишь немногие протестующие потрудились выкрикивать лозунги против Раиси, поскольку знали, что реальная власть находится в другом месте.
С другой стороны, согласно иранской конституции, главой государства может стать только духовное лицо с серьезным политическим опытом. К настоящему времени многие клерикалы, подходящие под это описание, умерли или были политически устранены, что оставило поле для Раиси открытым.
Многие политические обозреватели прежде ожидали, что «Раиси будет слабым верховным лидером, позволяющим реальной власти перетекать в другие места — например, в Корпус стражей исламской революции (КСИР) или в другие центры власти, окружающие или вспомогательные по отношению к режиму. Кто может быть лучше для такой должности, чем невыразительный подпевала?»
В любом случае, смерть Раиси изменит баланс сил между фракциями внутри Исламской Республики.
Многие предвидели ожесточенную борьбу за власть в Иране, но большинство ожидало, что она последует за смертью Хаменеи. Теперь же, скорее всего, начнется как минимум генеральная репетиция, в ходе которой различные фракции будут демонстрировать свою силу.
Отмечается также, что большинство иранцев почти не чувствуют себя представленными какой-либо фракцией Исламской Республики, и некоторые из них могут использовать момент политического кризиса для возобновления уличных протестов, которые уже не раз мешали режиму в прошлом.
И все же, какие бы формы ни принимала борьба за власть наверху, народ Ирана не будет долго принимать ее пассивно, заключают эксперты издания.