Posted 14 апреля 2023,, 14:03

Published 14 апреля 2023,, 14:03

Modified 29 апреля 2023,, 22:33

Updated 29 апреля 2023,, 22:33

Мечты и реальность: каковы шансы реализации проектов «Роскосмоса»?

14 апреля 2023, 14:03

Эксперты оценили реальность воплощения в жизнь проектов "Роскосмоса"

В «Роскосмосе» в XXI веке научились красиво презентовать планы. Лунные базы, ракеты сверхтяжёлого класса, исследование далёких планет. Но до стадии реализации «в металле» многие идеи так и не дошли. Повторят ли новые проекты судьбу прежних, или же наша космонавтика совершит качественный рывок?

Виктория Павлова

Аналитика двух первых материалов "НИ" для спецпроекта, посвященного Дню Космонавтики, показала, что у «Роскосмоса» сейчас проблем и возможностей примерно поровну: и того, и другого очень много. Все наводит на мысль о том, что статья расходов на продвижение освоена неплохо – нарисовано много картинок перспективного будущего, порой даже фантастического. Разбираемся, возможно ли на практике реализовать все задуманные проекты, и каким будет место «Роскосмоса» в мире.

Нелетающие ракеты

Основа спутников – электроника, с которой в России дела не задались. Даже отечественные процессоры «Эльбрус» выпускались в Тайване. Но совсем другое дело ракеты: их требуется куда меньше, да и компетенции наработаны значительные. Не зря «Роскосмос» раньше считался самым главным космическим извозчиком в мире. Есть надежда, что хотя бы в сфере ракетостроения получится совершить прорыв. Планов-то много: развитие проекта «Ангара», почти готовый «Союз-5», современный «Амур», фантастическая «Корона».

Филипп Терехов считает, что здесь не стоит бояться развивать разные проекты, надо пробовать что-то новое.

- При всех огромных достоинствах ракет семейства «Р-7» (ракеты «Союз» - прим.ред.) на них невозможно летать бесконечно. Нужно разрабатывать новые ракеты-носители на появившихся технологиях и надеяться, что они получатся удачными. Увы, некоторые важные параметры можно угадать или не угадать – например, если бы Маск начал работу над более легким Falcon 5, как изначально собирался, то потратил бы на него несколько лет впустую. А европейская Ariane 5 разрабатывался из расчета на рост массы спутников, которого не произошло, и сейчас ракета-носитель запускает спутники парами, которые не так-то просто подобрать. Когда началась активная работа над «Ангарой», перспективными считались универсальные ракетные модули – то же самое думали конструкторы Delta IV и проекта для Atlas 5. Но прорыва не получилось по обе стороны океана. Сейчас инженерная «мода» - метановые двигатели и многоразовые ракеты-носители. Учитывая, что Маск здесь первопроходец, логично ждать, что появятся инженеры, которые воспользуются тем, что у него работает, но сделают лучше, не повторяя набитые им шишки. Например, возвращение первой ступени методом воздушного подхвата у RocketLab позволяет избавиться от опор, гидравлики, рулей и запаса топлива на посадку, делая ракету более эффективной. А одноступенчатая многоразовая ракета-носитель – это то, о чем мечтали с зари космонавтики, и очень интересно посмотреть, что получится у ГРЦ им. Макеева.

Правда есть один единственный, но очень важный нюанс: в других странах новые ракеты-носители, построенные по новым технологиям, появляются в реальности, а не на бумаге, и начинают летать. В России же масса проектов так остаётся в виде описания проекта на словах, чертежей и картинок. Виталий Егоров предупреждает, что такая тенденция может сохраниться, и успеха новые проекты могут не достичь:

- Надо сначала уточнить, что мы понимаем под успехом. Если ракета была создана и полетела в космос успешно, можно говорить - это успех. Но можно говорить еще про экономический успех - можно говорить о примерах, когда ракеты создавались, летели, а компании банкротятся - прямо сейчас это происходит с компанией  Virgin Orbit. Если говорить о ракетах Амур-СПГ, "Корона", «Союз-5» - они однозначно не будут успешны на космическом рынке, они не будут иметь спрос, позволяющий хотя бы закрывать текущие операционные расходы по их производству. Почему? Основной заказчик космических услуг — это западные страны или ориентированные на западный рынок страны. Они у России сейчас заказывать ничего не будут.

Россия, будучи в изоляции от основных денежных потоков, на коммерческих успех рассчитывать едва ли может. Но сохранять компетенции, поддерживать технологический суверенитет необходимо. Некоторый смысл в новой технике всегда есть. Но и тут, по мнению Виталия Егорова, не всё гладко.

- На Союз 5 выделены деньги, порядка миллиарда долларов, они освоены, на заводах проведены наземные испытания ракетного двигателя, ракета выглядит так, будто уже в ближайшее время, не в 2023 году, но в ближайшие годы, готовится к пуску, она реальна, хоть и недоделана. Но у «Союза-5», на сегодня большие проблемы. Главная из них - ей неоткуда летать.   Даже если к концу 2023 года ракета будет собрана на заводе. она никуда не полетит, потому что нет космодрома для этого. На модернизацию Байконура вроде бы должны были выделяться деньги из Казахстана, но Казахстан не хочет выделять эти деньги. А Роскосмос не может ничего делать, пока эти деньги к нему не придут. Об успешности этой ракеты - ни коммерческой, ни технической - говорить нельзя, потому что нет этой ракеты, она не готова, и никуда она не полетит ни в 2023, ни, скорее всего, и в 2024 году, а может быть, вообще никогда. "Амур-СПГ" — это пока только техническое задание, то есть техническое описание ракеты. Двигателя для нее нет, самой ракеты нет, космодром для нее даже не проектировался - то есть это бумажный проект, также как «Корона». Но у «Короны» ситуация ещё хуже, для неё государство вообще не выделяло денег. Это инициативная работа самого ГРЦ Макеева, и никаких перспектив полета этой ракеты нет. Просто, потому что ее нет, проекта нет.

Роскосмос как предчувствие. Судьба отечественной космонавтики

Строительство передовых спутников осложнено слабым развитием микроэлектроники в стране, сделать из ракет космические маршрутки тоже не выйдет – нет заказчиков, со строительством современных ракет ради поддержания компетенций тоже пока не складывается. Но, с другой стороны, полгать, что вся отечественная космонавтика теперь превратится в тыкву тоже нельзя. Задачи, которые необходимо выполнять, будут всегда – поясняет Виталий Егоров:

-  У Роскосмоса, конечно, будет работа для государственных потребностей - для Минобороны, для Минсвязи, Росгидромета и кадастровых служб. Но заказы об этих служб не покроют потребностей Роскосмоса в том, чтобы все заводы работали в полную мощность. Международные заказы, конечно, нужны.  Но, поскольку западный мир на сегодня не заинтересован в таких заказах и в таком сотрудничестве, у Роскосмоса есть смысл переориентироваться на совместные проекты с Китаем и на продажу своих услуг странам, которые не относятся к западному миру. Речь о странах Ближнего Востока или Африки. Может быть, Индия, хотя у Индии своя космонавтика, но она по технологии от России еще отстает и в принципе была бы не прочь что-то позаимствовать, прикупить, чему-то научиться. 

Филипп Терехов тоже считает, что своя роль у России в мировой космонавтике найдётся. Если, конечно, не зарубить на корню это направления и суметь договориться с другими странами:

- Работа в космосе возможна и без международной кооперации. Вопрос в задачах - например, задачи национальной безопасности лучше решать самостоятельно, а научные от кооперации только выигрывают. И даже на заре космической эры, во время Холодной войны, у сверхдержав получалось сотрудничать. Британская обсерватория наблюдала полеты первых советских лунных зондов. СССР отслеживал изменения орбиты американского спутника Echo 2. На сегодняшний день огромные компетенции у России сохраняются в пилотируемой космонавтике. Это продолжающаяся роль - например, относительно недавно, в 2015–2016 NASA впервые провело годовой полет своего астронавта, Скотта Келли, в активной кооперации с Россией, которая до сих пор удерживает рекорд продолжительности космического полета (Валерий Поляков, 437 суток). В девяностых и нулевых российские компетенции ускорили пилотируемую программу Китая. Сейчас это же происходит с Индией – скафандры и ложементы индийского корабля сделаны в России. Аналогичная история с космическими конструкциями – детали стыковочного адаптера от РКК «Энергия» приобретает Boeing и производит адаптеры IDA для МКС, к которым сейчас стыкуются Crew Dragon и Boeing Starliner. Когда начнет полеты «Зевс», его совершенно уникальные возможности смогут дать новую роль – теперь уже «орбитального извозчика». Чем больше будет уникальных или передовых компетенций у нашей страны, тем больше будет таких ролей.

Возможности у «Роскосмоса» по-прежнему есть. Вопрос в том, сможет ли госкорпорация ими воспользоваться. На кону очень большие ставки: или Россия покажет, что является полноправным участником космической гонки, или скатится до уровня производителя ложементов для индийских космонавтов.