Posted 11 октября 2023,, 07:19

Published 11 октября 2023,, 07:19

Modified 11 октября 2023,, 07:21

Updated 11 октября 2023,, 07:21

Новые проблемы российских поликлиник: первичное звено лишат модернизации

Новые проблемы российских поликлиник: первичное звено лишат модернизации

11 октября 2023, 07:19
Ирина Мишина
Фото: verbludvogne.ru
В России сократят расходы на модернизацию первичного звена здравоохранения — это поликлиники и ФАПы. Новый проект бюджета сокращает эти траты в следующем году на 9,3%. Как это скажется на здоровье нации?

Ирина Мишина

На модернизацию поликлиник и фельдшерско-акушерских пунктов (ФАП) в регионах федеральные власти в 2024 году потратят на 8,4 млрд рублей меньше, чем планировалось. В 2025 году — еще на 11,7 млрд рублей меньше, а в 2026 году на модернизацию и вовсе не планируют тратить средства федерального бюджета. Таким образом, новый проект бюджета сокращает траты на первичное звено в здравоохранении в следующем году на 9,3%, а еще через год — на 8,8% по сравнению с предыдущим законом о бюджете. Зато в проекте бюджета значительно вырастут расходы на оборону. Но деньги уйдут не только на военные нужды.

Поликлиника — это точка для выдачи справок?

Произойдет перераспределение средств. В том числе 1,02 млрд рублей будет впервые направлено в пользу новых регионов. Это решение правительства было опубликовано на официальном портале правовой информации. Субсидии были значительно сокращены для нескольких регионов, включая Нижегородскую, Свердловскую, Пермский край и Тульскую область. Финансирование для 19 регионов осталось на прежнем уровне. После присоединения Донецкой и Луганской народных республик, а также Херсонской и Запорожской областей к России в 2022 году новым распоряжением правительства было направлено финансирование на строительство и ремонт больниц именно в этих регионах.

«Сокращение дотация на первичное звено идет уже давно. Что это будет значить? Поликлиник, ФАПов и сельских больниц станет еще меньше. Хотя уже куда меньше? В некоторых населенных пунктах на 200 километров вокруг — ни одного врача. Сократятся зарплаты, персонал, расходный материал. Например, катетеров станет меньше, наркоз будет другой. Врачи в итоге будут искать, где заработать, продолжится отток медперсонала из первичного звена. В сельской местности будет происходить следующее: нет медика — нет ФАПа. Приток средств будет в федеральные медцентры, но они по сути совершенно бесполезны», — считает профессор кафедры управления и экономики здравоохранения НИУ ВШЭ Василий Власов.

Работа первичного звена, поликлиник, и сейчас мало кого удовлетворяет. Запись к специалисту возможна только через участкового врача, а к самому специалисту запись — как в Рай. Достаточно почитать комментарии в соцсетях.

андрей володичев: «Уже даже к терапевту надо в очереди месяц стоять чтобы попасть на приём. Обыкновенное УЗИ следование очередь пол года. И это в подмосковном городе Раменское. Детских специалистов например Лора нет вообще. Разруха!!!»

Мария Т.: «Чтобы узнать, почему болит желудок, надо записаться к терапевту, ждать две недели, потом он запишет на анализы — ещё две недели. Потом откроет запись к гастроэнтерологу. Ещё подождать две недели. А уж гастроэнтеролог даст направление на глотание кишки в больницу. Там уж ерунда: съездить в больницу, отстоять очередь и записаться. А потом со всеми анализами — к нормальному платном врачу. Это мой личный опыт».

Mike: «Население РФ должно выбрать, на что оно хочет тратить деньги, на здравоохранение или на танки. Пока страна выбирает танки. Дальше в здравоохранении будет только хуже».

Про ад российских поликлиник сказано много, но от этого ситуация не меняется. На «горячей линии» Лиги защиты пациентов нам сообщили, что пациенты регулярно обращаются с жалобами на отказы в направлениях на высокотехнологичную помощь, например, на эндопротезирование; программа послеоперационной реабилитации по сути отсутствует — по крайней мере, попасть на нее вовремя невозможно; из-за отсутствия специалистов сроки записи к ним откладываются на неопределенное время, в результате пациенты не получают вовремя нужное лечение. Особая статья — лечение кардиологии и онкозаболеваний: часто отказ поликлиники в направлении в профильные медучреждения оборачивается трагедией.

Интересно, что поликлиники — это сугубо наша, отечественная традиция: за рубежом существуют только больницы и амбулаторные отделения при больницах. Тот, кто не работал в больнице, врачом считаться не может. У нас же все наоборот.

«Надо понимать, что поликлиники — это вообще не лечебные учреждения. У нас они превратились в такие точки, где выдают справки, направления, больничные и прочие бумажки. К этому добавляется общий дефицит врачей. С каждым годом все больше тех, кто не хочет работать с людьми, к тому же указы президента о повышении зарплат врачам реально не выполнены, особенно это касается регионов. Медик приходит на работу, ему предлагают какую-то минимальную сумму, на которую и прожить-то невозможно, но говорят, что будут стимулирующие и доплаты. При этом никто не говорит, что все это за счет своего свободного времени, переработок и хитрых методик подсчета», — рассказывает президент межрегиональной общественной организации «Лига защиты врачей» Семен Гальперин.

Трагедия сельских ФАПов

Первичное звено в городе не может и сравниться с тем, что происходит на селе.

Иванова, пациент: «У меня у отца и свекрови была одинаковая болезнь, но отец в городе на каждую колику вызывает скорую, ложится в больницу, поэтому жив и сейчас, в 91 год, болезни уже лет 40, а свекровь в деревне за 2 года сгорела от неё, т. к. кончились таблетки. Свекр уехал за ними в город на полдня, у неё во время его отсутствия случился приступ, который даже нечем было снять, и её не стало в 72. Т.е. в деревнях при любой болячке сразу надо „смертное“ готовить, помощи никакой нет».

«Далеко не все авто могут проехать по нашим дорогам. Мне же и в проливные ливни приходилось попадать, и в буран, и к алкоголикам на вызов попадать, которые, даже давно меня зная, умудрились вести себя неадекватно. И не думайте, что я — исключение. В последнее время меня муж возил на вызовы, а получала я всего 12 тысяч рублей. Бензин никто не компенсировал, ходить уже стало тяжело. Вот я и уволилась», — рассказывает бывшая сотрудница ФАПа из Башкирии.

Таких историй — тысячи. Не выдержав нагрузки и нищенской зарплаты, сотрудники сельских ФАПов увольняются. Например, на сегодня из 882 ФАПов Омской области 245 — не укомплектованы медиками. Но даже при такой ситуации в Омской области умудрились сократить еще 19 фельдшеров ФАПов, в том числе и отучившихся незадолго до сокращения на курсах для получения более высокой категории. «Остается только сжечь диплом!» — пишет в одна из сокращенных, приехавшая в село работать в ФАПе пять лет назад и купившая там дом.

В Тульской области, по данным Тулстата, за 15 лет численность среднего медицинского персонала снизилась с 19,7 до 15,4 тысячи человек. Теперь на 100 тысяч населения приходится 101,5 фельдшера и медсестер, в то время как 15 лет назад — 114,7.

Как решить проблему ФАПов?

Способ ликвидировать в них кадровый голод предложила в ходе прямой линии с президентом главврач детской поликлиники города Рославля Смоленской области. Она считает, что необходимо закрепить студентов, заканчивающих медицинские вузы, за регионом. Иными словами, вернуть распределение.

Но некоторые врачи считают, что ФАПы на селе не нужны вообще. Такой точки зрения придерживается, например, доктор медицинских наук Павел Воробьев, объехавший, по его словам, на автомобиле всю Россию.

«Я считаю, что ФАПы надо ликвидировать, это профанация. ФАПы надо заменить на телемедицину. Я видел регионы, в которых в ФАП за 20 лет не пришел ни один фельдшер. От Центральных районных больниц тоже нет какого-то толка, потому что там зачастую 1 человек совмещает несколько специальностей, например гинеколог-психиатр, уролог — окулист. Нормальное лечение — только в областных больницах, куда надо доставлять больных вертолетами. У нас есть регионы, из которых быстро выехать просто невозможно. Например, из Оймякона можно вывезти только на вертолете, потому что там иногда надо 4 дня ждать, пока вода сойдет и по дорогам можно будет проехать. Надо радикально менять систему, убирать ОМС и переводить на государственное финансирование», — считает Павел Воробьев.

С ним не согласен руководитель Лиги защиты пациентов Александр Саверский:

«ФАП и сельская больница — это основополагающая вещь. Если в районе нет даже фельдшера — где тогда государство? Врач — это забота, это сделать укол, поговорить. Это часть политической системы, если хотите. А вертолет — дорогое удовольствие, он дороже фельдшеров и хирургов. И стоимость ФАПа вместе с транспортом многократно ниже того же вертолета, который местным властям взять неоткуда. В целом же надо возрождать советскую систему: на 10 тысяч населения — поликлиника, на 20- ЦРБ, на 50 тысяч — областная больница. Эта система сейчас частично работает».

Кто ответит за растущую смертность?

Последствия сокращения средств на модернизацию первичного звена оценивают по-разному.

«Деньги на здравоохранения лежат в разных кошельках, бюджет во многом ориентирован на фонд ОМС, который не даст погибнуть здравоохранению окончательно», — считает руководитель Лиги защиты пациентов Александр Саверский.

«Социальные обстоятельства должны остаться все, в полной мере. Странно было бы трогать здравоохранение в год перед выборами. Также стоит иметь в виду, что регионы финансируются по-разному из местных бюджетов», — говорит директор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ Лариса Попович.

А вот экономист, депутат Госдумы Михаил Делягин считает, что без модернизации здравоохранения вся система в современных условиях обречена на гибель. Ведь диагноз ставят именно в первичной звене — в поликлинике, ФАПе, сельской больнице. И от правильности этого диагноза часто зависит жизнь человека.

«Что сейчас мешает в два раза увеличить финансирование здравоохранения? Нас ждет катастрофа, если не развивать собственные технологии, на которые сегодня выделяется трагически мало средств. Распад современных рынков будет приводить и уже приводит к утрате сверхсложных технологий. Мы не сможем закупить следующее поколение МРТ-аппаратов, потому что их не будет или нам их не продадут», — считает он. — В 2021 году у нас сокращение населения превысило 1 млн человек, в 2022 году — на 600 тыс. человек превысило».

Кто-то за это был наказан? Нет.